Я бросил оба куска скалы вдогонку и помчался к распятому на камне, уже немного занесенному снегом Поллуксу. Рядом лежали вяло трепыхающиеся остатки Рыцаря, чуть поодаль уже заметало снегом огромную тушу голема. То тут, то там встречались останки скелетов и химер Поллукса, разодранные на куски в самоубийственных атаках друг против друга. Пробежав между ними, я склонился над телом старого мага, которого ещё потряхивало от перенесенного заклинания. Глаза его были закрыты.
— Fenestra! Ferula!б— откровенно паникуя, я разбил оковы и сразу наложил чары на самые опасные повреждения. Пузырек кроветворного так же отправился к губам пострадавшего, но был перехвачен все ещё сильной хваткой старого мага.
— Да сам я, сам… — словно копируя ситуацию в убежище, Поллукс, кряхтя, выхватил у меня из руки пузырек, тут же выпивая его полностью и начиная кашлять. — Кха… Мордред и Моргана! Какой отвратный вкус… Где ты закупаешь зелья?!
— Зато действенно! — чувствуя, как с души падает огромный, примерно с одну из верхушек скал, камень, с облегчением улыбнулся я на ворчание деда. Всё-таки успел вовремя, помимо нескольких выглядящих опасными порезов да общего состояния после перенесенного Круцио, старик был в порядке.
— Как будто выпил отвар из тролльих панталон… — потихоньку начал подниматься дед, опираясь на мою руку. — Если бы они конечно их конечно носили. Что с Сигнусом? Ты его не убил?
— Нет, — ответил я, осторожно придерживая старика и создавая для нас защиту от ветра. — Создал для него клетку из серебра.
— Ну и ладненько… тьфу, — сплюнул на снег Поллукс сгусток крови. — Потому как с этой тварью я пока что еще не закончил.
— Как приятно видеть воссоединение дедушки и внука, я бы даже прослезилась, да не могу, — донесся сквозь завывания ветра усиленный голос Кассиопеи, которая приближалась к нам сквозь снег, окруженная все тем же зеленым щитом. — Ну же, внучок, уговори дедушку отдать портал. По-хорошему. И, может быть, только может быть я возьму вас с собой. Из ностальгии.
— По-моему, ты немного перепутала, бабуля, — криво усмехнулся я, готовясь к продолжению. — Теперь, когда нас двое, без твоих скелетов и ручного вампира — можешь сдаться, заковать себя в кандалы и нижайше попросить взять себя с нами.
— Ха-ха-ха… — залилась в неестественном смехе измененная ведьма. — Лучше шутки я не слышала уже много лет. Сигнус после обращения стал какой-то неразговорчивый, слишком холодный, если ты понимаешь, о чем я.
— Да, рад, что тебя повеселил, но может уже сдашься быстрее, а? — постарался я поскорее закончить разговор. Где-то в груди нарастало чувство тревоги. И, судя по озирающемуся по сторонам Поллуксу, не у одного меня.
— О чем ты, мальчик, — с улыбкой обратилась ко мне вплотную подошедшая нежить. — Вы только избавили меня от ненужного балласта. И я все ещё полна сил, чего не сказать о двух едва держащихся на ногах инвалидах с крохами энергии… А что же до одного вампира, то нужно было его сковать немного получше…
— БАМ! — донесшийся даже сквозь буран грохот со стороны, где я оставил вампира, говорил лучше всяких слов.
— Серьезно? — устало посмотрел на меня дед, встретив в ответ непонимающий взгляд.
— Я же сковал его серебром! — нахмурившись, рыкнул я, не понимая, как он мог освободиться. Даже высшие вампиры были уязвимы к серебру, не настолько, чтобы просто умереть, но он просто не мог использовать свои чары внутри клетки. — Как он…
— О, не вини себя, — противно засюсюкала ведьма. — Дело в том, что жидкая диета на здешних видоизмененных обитателях творит чудеса! Да и кровь вампира, что была у пособников Гриндевальда, была уж очень необычная. Мне так хотелось поставить этот эксперимент! Вот если бы я нашла её чуть раньше… Впрочем, в бытии лича, как оказалось, также есть много положительных сторон! Например, столько энергии… Crucio!
Ведьма запустила в нас целый шквал красных молний с двух рук, который еле-еле смог остановить наспех выставленный щит, выпивая из меня последние крохи магии. Поллукс в ответ на мой вопросительный взгляд лишь хмуро покачал головой.
— Ну что, есть какие-то сомнения, кто именно хозяин положения, — явно красуясь, Кассиопея выпустила ещё несколько зарядов, отменив заклинание за миг до его пробития. Не удержавшись на ногах, я припал на одно колено.
Все тело болело. В голове нарастал мерзкий звон — верный спутник магического истощения. Наскоро обработанные порезы уже не кровоточили, но какое-то количество крови я все же оставил на месте сражения. А кроветворное, которое у меня таки было, вызвало бы только еще один виток интоксикации. Судя по ответу Поллукса, козырей больше у нас не осталось, только…