— Думаю, завтра эти фотографии будут на второй полосе, после вердикта. Мне следует о чем-то знать до начала?
— Да, пожалуй, — ответил я поморщившись, прокручивая в голове полученную информацию. — Дамблдор был предупрежден заранее, и возможны некоторые сюрпризы.
— Приму к сведению, — немного подумав кивнул Джефри. — Возможно, следует перенести заседание? Если делать, то делать сейчас.
— Я все-таки рискну, — ответил я взвесив все за и против. Все-таки, преимуществ было больше у меня, и я желал разобраться со всем сейчас, чтобы не сожалеть о том, что не сделал после. — Гарри, ты в порядке? Не испугался?
— Нет! — твердым голосом произнес малыш, только покрепче вцепившись в мою руку.
— Отлично, тогда пойдем, нельзя опаздывать.
Затем они стремительно пошли по коридору, совершенно не похожему на те, что Гарри видел наверху. Голые стены. Никаких окон и никаких дверей, кроме одной совершенно черной в дальнем конце коридора. Гарри думал, что в нее-то они и войдут, но Сириус мягко потянул его за руку и заставил повернуть налево, где оказался проем, ведущий на лестницу.
— Вниз, вниз, — ворчал мистер Джефри, быстро спускаясь по ступенькам. — Сюда даже лифт не ходит, такая глубина… Думаю, я даже бесплатно подготовлю жалобу в Визенгамот на эти проклятые лестницы. Уж за столько лет могли бы провести сюда элеватор.
Добравшись до низа лестницы, они быстрым шагом пошли по другому коридору, сильно смахивающему на тот, что вел в подземелья Блэк Хауса, в которые Гарри было запрещено заходить. В держателях, укрепленных на грубых каменных стенах, горели факелы, освещая массивные деревянные двери с железными засовами и обитыми железом замочными скважинами.
— Зал суда номер десять, как и всегда, — задумчиво проговорил Сириус, остановившись перед огромной темной дверью с железным замком. — Ну чтож, начнем пожалуй.
Сердце Гарри выбивало бешеную дробь. Несмотря на все репетиции в месте с Сириусом, мрачное место пугало его. Еще больше пугала его предстоящая встреча с Дурслями, которых он так и не мог забыть. Как хорошо, что Сири был с ним. Такой сильный, уверенный, когда он повернулся к нему и приобнял за плечи, то казалось все тревоги на миг отступили и Гарри успокоился.
— Не волнуйся, малыш, — проговорил тот, заглядывая к нему в глаза. — Обещаю, всего каких-то пара часов, и мы отправимся есть праздничный торт, который испекла Меда. Ты ведь любишь торты?
— Ага! — совсем успокоился Гарри, вспомнив тетю Меду. — А он со сливками?
— Ну, вот это уже будет сюрприз даже для меня, — рассмеялся Сириус. — Пойдем. И помни, со мной и Альбертом ты в полной безопасности.
Дверь зала заседаний открылась, затем захлопнулась за группой магов, отсекая все посторонние звуки. Стены подземелий любили тишину.
Глава 34 — Финал 1 части
Мы, немного затормозив перед дверями, уже более степенно зашли в огромный судебный зал Визенгамота. Именно этот использовался для полного заседания всей палаты лордов, так как вмещал в себя огромное количество как заседающих, так и просто желающих посмотреть судебный процесс. Сейчас он оказался забит полностью.
По центру зала вместо старого кресла с цепями на подлокотниках были установлены две кафедры, а также несколько небольших удобных стульев со столами на обеих сторонах. Все это потому, что сейчас в зале Визенгамота решалась не судьба конкретного преступника, а шел процесс признания опекуном, который по сути своей был состязательным, а не обвинительным, хоть и в силу своей экстраординарности требовал полного собрания членов палаты лордов.
Дамблдор, вместо своей привычной в роли верховного судьи трибуны, восседал на явно новом ему, мягком, обитом ситцем кресле, но по старому обыкновению не выглядел ни встревоженным, ни взволнованным. Даже не удостоил всю вошедшую группу взглядом, продолжая чинно беседовать с Молли Уизли, которая вместе со своим мужем расположилась рядом на стороне ответчика. И это было странно, их вообще не должно было быть здесь. Вот, видимо, и первый сюрприз, на который я пока что не знал, как реагировать.
Пока мы прошли и расположились на своей стороне, я, подняв взгляд чуть вверх, выискивал среди ряда сливовых мантий знакомые мне лица. Первым среди них раздулся от важности Фадж. Так как Дамблдор был заинтересованной стороной, то процесс вел Министр, пусть и просто как исполняющий обязанности. Этот упитанный мужчина сегодня расстался со светло-зеленым котелком, который частенько носил; но на его лице играла добродушная довольная улыбка. Слева от Фаджа располагалась Амелия Боунс, вид у которой был довольно встревоженный. А по правую руку от Фаджа находилась недавно назначенная помощница министра — Долорес Джейн Амбридж. Пухлая женщина, которая, похоже, купалась в лучах нового витка карьеры и была на редкость неподражаема в своем самодовольстве.