Баркер немного помолчал, чему-то кивая у себя в голове.
— Но парень не промах, одно мастерство в боевых чарах чего только стоит. Да и кольца подмастерий он носит уже довольно давно, не подтверждено конечно, но звания эти он уже перерос. Не один год по континенту мотается. Помню, пришел в наше отделение еще зеленым сопляком, но уже что-то из себя представлял, право слово, — откинулся на спинку маг, улыбаясь и явно что-то вспоминая. Все-таки с его возрастом я ошибся, никак ему не может быть меньше шестидесяти, даже по самым смелым прикидкам. — Но вот ситуация у него врагу не пожелаешь. От долга осталась всего четверть, но последний платеж уже через полгода. Если просрочит — лишиться и менора, и половины магических сил и здравствуй клеймо предателя крови. Прямо как эти… Уэзерби…
— И неужели если этот Стамп настолько хорош, как вы говорите, то кредитор так запросто будет резать курочку, которая приносит золотые яйца? — недоверчиво спросил я. Полтора миллиона за пятнадцать лет это… внушает. Для сравнения, общая сумма всего золота которое храниться в банке у рода Блэк, накопленное за столетия труда — всего шесть миллионов. Разумеется, если продать родовой особняк и все активы, то можно выручить втрое больше этой суммы… Но разумеется в своем уме никто на такой отчаянный шаг не решиться. За этим все. В глазах окружающих ты станешь хуже, чем самый пропащий магл-наркоман, который ради очередной дозы зарезал собственную мать. Еще для примера — зарплата обычного министерского служащего — тысяча галеонов в год. У глав отделов конечно же она повыше. Чтобы скопить такую сумму обычному магу придется работать двести лет и при этом не есть и не спать. А этот Стамп собрал чуть меньше такой суммы всего за пятнадцать лет. Внушает. И зачем кредиторам самим лишаться такого дохода — не понятно. — Изменить условия, растянуть еще на несколько лет…
— Гоблины, — кратко ответил маг, и мне стало понятно. Если кто потерял больше всего от реформ министерства, то это коротышки. Конечно, напрямую вредить магам после последнего неудачного восстания они не способны. Но вот на такой шаг, в лице устранения ненавистного рода вполне способны, пусть даже и в ущерб себе. Даже делать ничего не придется — перепродадут мэнор какой-нибудь богатой, но еще не основавшей собственного рода семье. А те уже и рады стараться. — Там на сколько я знаю два условия. Либо так, либо рабский контракт. И даже не известно, что хуже.
— Ясно..- взял я паузу, чтобы немного подумать. С одной стороны — судьба в лице Бакера сама дает мне в руки то, что необходимо именно в данный момент, хоть и за огромные деньги. Но деньги мертвому ни к чему, а вот потенциально верный семье человек, особенно с такими навыками, хоть и один — необходим как воздух. Пять лет — максимальный срок контрактов, которые предоставляет гильдия. За такое одолжение я вполне смогу истребовать у него полного родового вассалитета. Потеря магического источника — некоторых слабых магов вполне и убить способна. Судя конечно по регалиям Стампа такого не случиться, но Бакер вполне прав. И не знаешь даже, что лучше — рабство, смерть или такое. Хотя, учитывая фамилию последнего вполне возможно, что авада в сердце будет милосерднее. Но с другой стороны — за такие деньги я вполне мог выкупить пятилетний контракт у целой звезды опытных боевых магов, среди которых также как минимум трое мастеров. Один, пусть и сильный — это слабая замена команде. Как же не вовремя вся эта ситуация… Ну а в прочем. — У вас же, по всей видимости, также есть интерес к Альберту?
Произнес я, вполне очевидно сопоставив факты. Вряд ли карточка с его именем, а также такой интересный рассказ были сделаны просто так. Даже, учитывая баснословное количество денег, которые Стамп принес уже самой гильдии.
— Каюсь, есть такое, — ничуть не смутившись кивнул Бакер. — И дело даже не в симпатии, хотя парень мне и в правду симпатичен. Альберт немного занял и в Гильдейской казне. Сущие копейки, конечно. Да и денег он нам принес более чем достаточно. Правда, после открывшихся обстоятельств есть не самая малая вероятность, что выплатить долг в ближайшем времени он будет уже не способен. Впрочем, это не самая большая причина помочь хорошему человеку!