— Воительница Лаки? — переспросила она, глядя на потрясенную Амину. — Ты мне льстишь. Посмотри на мои руки, разве это оружие? Нет. Это оковы рабства. Посмотри на мою шею, разве это латы небесного легиона? Нет. Это ошейник. Не говори ерунды.
— В руках Эдера воительницы не сразу стали покорными, — растерянно произнесла служанка, но в ее глазах, помимо потрясения, заплескалось восхищение. — Госпожа, ты прекрасна!
— Еще нет, — улыбнулась Элика. — Расчеши мои волосы. А то, можно подумать, что я только что подверглась насилию со стороны твоего Эдера.
— Не говори так, прошу, — с укором произнесла Амина, чем вызвала у принцессы новый приступ веселья.
—Ами, очнись! Я могу это повторить, и ты увидишь, что меня не пронзит огненная стрела твоего божества за столь дерзкие слова. Потому что я не принадлежу вашему миру и никогда не принадлежала!
Амина нерешительно улыбнулась, и, взявшись за гребни для волос, начала осторожно расчесывать длинные черные волосы Элики. Принцесса через осторожные касания ощутила внутреннее напряжение, сковавшее девушку.
— Что тебя так тревожит? Можешь мне рассказать?
Амина поколебалась несколько мгновений. Затем нерешительно проговорила:
— Меньше зимы тому назад леди Керра предсказала закат империи. Повелитель был зол как никогда и запретил ей повторять эти слова...
— Я не скажу ему ничего, верь мне, — заверила Элика, с трудом скрывая острое любопытство. —Что же именно она увидела?
— Она увидела одну из воительниц бога тьмы, госпожа. Ту, которая восстала против власти Эдера. Богу не удалось покорить дерзкую деву Лаки, как он не пытался. Но на исходе своей неволи мнимо покорная воительница за одну ночь обрела оба своих сожженных черных крыла, и Эдер утратил свою власть. Говорят, он просто не ожидал ее коварства, подпустил очень близко к себе, за что и поплатился...
Чернокрылая взлетела ввысь, вернувшись к своему темному божеству, после чего получила его благословение на месть за свою неволю. Но Эдеру отомстить не смогла. Вместо этого попросила Лаки ниспослать небесное пламя на эту цветущую землю, дабы сжечь ее дотла и испить слезы Эдера... Такая легенда, но леди Керра увидела ее скорое приближение. Но, говорят, она также увидела и иной исход, миролюбивый и не сулящий такой трагедии, но одному Эдеру известно, наверное, что стоит делать, чтобы черное сердце разозленной воительницы остыло и успокоилось...
— Красивая сказка, — согласилась Элика. — Тут, надо полагать, ею пугают непослушных детей?
— Не совсем. За Лазурийской пустыней проживает замкнутое племя тирасов, вождем которых является женщина-воин. Это племя поклоняется Лаки и использует его силу в своих целях. Говорят, они умеют исцелять неизлечимо больных, принося Лаки в качестве жертвенного дара кубок крови чистокровного кассиопейца. Царь Актий в свое время запретил трогать это племя, говорят, даже не раз обращался к нему за помощью, но это, скорее всего, слухи. Принц Кассий давно грозится стереть его с лица империи, но ему это пока не удается. Именно от них берет начало эта легенда.
— Интересно, —Элика вздрогнула от стука в дверь.
— Это твой завтрак, госпожа, — Амина отложила гребень и подошла к двери.
Дворцовый страж, перед тем как внести поднос с яствами, что-то тихо сказал Амине. Девушка возразила, но тон стража стал грубее, словно о чем-то предупреждая. Служанка молча пропустила его в покои, покусывая губы и с надеждой поглядывая на свою госпожу.
Воин расставил блюда на столике, стараясь не смотреть на принцессу.
Эл передернула плечами, когда он, наконец, убрался из покоев.
— Я не голодна, Ами. А ты угощайся. Садись.
— Госпожа! - служанка растерялась. — Но как же так? Ты должна поесть. Смотри, тут свежесорваные плоды страсти... И даже тот черный напиток... И устрицы, только из моря... Я поем на кухне. Мне нельзя...
—Ами, не говори ерунды. Кто сказал, что ты не имеешь права пробовать блюда с господского стола? Составь мне компанию. Я только черного эликсира выпью.
— Но тебе надо поесть. Чтобы сил прибавилось...