Я то, что он хотел из меня сделать. Он хочет меня поломанную у своих ног. А у меня уже нет сил ему противостоять... Я играла в его игру по навязанным правилам... Была покорной, как меня и просили. Пыталась увидеть в нем что-то хорошее... Честно, даже хотела...
Все зря. Все мало. Ему не нужна была моя игра в поддавки. Ему изначально нужна была моя душа... А это единственное, что у меня оставалось. Единственный бастион, в который никто не мог проникнуть. Никто и никогда. А вот ему удалось. Отрезать все пути к отступлению, лишить любой защиты...
Никакая целительница не в силах вернуть мне душу, по которой он вдоволь потоптался. Даже если ей это удастся, то ненадолго. Мне уже не закрыть ее непробиваемыми стенами отчуждения или равнодушия, это долго... Каждый раз он будет сметать мою защиту и пить мою боль, пока не выпьет без остатка... И я даже не пойму, когда это случится...
Наверное, я сплю... Не думала, что получится. Сплю как убитая, и по-прежнему вижу сны, ярче, чем обычно... Только почему они словно прощаются со мной?..
"Отдай мне саламандру! Не смей резать ее своим ножом!
— Но, Эл, она чуть не загрызла вторую...
— Да! Потому что она девочка, а мальчик хотел ее обидеть! Не смей трогать мою покровительницу! Потому что спустя двенадцать зим, когда я сяду на трон, ты, Лэндал-Забияка, лишишься своей головы!"...
" Дочь, вскоре эта империя, свет очей, отрада сердца, творение наших великих предков, станет полностью твоей. И ты будешь оберегать ее всем сердцем, сохраняя мир и покой, приумножая ее территории и богатства, как испокон веков делали женщины нашего рода...
— Мамочка... Я не подведу. Ни тебя, ни свой народ! Клянусь!
— Я знаю, доченька. Знаю. Антал Всемогущий... До чего же ты похожа на него... На своего отца... Как бы он гордился тобой!
— Мама, а кто его так красиво нарисовал, и что это за папирус, который блестит? А что на нем надето такое интересное, под цвет листьев в лесу? А что он держит в руке? На арбалет не похоже! На копье тоже!
— Тоже оружие, доченька. У нас такого нет пока...
— А когда он придет? И увидит, как я выросла?..
— Никогда, Элика. Он не принадлежит нашему миру. Но незримо он всегда останется рядом..."
"Латима! Но ведь если это оружие применить к отдельно взятым территориям, останется лишь выжженная земля! Я не могу в это поверить! Матриарх не приемлет насилия... То, что ты мне рассказала...
— Принцесса, ты никогда не задумывалась о том, почему Атланта является самой великой империей в мире? Почему столетиями на нас не совершали нападений иные державы? Думаешь, благодаря дипломатии и мягкой политике твоей матери? Нет. Нет иной империи, которая бы не питала к нам ненависти из-за нашей непобедимости. Это плевок в лицо всем патриархальным государствам, которых королевскими жестами обходит женщина. Но они молчат, потому что наши передовые технологии держат их в страхе! И да, это поистине страшное оружие!
— Я никогда не стану использовать его по назначению! Это ужасно. Пламя и смерть... Поразительно, эти прекрасные, прозрачные слезы пустыни могут легко сжечь землю в огненном урагане!
— Не зарекайся, Элика... Неисповедимы пути Антала, и может статься, что лишь применив это оружие, ты заставишь мир бояться и уважать себя, будущую матриарх!.."
" Эл! Да прояви же радость хотя бы ради приличия! Этот мужчина обошелся мне в тысячу монет солнечного металла, а все, что тебя интересует, это игры в войну с Лэндалом... Да оставь ты брата в покое хоть ненадолго!
—Ксена, я тебе уже говорила, мне не нужны твои рабы. У меня есть дела поинтереснее!
— Да ты только посмотри на него! Эй, ты! Встань! Напряги руки! Эл, посмотри на его тело! Ты поднимешься с ним к чертогам Криспиды! Не обижай меня отказом!
— Это ты меня не обижай, рассчитывая соблазнить показательной внешностью.
— Но на аукционе сказали, что он очень умен. Достиг вроде больших знаний в асторномии... Асмотронии...
— Астрономии? Что ж... А вот это может быть интересно... Спасибо за подарок. Верну завтра!.."
" Они варвары, Эл. Вся власть Кассиопеи сосредоточена лишь в руках мужчин. Женщина никогда не сможет так возвыситься в этой стране. Их жены не имеют ни права голоса, ни свободы передвижений без сопровождения мужчин. Аристократок с юности продают в жены тому, союз с кем выгоден семьям, и эти браки ничем не отличимые от рабства. Говорят, первый год жена, даже будь она самой благородной крови, обязана встречать своего мужа на коленях и снимать его сандалии, а по приказу спать в изножье его постели..."