— Господин… А вы не слишком… — нерешительно начал старый домовик, за столько лет службы воспринимаемый скорее хорошим приятелем, чем слугой.
— Строг к нему? — с ухмылкой повернулся к эльфу маг.
— Да… он все-таки глава рода… — эльф переступил с ноги на ногу и опустил глаза в пол.
— Еще бы он вспоминал об этом почаще и начал детей делать а не с мальцом Поттеров возиться, может, и был бы, — проворчал Поллукс, поднимаясь в спальню. — С такими как он — только так и нужно, Донни. Если обращать внимание только на мощь, по голой силе Сириус уже сейчас превосходит даже меня, такое ощущение, что Азкабан только отшлифовал его потенциал, дал этой звезде разгореться ярче, чем все остальные. Но чего стоит грубая сила без мозгов… Ему придется поумнеть, Донни, и начать использовать всё то, что он знает, как полагается главе рода, а не обывателю с палочкой наперевес. Иначе с такими врагами его просто разорвут, и я ничем не смогу ему помочь…
Спустя несколько минут свет, горящий в окнах спальни, погас, и в старые стены особняка вернулась ночная тишина, прежде изгнанная неожиданным гостем, больше не трещал камин и не скрипели едва слышно петли дверей, только тихое бормотание ещё слышалось из спальни.
— Миллион… Мерлин! Миллион за два концентратора?! Грегорович, видимо, совсем страх потерял и забыл, кому он обязан своей жизнью и свободой…
Когда я переместился домой, меня встречал только Кричер. Почти все остальные жильцы уже успели покинуть фамильный дом, переставая, собственно, быть жильцами. Француженка со своим малоразговорчивым охранником благополучно переместилась к Краучу-старшему, а вот его сынок остался гостить у меня. Но это, в целом, и без того входило в мои планы, благополучно полежит немного у меня, примерно до момента рождения ребенка. Контракты контрактами, но в благонадежности Крауча-старшего я не был уверен до конца, а в любом контракте, как известно, можно при желании найти лазейку, особенно в столь деликатном, как в нашем случае. Оставалось, пожалуй, рассчитывать только на то, что ему и самому был выгоден наш союз, по крайней мере сейчас, особенно учитывая намечающуюся коалицию.
— Кричер, подготовь ритуальный зал, — попросил я домовика и направился на нижние этажи. Все-таки следовало привязать палочки и с толком и расстановкой подумать о своих планах, главенствующую роль в которых должен был сыграть непосредственно Крауч.
Как бы то ни было, у Барти-старшего (вот ведь черти, на кой хрен было ребенка в точности так же называть, что за нарциссичные замашки у волшебников) осталось достаточно союзников в Министерстве, даже после истории с его сыном, достаточно, чтобы удержаться на должности главы отдела международного магического сотрудничества, но недостаточно, чтобы стать Министром магии, конечно же… Но не сейчас, с появлением меня, а, следовательно, и поддержки Малфоя и ко, постепенно набрать влияние, чтобы в итоге баллотироваться, выходило очень даже возможным. Фадж сейчас — полная креатура Дамблдора, хотя в последнее время и начинает проявлять большую самостоятельность и аппетит. Если тот поймет, что ветер изменился, то будет больше прислушиваться к голосу Малфоя, как к представителю старых семей.
Вообще, судя по разговорам с Малфоем, ситуация примерно следующая — шаткий паритет в Визенгамоте между партией Дамблдора и партией Малфоя, к которым попеременно присоединяются представители нейтральных семей, исходя из собственных интересов. Ну, и практически полная доминация Дамблдора в самом Министерстве, которая, собственно, получилась после провала избирательной кампании Крауча как представителя именно нейтральных родов. Все те семьи, которые были замечены в поддержке Волдеморта, были выбиты еще самим Краучем, который частично продвинул своих людей, но во время того, как ему пришлось поумерить амбиции и разбираться со скандалом, Дамблдор успел заполнить практически все пустующие места своими ставленниками. Конечно же, ему не было смысла соглашаться быть министром, если все Министерство и так было у него в кармане, ежедневно почитая и восхваляя, будто идола.
Наш план заключался в том, чтобы с помощью Крауча негласно достигнуть паритета в Министерстве и окончательно подвинуть Дамблдора с лидирующих позиций в Визенгамоте, и сам Крауч-старший в этом должен был помочь как никто другой. Дело в том, что практически все высокие должности занимали люди, которые так или иначе пострадали от Волдеморта, а также от семей, которые его поддерживали. По сути — Темный лорд, проиграв официальные выборы, воевал сначала с Орденом Феникса, а затем уже и с Министерством в том числе, образовав милую маленькую гражданскую войнушку. Слишком многие пострадали за время вооруженного конфликта, а потому — и никогда не присоединятся к коалиции Люциуса просто из принципа, никто не спешил обманываться заявлениями, что уважаемый брат[2] всего лишь находился под Империо. И вот тогда-то в игру вступает Крауч, который сможет объединить тех, кто не очень стремится поддерживать Дамблдора, но и не может примкнуть к Малфою из-за собственных принципов и убеждений, таким образом собирая под началом имени меня и Люциуса практически половину. Примерно такая же ситуация, к слову, была и в Визенгамоте, но шансов там получалось намного больше, чем в самом министерстве.