Наплевав на то, что сейчас середина дня, на его рабочем месте, я сжимаю свои соски пальцами, втирая бёдра в лицо Данте в ритме, который, я знаю, отправит меня через край за несколько минут.
Разрывая момент, звонит мобильный телефон Данте.
Я сбиваю его со стола, но он продолжает звонить.
— Не смей останавливаться, пока не вылижешь каждую гребаную каплю, понял? — шиплю я сквозь зубы, задыхаясь между маленькими стонами.
Голова между моих бёдер кивает, но не замедляется. Я знаю, что Данте нравится теряться в моих желаниях; это позволяет ему очистить разум. Взаимная выгода.
— Продолжай в том же духе... Такой хороший мальчик, — воркую я ободряющим учительским голосом, который приберегаю только для него; учительским голосом, который мгновенно делает его твёрдым, отчаянным.
О боже! Я не могу не закусить губу, когда удовольствие нарастает между моих бёдер. Моё тело в огне!
Вонзив пятки в спину Данте, я громко стону, когда пик моего оргазма достигает крещендо.
Но я не отпускаю.
Вместо этого я выдыхаю инструкции торопливыми вздохами...
— Каждую. Последнюю. Каплю. Мальчик!
Глава четвёртая
Под контролем
Данте
Это трудно, но я изо всех сил стараюсь идти так, будто у меня в заднице не засунута вибрирующая анальная пробка.
Даника любит публичные игры, но это всегда так усложняет мне жизнь.
Господи, почему это так неудобно?
Как я могу сохранять видимость жестокого главы семьи Фера, когда всё, о чём я могу думать, — это лизать ноги Даники и умолять её позволить мне кончить? Что она со мной сделала? Но я знаю, что не только она виновата; моё подчинение было добровольным даром.
Одна только мысль о том, что Даника бродит с этим мощным пультом, готовая в любой момент активировать пробку, мгновенно заставляет меня твердеть. Предвкушение сочится из моих вспотевших ладоней. Она будет здесь с минуты на минуту...
Сначала я отказывался позволить ей прийти на аукционный банкет, но её постоянное нытьё измотало меня. Она хотела впервые в жизни надеть шикарное бальное платье, и у неё наконец появился повод его надеть, сказала она. Как я мог отказать ей в этом?
Кроме того, несмотря на то, насколько опасны люди в этой комнате, они действуют по определенному протоколу, уважению — никто не был бы настолько глуп, чтобы попытаться что-то сделать на аукционе; оно того не стоило, чтобы нарушать с трудом завоеванный мир между семьями.
Роскошное фойе быстро заполняетсяcrème de la crème 5, которые прохаживаются туда-сюда в безупречно отглаженных костюмах и на неудобных высоких каблуках. Это заставляет их выглядеть как обычных богатых людей, а не как некоторых из самых зловещих фигур в этом городе. В роскошной обстановке заведения они чувствуют себя как дома.
Драматичные люстры, изысканные произведения искусства на стенах, безупречно сияющий мраморный пол — определённая роскошь ожидается на таких мероприятиях. Мне самому мало дела до старомодного декора, но я знаю, что семьи старомодны, современная архитектура не производит на них впечатления.
Не то чтобы я имел какое-то отношение к выбору места. Алисия всё организовала, как и моё домашнее хозяйство, носясь с планшетом и следя, чтобы всё шло как надо. Если бы её волосы были затянуты туже, скулы проткнули бы глазницы.
Я направляюсь к двери, чтобы поприветствовать новых гостей, когда они входят. Сегодня вечером в этом величественном зале ожидается более ста человек, не считая охраны. Однако на аукционе оружия недопустимо: у двери стоит металлодетектор, через который все обязаны пройти, прежде чем войти в элегантный отель, выбранный для проведения эксклюзивного мероприятия в этом году (и только в этом).
Ежегодный благотворительный аукцион Фера известен во всех «неправильных» кругах и является секретом для «правильных». Крупные суммы денег переходят из рук в руки во имя благотворительности, не облагаемой налогом. Старые долги погашаются, и новые контрабанды приобретаются на мероприятии, которое на поверхностном уровне ничем не отличается от любого другого благотворительного гала-вечера.
Но все знают, что миллионы долларов, проходящие через процедуры, не предназначены для среднестатистических артефактов, выставленных на сцене под усиленной охраной. Нет, настоящий аукцион происходит онлайн через очень безопасное соединение и эксклюзивный доступ. Он организуется задолго до самого мероприятия, и лоты согласовываются ещё до того, как кто-либо сдаст оружие у дверей.
1,2 миллиона долларов за абстрактную картину для мистера Марино, — гласят документы. Но онлайн правда: «1,2 миллиона долларов за полуавтоматическое оружие для семьи Марино». Власть, оружие, наркотики — всё продаётся на ежегодном благотворительном аукционе Фера. Влияние семьи не знает границ, и все обязательно пользуются ихблаготворительностью, чтобы пополнить запасы. Это единственный способ сохранить мир между семьями, или хотя бы какое-то его подобие. Вместе с перемирием по поводу сохранения нейтралитета городских портов.