— Очень, — сказал Локи вполголоса и вновь покраснел.
***
Сразу после новогоднего выступления Фригге не дали перезвонить сыну. Коллеги принялись засыпать ее вопросами, плюс, надо было отдать несколько мелких, но важных поручений. Когда ей показалось, что нервотрепка закончена, к ней привели заплаканную Виту, и звонок вновь отложился: девушку надо было согреть, успокоить и обнадежить.
— Как хорошо, что вы нашлись! — сказала Фригга, когда Вита немного пришла в себя и даже проглотила пару ложек предложенного ей новогоднего салата. — И дочку вашу отыщем, вот увидите!
— Я так виновата… Так виновата… — шептала Вита, не в силах поднять глаза. — Понимаете, мы развелись с мужем, и мне было так больно, что я совершенно ушла в себя, и не смотрела, что с ней, как она переживает этот разрыв.
— Ничего, ничего, это бывает. Знаете, мне порой кажется, я тоже уделяю недостаточно времени своему сыну, и ему плохо от этого. Кстати, надо ж ему сейчас позвонить! Заодно и скажу, что проявитель отпечатков уже не нужен. Вот видите, я тоже не идеальная мама. Он ведь так хотел со мной Новый Год встретить. Но пришлось ему отказать. Что ж поделать, если у меня работа такая?
***
— Ну и что с того, что у нее работа такая?! — возмущенно воскликнул Локи в ответ на осторожное заявление Рэй. — Это не повод относиться так наплевательски! Сначала улетает под Новый Год на другую планету, потом бросает трубку, меня не дослушав и ляпнув «позже перезвоню». Ну и где это «позже»? — он в артистичном ожидании поглядел на молчавший коммлинк. — Где, я спрашиваю, это «позже»?
— Послушай, Локи… — вновь начал Рэй аккуратно.
— Да нечего тут слушать, — сказал Локи тихо. — Она не любит меня. Я ей не нужен. Она любит только свою работу. И даже, когда она позвонила мне… Я думал, она меня с Новым Годом поздравит. А она: «возьми проявитель, вышли в срочном порядке». И все. Не я ей был нужен, а проявитель. Чужого ребенка она готова разыскивать… А на своего плевать, так получается?
— Что-то ты, приятель, совсем раскис! — заметил Майкл, дружески похлопав Локи по плечу. — Мне кажется, тебе сейчас не помешает классный «БЫДЫЩ»! А я ж и салютики на заднем сидении припрятал! Сейчас жахним так жахним! Хандра испугается и уползёт подальше.
— Майкл, нет! — в панике крикнул Локи.
— Майкл, нет! — крикнул Рэй почти в унисон с ним.
— Да что вы, все ж любят салютики! Они такие отпадные!
— Не на космическом кораблееее!
Конец фразы потонул в жутком грохоте. Когда грохот затих, ему вторила аварийная сирена. «Экстрим» был поврежден, и поврежден серьезно. Его создатели предусмотрели все, но только не Майкла в качестве пассажира.
— Сейчас, кажется, реально что-нибудь отпадет! — сквозь зубы процедил Рэй, покрепче вцепившись в штурвал. — Пристегните ремни и держитесь крепче!
— Я и так при…стег…нут! — корабль стало жутко трясти, и вместе с ним затрясся и голос Локи.
— А тут есть ремни? — спросил Майкл недоуменно.
Ему никто не ответил.
— Уже вошли в атмосферу планеты, нам повезло, — пробормотал Рэй, склонившись над приборами. — Придется садиться в глухом лесу, до города не дотянем! Мягкой посадки не ждите, но, по крайней мере, погибнуть мы не должны. Скрещиваем пальцы и дружно верим в чудо! Как-никак — Новогодняя ночь!
***
В этот момент Ева недвижно лежала на снегу и тоже верила в чудо. По иссиня-черному небосклону катилась падающая звезда. И какая яркая! Неимоверно, неправдоподобно яркая и большая! И как быстро катилась… Вот-вот скроется за деревьями! Может, в Новогоднюю ночь только такие звезды и должны падать?
«Надо скорей загадать желание, — подумала Ева, с трудом скрестив закоченевшие пальцы. — С такой чудесной звездой оно точно сбудется, не может не сбыться! Пусть… Пусть в эту ночь… моя мама… встретит Новый Год счастливой! Пожалуйста».
По ее холодной щеке покатилась слеза, но Ева почти не ощущала этого. Какие-то полчаса назад тело еще пыталось бороться с холодом — кожу щипало, руки и ноги болели. Потом это прекратилось.
«Ну, ничего, — подумала Ева. — Новый год совсем близко. Я встречу его… вместе с мамой, хоть и совсем далеко от неё».
А звезда тем временем все росла, росла, росла…
«Да не звезда это никакая! — сообразила Ева с легким испугом. — Это ж корабль! Ну да, точно, корабль! Падает! О демоны, там же люди! И они, должно быть, в отличие от меня совсем не хотят умирать!»
***
— Не проходит вызов, — пробормотала Фригга, взволнованно покачав головой. — Пишет, «устройство, с которым вы хотите связаться, повреждено». Чтобы сломался коммлинк, просто уронить его недостаточно, нужны силы мощнее. Это может значить, что… — она не договорила.
— Я могу вам чем-то помочь? — тихо спросила Вита.
— Не знаю. Но сомневаюсь. Мой ребенок, вероятно, в беде, а я даже не знаю, где он! Иногда слова Локи все-таки стоит дослушивать до конца… Пойду, попытаюсь отыскать его корабль радарами.
— Я с вами! — вызвалась Вита. — Помогу хоть моральной поддержкой. Вы меня не бросили в беде, и я вас не брошу! Если Ева не отыщется, пусть хоть с вашим ребенком будет все хорошо.
— Не говорите так, Ева отыщется! И Локи отыщется. Он в стольких переделках бывал, не поверите. И ему уже за сотню лет все-таки перевалило — не маленький. Все хорошо будет, вот увидите!
Фригга говорила так потому, что должна была поддержать Виту. На самом деле она боялась, как боялась бы любая мама, узнав, что с её ребенком что-то случилось. И неважно, сколько ребенку лет, и в каких переделках он побывал.
***
Ева услышала дикий грохот. С деревьев сорвались мирно дремавшие птицы. Ева тоже с трудом, но все-таки поднялась на ноги.
— О демоны! Демоны! — послышались минутой спустя проклятия вдалеке. — Ну почему, ну за что?! Ну зачем так жестоко?! Как я жить теперь буду?!
Разумеется, Ева поспешила на голос. Горячее сердце разогревало заледеневшие ноги, и Ева все ускоряла шаг, насколько позволяли сугробы. «Так и есть, — думала она, кусая обветрившиеся губы. — У них несчастье, трагедия! Наверное, кто-то из членов экипажа…»
Додумать мысль она не успела. Внезапно укутанные снегом деревья расступились, выпустив ее на небольшую поляну, где и случилось космокрушение. Дверь челнока отвалилась и валялась в снегу, как и многочисленные коробки, а кричал и стенал симпатичный парень с легкими каштановыми кудрями.
— Что тут случилось? — спросила Ева онемевшим от холода языком. — Заранее вам сожалею, это… немыслимо.
— Вот именно! — всплеснул руками юноша. — Немыслимо!
— Кого вы… потеряли?
— Кого-кого! Лягушку! Жутко редкую, между прочим. И как я теперь спор выиграю, интересно? Локи ж мне всю жизнь припоминать будет… Где эта коробка? Не могла ж она взять, и исчезнуть!
— Может, вот эта, белая? — спросила Ева, слегка растерявшись.
Кудрявый парень расцвел на глазах.
— О! Точно! Белая на белом — вот и не заметил! Как там моя лягушка? — он чуть приоткрыл коробку, вгляделся. — Надо же, целехонькая! Живехонькая! Эта порода хорошо низкие температуры держит. Говорю же, редкое очень создание. И почему оно никому не нужно? Слушай, а тебе, часом, никогда не хотелось лягушку на Новый Год?
Ева, совсем уже растерявшись, помотала головой.
— Эх, жаль! Как же ее всучить хоть кому-то до Нового Года?
— Майкл! — послышалось вдруг из салона. — С кем ты там разговариваешь?
— А ты что, только заметил? — спросил парень насмешливо.
— Только заметил, что ты болтаешь не сам с собой! — прозвучал из салона не менее колкий ответ.
— Да тут это… понимаешь… Стоп, — Майкл замер и обернулся к Еве. — Серьезно, ты кто?
— Да тут это… понимаешь… — пробормотала Ева и смущенно потупила взор.
— Ну вот, значит, правильно все сказал! А зовут тебя как?
— Ева. А вас?
Юноша открыл рот, чтобы ответить, но в следующий момент вопрос сам собой потерял актуальность.
— О, демоны, Майкл, ты что творишь? — Из салона выбрался второй парень — высокий, темноволосый, с тонкими чертами лица. — Ты не видишь, она же дрожит вся, посинела от холода! А тебе бы все про свою лягушку!