— И что это?
Хоть я и проработал в ГалаБезе четыре года, ничего подобного мне видеть не доводилось. Оно и понятно: ведь я был не оперативником, а, как любил выражаться Чак, «офисной крысой».
— Автоматический складной шатер! — тоном заядлой отличницы ответила Фригга. — Надо же нам где-то ночевать.
— Что ж, неглупо. А теперь идем отсюда скорее, пока не прилетели оперативники или… еще кто похуже.
Буквально через минуту мы уже сидели в одном из служебных флаэров и готовились к отлету. Фригга хотела сесть за штурвал, но я, зная ее любовь к приключениям, предпочел пилотировать сам.
Включив режим невидимости, дабы не привлекать внимания местных жителей, и проверив, все ли вещи на месте, я дал старт, и флаэр плавно поднялся в воздух.
— Так здорово! — Фригга вдруг встала и раскинула руки навстречу прохладному вечернему ветру. — Ты знаешь, я очень люблю полеты. В воздухе словно птицей становишься, а все тревоги остаются там, далеко внизу. Посмотришь на них с высоты, и даже смешно становится: до чего они нелепы. А здесь, в вышине, открывается совсем другой мир. Ты только посмотри на небо, на эти тона и краски! Я так хочу нарисовать его! И те сизые тучи, и те облака, и, главное, эту волшебную небесную синеву.
— Спасибо.
Я вовсе не собирался говорить это, но сердце переполнилось благодарностью и было не в силах её сдержать.
— За что? — Фригга так удивилась, что даже оторвалась от созерцания закатного неба.
— За то, что даришь мне мир, в котором живешь. Добрый, светлый и чистый. Я никогда не смогу подарить тебе такой же взамен.
— Я буду рада увидеть твой мир, каким бы он ни был. И… я счастлива, что тебя встретила. И тоже благодарна, что ты принимаешь меня. Мне ведь тоже это важно — делиться чем-то настоящим, но в нашем мире очень немногие могут это увидеть и понять. Большинство видят нашу жизнь колонками цифр и раздражаются, когда им показывают другое. Потому что им просто не нравятся непонятные вещи. И это так странно — замыкаться в своем скучном мире. А им кажется, что это я со своими выдумками какая-то ненормальная.
— Когда ты была старше, ты тоже очень хотела этого — подарить всем людям галактики счастливый и светлый мир. И во многом это было трудно как раз потому, что не все хотели его принимать, а насилие — это дорога Искусственного Интеллекта.
— Искусственного Интеллекта?
— Злодейская компьютерная программа. Хотела внедриться в каждого жителя галактики и, управляя ими, как марионетками, построить идеальный мир. Нам удалось его уничтожить.
— Сам придумал?
Конечно, для Фригги это было просто игрой. Было неловко брать на себя роль сценариста жизни, но ничего другого не оставалось.
— Ну… да.
— Это невероятно! Даже я бы не додумалась до чего-то подобного.
— Спасибо. Смотри, вон уже и лес виднеется. Мы почти на месте.
***
Когда наш флаэр опустился у лесной опушки, оставив городской асфальт, бетон и пластик далеко позади, солнце уже утонуло за деревьями, отдав мир в объятия густого вечернего полумрака.
— Тихо-то как. — Фригга даже понизила голос, словно опасаясь нарушить покой этого холодного, сумеречного мира. — Даже птиц не слышно.
Мы аккуратно, стараясь не шуметь, сошли на податливую, влажную землю. Не пойми откуда налетел легкий, но уже по вечернему прохладный ветер, принеся с собой дыхание наступающей ночи. Мягко зашуршали папоротники, заколыхались темные, еловые ветви.
— Слышишь? Лес приветствует нас, — прошептала Фригга, с присущим ей любопытством оглядываясь по сторонам.
— Или советует уходить, пока живы.
— Ну не будем же мы прислушиваться к мнению каких-то коряжек, — Фригга усмехнулась и откинула назад растрепавшиеся волосы. — В конце концов, это единственное место, куда мы можем податься. Ведь нас двоих уже наверняка объявили в розыск.
— Точно. И потому нам придется сделать вот так. — Невербальное усилие, и наш флаэр беззвучно взорвался, оставив после себя лишь чуть примятую траву. — Уж что-что, а отследить один из собственных флаэров ГалаБез сумеет в два счета, — пояснил я, поймав удивленный взгляд спутницы. — А теперь, чтобы нас обнаружить, придется повозиться.
— Теперь главное — хорошенько запомнить дорогу, — заметила Фригга, когда мы уже брели в самую чащу леса, продираясь через колючие лапы низкорослых елей. — Чтобы не вышло, как у тебя с лабиринтом. Не хотелось бы заплутать в этих дебрях. Ай, проклятые ветки! Так по глазам и хлещут.
— Если что, нас выведет Пересмешник, — пожал плечами я, придержав очередную колючую ветвь, чтобы Фригга не поранилась.
— Что ж этот твой Пересмешник под землей тебе не помог? — не без ехидства спросила Фригга, нагнувшись, чтобы отцепить от брюк прилипшую колючку.
— Рядом находился портал, и это, видно, сбивало его с толку, — пояснил я, зачем-то коснувшись артефакта рукой.
Вскоре молодой ельник, окаймляющий эту часть леса, закончился, и идти стало легче: у старых деревьев ветви были гораздо выше, а на уровне наших глаз чернели лишь голые стволы, обросшие бледновато-серым лишайником и мягким пушистым мхом. Темная хвоя надежно скрывала этот особый, таинственный мир от лучей солнца, и потому внизу рос все тот же мох да густой папоротник, который, как известно, любит влагу и темноту.
Ветра не было — ему, как и свету, мешал прочный хвойный заслон, и лес был погружен в звенящую, зловещую тишину, от которой мне становилось не по себе. Деревья словно притаились, выжидая удачное время для нападения. Глупость, конечно, но меня не покидало чувство, что как только я расслаблюсь и спокойно вздохну, сзади на меня набросится…
— Что за черт!
Когда на мое плечо упала разлапистая коряга, я сперва вздрогнул и потянулся к бластеру, и только потом осознал, что это всего лишь проделки моей заскучавшей спутницы.
— Я старик-лесовик, хозяин этого древнего леса, — приложив ладони ко рту, прогудела Фригга, когда я отнял у нее корягу и вопросительно поднял бровь. — Чего тебе надобно в моих владениях, странник?
— Не смешно, — огрызнулся я, отвернувшись и зашагав вперед.
— Что, испугался?
— Ничего подобного. Просто это было очень внезапно.
— Так же, как это?
Об мою руку вдруг мягко ударилось что-то небольшое и легкое.
— Давай шишками кидаться? Их здесь навалом!
— Давай лучше отыщем какой-нибудь водоем и устроим ночлег, — проворчал я, подумав, что чрезмерная активность и жизнерадостность Фригги иногда утомляет.
— Ну ладно. — Фригга разжала пальцы, и заготовленная шишка грустно упала на мшаный ковер. — А зачем нам водоем?
— Пополнить запасы воды. Наших надолго не хватит.
— Полагаю, мы скоро всяко выйдем к озеру или реке, — сказала Фригга, пытаясь закрепить за ухом пышную вайю папоротника. — Здесь очень влажно, стало быть — близко водоем. Ну… или болото.
— Что ж, будем надеяться на первое.
Я улыбнулся и прибавил шагу, почему-то решив, что возле воды мне станет спокойнее.
========== Глава 13 ==========
Было уже совсем темно, когда мы, освещая путь фонарями, все-таки вышли к широкой и полноводной реке, тянувшейся, насколько я мог судить, с запада на восток.
Разбить лагерь у самого берега не получилось. Почва у воды оказалась ненадёжной и хлипкой, да и места подходящего не нашлось. Посовещавшись, мы разместились на небольшом холме, от которого до реки было метров семьдесят.
Пока я, балансируя на скользких, поросших тиной камнях, наполнял почти опустевшие фляги, Фригга успела поставить шатёр. Я заметил его издали — он был оснащён электричеством и ярко светился.