— Сейчас будет, — прошептала вдруг Ева, поглядев на наручные часы. Сейчас он настанет!
— А можно бабахнуть? — спросил Майкл с надеждой.
Ему разрешили.
— Пять, четыре, — шептала Ева, не отрывая сияющий глаз от крошечного циферблата часов. — Три, два, один!
Когда она сказала «один» все как по сигналу подняли головы. В черное небо со свистом взмыла большая зеленая искра, чтобы секундой позднее распасться на миллиарды иск поменьше с характерным и так любимым Майклом «БЫДЫЩ»!
Люди, обнявшись, смотрели на небо, и глаза каждого лучились от радости. Так начался Новый Год. А ведь говорят, что как Новый Год встретишь, так его и проведешь.
***
Ну, вот и я! Не замерзли? Отлично! Ну что же, пора прощаться с героями и возвращаться. Или, может, еще вас свозить куда-нибудь? В гости к демонам не хотите? Понятно, что не хотите — я бы тоже не захотел. А может, на Зару в Новый Год посмотрите? Оно того стоит, правда… Что, нет? На Землю вас обратно, к родным? Пожалуй, действительно лучший выбор. Они же, наверно, скучают, а может быть даже боятся, что вы их не любите.
Вопросы остались? Интересно, что тот, сказочный я подарил Майклу? Не скажу, секрет. Скажу лишь, что Майкл остался очень доволен, когда все же с грехом пополам развязал тот ужасный узел собственного производства.
Ну, вот и ваша Земля. Прибыли. Пора прощаться. Даже не знаю, что и сказать напоследок. Всегда с этим трудно. Вот у Фригги получалось намного лучше. В общем, желаю вам Нового Года — такого, каким вы его в мечтах представляете.
С Праздником и до новых встреч!
========== Глава 9 ==========
Мне понравилось слушать едва различимое гудение двигателей. Раньше оно казалось скучным и монотонным, но это оттого, что я не прислушивался. В этот раз было иначе.
Мне так не хотелось сидеть в безжизненной тишине, что я жадно ловил все звуки, только бы чувствовать себя не таким одиноким. Я слушал, слушал и вдруг уловил особенную мелодию, в которой мягкое гудение временами нарушал то ли шепот, то ли шелест. Если закрыть глаза и отрешиться от реальности, можно представить, что это далекие звезды говорят на тайном наречии.
И все же фантазии были не в силах меня спасти. Я был один. Совсем один. И уже с ума сходил от своего одиночества. Почти все, кто был мне дорог, либо мертвы, либо страдают.
Я закрывал глаза, и перед мысленным взором мелькали до боли знакомые лица — будто кинопленку прокручиваешь. Амора, Сэм, Кайса, Сьюзен, Ингрид, Майкл, Кора, Элвис… Загляни в душу, и они все там, такие живые, настоящие, аж до дрожи. Даже и не верится, что могли умереть. И тем не менее это так. Их нет. Нет по моей вине. А сколько по моей милости погибло людей, чьих имен я никогда и не узнаю, даже подумать страшно… Немудрено, что меня вся галактика ненавидит.
Я очень устал от злобы, страхов и угрызений совести. Устал от постоянной борьбы. Будто копошишься в огромной яме, где кроме тебя барахтается куча людей — грязных, потных, отвратительно пахнущих. Порой бывает, ты видишь свет, льющийся в яму откуда-то сверху. Нет, крохотный лучик света!
Ты рвешься к нему, отчаянно цепляясь руками за малейшие выступы, а люди, твои же собратья по несчастью, озлобленно тянут тебя обратно, даже не понимая, что их потуги бессмысленны — тебе все равно не выбраться.
А скоро зловонную яму засыплют землей, и полоумные оборванцы больше никогда не увидят света. Так может, оно и к лучшему? Может, лучше смириться и позволить произойти неизбежному? Может, действительно стоит похоронить всю грязь, что скапливалась веками, чтобы на месте ямы выросло красивое дерево, что будет тянуться к свету каждым листочком? Ведь почти все люди, что находились в яме, этого света не замечали — он им был даром не нужен. Вдруг наша цивилизация безнадежна?
Какой-то части меня и вправду хотелось махнуть рукой, но я продолжал из последних сил карабкаться вверх. Что мною движет? Почему мне так важно спастись и спасти своих недалеких собратьев? Я не знал, но остановиться не мог.
Такие вот странные образы преследовали мое больное сознание, принося с собой удушающую безысходность. Хотелось вновь провалиться в грезы, где я — всемогущий демон, во власти которого целый мир. Мир, очищенный от зависти, корысти, насилия и прочего зла, что испокон века тянется за людьми, словно хвост за кометой. Там я свободен. И от общества, и от себя — от своих тревог, сомнений, терзаний. Сознание преображается, и все предстает в новом свете: не таким пугающим и серьезным, как в жизни. И то, чему я здесь придаю значение, то, ради чего готов отдать жизнь, в грезах видится дурацким и нелепым.
«А что, если…» — Эта мысль поразила меня настолько, что я распахнул глаза и вздрогнул. Что, если после апокалипсиса я действительно стану демоном и поселюсь в освобожденном от людей мире? Вот бы здорово…
Нет, это безумно страшно! Стать демоном, утратив человеческое начало, потерять все, что было так дорого… Хотя, я уже и так почти все потерял. И все равно страшно. Есть в этом что-то неправильное. И как же люди?
Я окончательно запутался в мыслях и ощущениях, и не понимал, чего хочу.
Как же хотелось сказать кому-нибудь, что я ничего не соображаю, что я запутался, как в паутине, что я не могу так больше. Хотелось попросить помощи и получить её.
Но просить было некого. Раньше была мама, готовая защитить от всего, а теперь я один. И ее уже никто не заменит. Отныне не существует людей, которым я могу рассказать о чувствах. Потому что они никого не волнуют. Мои союзники хотят остановить апокалипсис, и только. Только Рэю, может быть, не плевать, но он это умело скрывает.
И все же хотелось сказать, пусть даже ему, как страшно мне сейчас лететь в неизвестность. Ведь та фраза, что я небрежно обронил напоследок — пустой звук, чтобы немного приободриться.
На самом деле я ужасно боялся, что меня вычислят и поймают. Хорошо, если просто посадят. А если я опять сорвусь, и кошмар повторится? И рядом уже не будет товарища, у которого можно почерпнуть сил. Все-таки жаль, что Рэй не полетел со мной. Но ведь я сам велел ему остаться, потому что так хотел артефакт.
Но почему Пересмешнику важно, чтобы я отправился в одиночку? Почему ему вообще важно, чтобы я полетел туда? Что это значит?
Эти вопросы мучили меня долго, но я понимал, что ответы найду только после посадки.
***
Еще на подлете стало понятно, что волей судьбы меня занесло в глухую провинцию, каких я немало повидал на своем веку. В сердце что-то кольнуло: «На похожей планете жили Сэм и Кайса со своим малышом». Но я тут же выбросил эти мысли из головы.
Войдя в атмосферу планеты, я включил щит невидимости, чтобы не привлекать внимания зевак.
После посадки салон я покинул не сразу. Минуты две я просто сидел и пытался решить, что опаснее: воспользоваться силами Пересмешника, чтобы создать иллюзию, или выйти на улицу с обычной, магической, которую без труда распознают копы и тем более сотрудники ГалаБеза.
В конце концов я остановился на втором варианте: очень уж не хотелось, чтоб аномалия вновь вышла из-под контроля. Да и вообще, зона опасная, учитывая, что неподалеку открылся портал. А что касается копов и оперативников — еще не факт, что они здесь окажутся. Зато нестабильность пространства реальна.
Подумав так, я сделал себя невидимым и, глубоко вздохнув, вышел на улицу.
Очутился я в небольшом, но уютном дворике пятиэтажного дома. В песочнице, под присмотром уставших мам, возилась шумная детвора; голуби, тихо воркуя, выискивали что-то среди примятой травы; бабушка сидела на лавочке и читала бумажную книгу. Из подъезда выбежал мальчик с собакой на поводке, а молодая женщина (даже сложно понять, сестра или мама), выглянула в окно и крикнула ему что-то про куртку. Из подъезда напротив степенно вышел гражданин в очках и темном костюме. Вышагивал он с таким видом, будто собрался вершить судьбу мира. Я усмехнулся: на деле он в лучшем случае директор гастронома.