Он и сам не понимал, почему. Что-то непонятное творилось с ним уже почти семь солнечных круговоротов. Ощущение полета и непрекращающегося сексуального возбуждения, которое этой ночью достигло пика. Вся проблема была лишь в том, что он не додумался ни прихватить с собой свою наложницу, ни потребовать у Ксении достойной замены.
Со стороны заводи послышался чарующий женский смех, затем заросли папоротника зашевелились, и перед его глазами предстал Дарсид, воин-наемник из страны белых снегов, глыба мышц высотой в два метра. Его руки суетливо поправляли крепление лат, а белая кожа покраснела от агрессивного даже утром солнца Атланты. Наткнувшись на недовольный взгляд принца, воин поспешно поклонился, непроизвольно оглянувшись назад. Лэндал отпустил его движением руки и поднялся на ноги.
Оливковые деревья, казалось, расступились, пропуская Ксению Несравненную. Несмотря на всю свою злость из-за такой задержки в пути, принц не смог сдержать улыбку при взгляде на старшую сестру. Маска ледяной невозмутимости на ее лице ну никак не вязалась с тем, что произошло в заводи между ней и очередным воином его свиты, павшего жертвой буйного темперамента принцессы. Лишь лихорадочный блеск в голубых глазах выдавал ее восторг от любовной схватки с северянином.
— Ну что, братишка, можем отправляться в путь, — проворковала белокурая гедонистка, не замечая его укоризненного взгляда. — К вечеру будем во дворце.
Если только ты не попытаешься изнасиловать оставшихся воинов, усмехнулся про себя Лэндал. На самом деле, он злился не столько на сестру, принцессу округа Атлионии, ее вотчины, райского мира, где она правила твердой рукой, в то же время, возведя роль искусства, поэзии, музыки, и, чего греха таить, плотского наслаждения и свободомыслия в культ. Больше на себя, за то, что задержался там намного дольше, чем предполагал.
Ксения была в бешенстве, письмо матриарх она не восприняла всерьез. Досталось и брату. То ли за то, что он прервал ее чувственные полеты с наложниками со своим заявлением, то ли за то, что так и не смог отыскать следы Элики. Затем, все же взяв себя в руки, принцесса признала разумность доводов королевы. Хотя, как показалось Лэндалу, просто чтобы выиграть время. В тот же вечер прислала в его покои четверых восхитительных девчонок, одна краше другой, которые довели обычно стойкого принца до полного изнеможения. Но с ним все равно творилось что-то странное, цунами полноводного вожделения накатывали волнами, это было так похоже на прежнюю эмпатию, когда он чувствовал Элику на расстоянии, но сопоставить факт ее исчезновения и взбесившегося ни с того ни с сего либидо так и не смог.
Четыре красавицы, постигшие науку рабынь услады, так зачаровали его, что он едва заставил себя уехать. Ксения тоже с трудом оторвалась от своего многочисленного гарема, который ей при восхождении на трон предстояло распустить, но, полная жизненной энергии и оптимизма, вскоре позабыла о нем напрочь, стоило ей только узреть отряд его сопровождения. Лэндал уже ничему практически не удивлялся. Мар, Дарсид, Гаррет, снова Дарсид. Ненасытность старшей сестры была притчей во языцех, и он сам в этом убедился очень скоро.
— Почему Эл так и не нашли? — с грустью сказала Ксения, когда они наконец-то отправились в путь. — У меня ведь достоверная информация. Даже если бы ее продали на закрытых торгах, у меня всегда есть право беспрепятственного доступа, ни один такой аукцион не проходит без моего ведома. Я не знаю, что думать! Ты чувствуешь, что она жива, и, как сказал, даже немного счастлива... Но почему она тогда не возвращается домой? Может, Лакедон забрал себе ее память, и она даже не знает, где ее дом?!
— Ксена, я не знаю. Но поиски не прекратятся ни на секунду. Как только прибудем во дворец, я начну подготовку флота к землям Белого Безмолвия. Это неизведанные края, но мы должны ее искать во всех уголках земного шара!
— Когда я узнаю, кто с ней это сделал, — горячо выпалила Ксения. — Сразимся с тобой в храме Антала и Криспиды за право уничтожить его собственными руками!
— Нет уж, наверняка тайный враг действовал не сам. Разделим их по-братски...
— Действительно, хотя... Мы забываем про Эл. Именно она должна вершить многократно превосходящую месть, чтобы священный Антал благословил ее жизненный путь. —Ксения вгляделась в горизонт. — Лэндал, это же Крассенский рынок впереди! Я всегда хотела привезти лассирийский шелк в подарок матриарх. Нам придется там ненадолго задержаться.
—Ксена... Но мы уже потеряли непростительно много времени! — возразил принц.