— Убейте их. Обоих.
Домиций Лентул кивнул, приложив руку к сердцу.
— Да будет так. Отрубите головы этим нечестивцам!
Элика расправила платье и гордо вышла из шатра в безмятежную летнюю ночь. Следом воины выволокли наемников, вырвалась из покровительственных объятиях воина Алтея, и только Кальвия в безотчетном страхе крепче прижалась к груди защитившего ее немолодого мужчины с дерзкими глазами, которые загорелись необъяснимым теплом при отчаянном жесте чужеземки с оливковой кожей. Ужина хватило атланским крестьянкам, дабы обаять и расположить к себе жестоких и непримиримых воинов чужой страны. Наверняка девушки добыли сведения, которых бы с лихвой хватило на военный переворот, а не просто побег.
Казнь работорговцев заняла не больше минуты. Обнажив меч, Домиций Лентул двумя отмеренными движениями обезглавил бывших наемников. Элика не дрогнула, наблюдая за ними с выражением глубокого удовлетворения. У Алтеи даже заблестели глаза. Когда все закончилось, принцесса поняла, что ее авторитет вырос до заоблачных высот, и никто больше не сможет поколебать его в глазах соотечественниц.
Воины поспешно уволокли с поляны тела казненных. Девушки окружили Элику.
— Гордая воительница, ты спасла наши жизни, мы отдаем их тебе!
Принцесса ласково погладила их почтенно склоненные головы.
— Я же обещала, что все будет хорошо? Это не пустые слова. Полно, успокойтесь.
К ним приблизился Домиций Лентул. Элика меньше всего хотела сейчас с ним разговаривать. Отчасти от того, что он наверняка слышал ее беспочвенные оскорбления в свой адрес в шатре.
— Я устала, благородный полководец. Разреши нам уснуть.
— Конечно, — Он выглядел смущенным. — Может, по кубку вина?
— Не стоит. И спасибо тебе за твое справедливое решение. Мы удалимся, с твоего позволения.
— В таком случае, ты кое-что забыла.
Элика удивленно вскинула брови, но тут же поняла, что он имел в виду лишь одно. На миг ей стало больно от такого сильного контраста, но она быстро овладела собой. Другие дочери Атланты не должны видеть ее слабости.
— Ничего личного, только его приказ? — горько усмехнулась принцесса, протягивая руки. После недолгой свободы кожаные наручи обжигали холодом. Хотя, скорее всего, это была просто игра воображения.
Впрочем, сегодня полководец Кассиопеи проявил небольшое милосердие. Элику не приковали к столбу, как обычно, оставив вместе с девушками притянутой за цепь к рабскому кольцу.
Кальвия все еще мелко дрожала, а Алтея скрипела зубами от негодования. Элика окинула долгим взглядом обоих девушек.
— Что мы имеем в итоге? — она улыбалась. — Этих шакалов стало меньше ровно на две головы. За вами никто не наблюдал так рьяно, как эти работорговцы. Наша задача упрощается! Что еще вам удалось выяснить, пока вы готовили еду?
Невольницы растерянно посмотрели на нее. Они еще не отошли от шока, и беззаботное возвращение к разговору о побеге казалось им неуместным.
— Я не буду вас жалеть, — прояснила ситуацию принцесса. — Мы теряем время. Мы удаляемся все дальше от родных земель. К тому же вы еще очаровали двух воинов, которые теперь не спустят с вас глаз! О чем вы вообще думали? О том, что они устроят вам побег? Меня поражает ваша наивность! Я надеюсь, вы хоть получили сведения, которые бы помогли нам в нашем деле?
— Их десять человек, не считая предводителя, — покраснев, пролепетала юная Кальвия. — И у них много оружия. Они везут его в повозке с провизией. Солдаты не были жестоки с нами. Большую часть работы они делали за нас, и еще рассказывали нам о Кассиопее и о предстоящем празднике затмения солнца. В это время на центральной площади происходит большое гуляние, а...
— Ниже лопаток, вдоль позвоночника! — перебила восторг подруги Алтея, повернувшись к Элике спиной. — Когда этот мерзкий шакал разорвал на мне платье, я просила Антала лишь об одном − чтобы он его не нашел!
— Нож! — прошептала принцесса, развязав веревку под грудью девушки. Твердая рукоять уверенно легла в ее руку. — Теперь мы спасены! Рассказывайте, что еще удалось узнать?