Наконец, глаза сестры загорелись осознанием.
— То есть, я смогу ходить? — с затаенным страхом спросила она.
— Да ты бегать будешь! — улыбнулась я, — Не сразу конечно. Потребуется время, но…
— Повернись! — вдруг приказала она мне.
— Чего?
— Спиной ко мне повернись, — повторила Майя свою странную просьбу. Я с недоумением посмотрела на Бориса, но тот лишь покачал головой, мол «сам не понимаю». Развернувшись, я почувствовалась, как Майя приподнимает мою кофту.
— В чем дело?
— Хм, следов от операций нет, а Боря был со мной всегда, — пробормотала сестра.
— От какой еще операции?
— Ариадна, признавайся, ты продала почку? — серьезным тоном спросила Майя. От такого предположения я просто оторопела. А кстати, почему я никогда не рассматривала эту идею? Хотела что-то ответить, но вдруг увидела, как сестра улыбается. Черт, ее смех, улыбка — это такая редкость, что я даже отвыкла.
— Ты шутишь, да?
— Отчасти, — не стала она спорить, — Но почему этот фонд выбрал именно меня? Ведь раньше все отказывали. Как ты их убедила?
— Объяснила, как сильно нам важна их поддержка, и сколько жизней изменится в лучшую сторону, если финансовую помощь окажут именно нам, — я говорила спокойно, как можно искреннее, ведь Майя могла уловить мою ложь.
— Но ведь в первую очередь обычно помогают детям! — не унималась сестра, а мне так хотелось поскорее сдвинуться с мертвой точки. Что бы начали делать документы, и пошел отсчет до ее отлета.
— Да, но конкретно этот фонд специализируется на помощи уже взрослым людям. Тем более, ведь и ребенку тоже помогут, — с улыбкой посмотрела на племянницу, которая услышала только одно — мама сможет ходить!
Глаза сестры наполнились слезами, и я снова испугалась.
— Эй, ну ты чего? — подползла к ней ближе, приобняв, — Поверь, все получится.
— Не могу, Ари, — зарыдала она в голос, — Неужели это не сон?
Я старалась держаться до последнего, но в итоге и сама разрыдалась, а вместе с нами и Женька. Один Борис проявлял стойкость и лишь ворчал, что плачем мы не по делу. Но эти слезы были уже не от горя, а скорее от напряжения, в котором мы все находились долгих четыре года. И сейчас, когда шанс уже светится на горизонте, потихоньку начинают сдавать нервы. Да, путь будет долгим, но мы уже начали его.
Когда женская половина успокоилась, Майя повернула ко мне голову:
— Ариадна, я не знаю, как тебя благодарить, — выдохнула она, — Но если вдруг я…
— Молчи! — я видела, что пессимистический настрой еще присутствует, и собиралась не дать ему усилиться, — Все получится, вот увидишь! Тобой будут заниматься лучшие врачи, рядом будет человек, который поможет адаптироваться к новой обстановке. Мы тоже постараемся тебя навестить, — бросила взгляд на Бориса, — А что касается благодарности — что бы я больше такого не слышала, ясно? — строго сказала я, и тут же смягчилась, — Ты ведь моя сестра. Я все для тебя сделаю. Даже невозможное.
— О, мне кажется, что именно это у тебя получилось сделать. Подумать только…Нет, я даже боюсь загадывать, — закрыв руками глаза она замотала головой.
— Ты прямо ожила, — заметила я. Если новость о лечении так обрадовала ее, почему тогда, четыре года назад Майя отказалась принять помощь от Медведева? Или позже. Ведь могла бы сказать, мол — «да, сначала не подумала, теперь жалею». Так нет же! Молчала как партизан. В чем причина?
За каких — то пол часа Майя преобразилась на глазах, и у меня появилась надежда, что однажды, я узнаю все, что творилось в голове у сестры и получу ответы на свои вопросы. Пусть не сейчас. Я подожду.
— Знаешь Ариадна, мне очень помог Боря, — Майя с любовью посмотрела на мужа, — Наверное, меня давно нужно было выдернуть из этой комнаты, — обвела глазами помещение, — Пока мы отдыхали, я поняла, что очень хочу вернуть свою семью.
— Ты ее не теряла, — возразил Борис, сжимая руку жены.
— Но я отстранилась от вас, — настаивала Майя, — Ты в командировках, Женька всегда с тобой, — посмотрела на меня.
— Я же не против.
— Да, знаю, и очень тебе признательна за все. Но тебе ведь нужно и о своей жизни подумать. Может, пойти учиться. Хотя бы заочно. Познакомишься с хорошим парнем, мы выдадим тебя замуж, — от этих слов я закашляла. Перед глазами появился образ Руслана. Помотав головой, отгоняя ненужное видение, я поспешила остановить мечты сестры:
— Давай об этом мы подумаем позже. Сейчас главное поскорее сделать документы. Ты дашь мне свой паспорт?
— Конечно. Он в тумбочке.
— Я подам, — встрепенулся Борис. Тема моих возможных отношений и ему была не по душе, ведь формально, я была замужем.