— Что?
— Бог из машины. Поразительное явление, случившееся в самый нужный момент и решившее исход действа. Такой прием одно время часто применялся в драматургии. Попали герои в историю, надежды на спасение нет, все морально приготовились к смерти, как вдруг… нежданно-негаданно все разрешается само собой. Автор как бы сам вытаскивает персонажей из передряги.
— Вот к чему ты все это рассказываешь? Про драматургию?
— А к тому, что мы-то с тобой не в драматургии! И если в кустах появляется рояль, стало быть, кому-то это очень нужно, кто-то его туда поставил! В произведениях это дело рук автора, которому надо привести сюжет к заранее продуманной развязке. А в нашем случае?
— Хочешь сказать, всё это подстроили какие-то высшие силы?
— Похоже на то, — кивнул Рэй озабоченно. — И это само по себе подозрительно. Как будто нас специально ведут к чему-то за ручку, а мы покорно семеним ножками, как малые дети. И хорошо, если это все подстроено тем сверхдемоном, что говорил с тобой, и он ведет нас к победе. А если нет? Нельзя сбрасывать с шахматной доски самих демонов.
— Боишься, что это ловушка?
— Скорее, не исключаю такой возможности.
Я негромко фыркнул. Ну разумеется, Рэй скорее умрет, чем признается, что может чего-то бояться.
— Поживем, увидим. Все равно у нас пока еще мало данных, чтоб делать выводы.
— Я засекла аномальный всплеск! — как всегда неожиданно рядом с нами возникла Ника. — Они близко.
— Как вовремя, — печально и как-то устало заметил Рэй.
— Кто близко? — спросил я, уже догадываясь.
— А вон кто, — Рэй с обманчивым безразличием кивнул на появившуюся метрах в пяти от него золотисто-огненную фигуру, в которой без труда угадывались черты Джейн Фостер. — Но ты, конечно, не видишь.
— Вижу. — Я словно в оцепенении наблюдал за игрой пламенных отблесков. — Когда они напали на Фриггу, я видел их смутно: они то появлялись, то пропадали. А сейчас… впервые четкое изображение!
Вслед за Джейн появились огненные Дана и Элвис. Я переводил взгляд то на них, то на Рэя, сохранявшего поразительное спокойствие. Ни паники, ни даже страха не прослеживалось на его молодом лице. Разве что черты стали более жесткими, а губы сжались. Я догадался, что Рэй ждал их прихода.
— Который это по счету визит? — спросил я, внимательно поглядев на Ученого.
— Четвертый. И никогда не знаешь, который раз будет последним. Мы с Никой так и не нашли способа их отгонять.
— Зато мы нашли!
Я повернулся к «Экстриму», чтобы открыть дверь и позвать Долану, но этого не потребовалось: девочка, будто почуяв опасность, проснулась и сама вылезла из салона.
«Уходите! — властно приказала она, скрестив и вытянув вперед руки, совсем как тогда, в лесу. — Убирайтесь прочь! Не смейте его трогать!»
Фигуры тут же попятились и заколебались. Их контуры смазывались, они на глазах расплывались, теряя форму. Через пару мгновений я уже не мог отличить Элвиса от Джейн или Даны — фигуры почти утратили уникальность. Но все же держались, будто из последних сил.
«Уходите!»
Долана плотно сжала губы.
«Уходите!»
Я невольно чувствовал эту борьбу между маленькой девочкой и слугами демонов: огненный накал, отчаянье и стремление стоять до конца.
«Убирайтесь прочь!»
Когда сгустки багрово-желтого пламени, почти утратившие человеческий облик, бесшумно растворились в пространстве, полыхнув напоследок особенно ярко, ноги у девочки подкосились, и та бессильно рухнула на холодный металлический пол.
— Ты в порядке, Долана?
Я первым метнулся к ней, чтобы помочь, но этого не потребовалось. Я был еще метрах в трех, когда девочка, дрожа всем телом, поднялась на ноги и словно в трансе пригладила волосы.
«Все нормально, — сказала Долана взглядом. — Просто в этот раз они были необыкновенно мощны. Успели напитаться энергией. Мне пришлось бросить на борьбу с ними все силы».
— Весьма впечатляет, — заметил Рэй.
— Это его своеобразная благодарность, — пояснил я, виновато улыбнувшись.
— А ты что об этом думаешь? — обратился Рэй к Нике. — Девчонка действительно очень сильна.
Ника ничего не ответила. Вместо этого она подошла к Долане и пристально посмотрела в её глаза. Этот её пронизывающий взгляд был мне хорошо знаком, и потому я мысленно посочувствовал девочке — вряд ли ей нравится, что колючие глаза Ники заглядывают в каждый уголочек сознания, и от этих глаз-прожекторов не убежать и не спрятаться.
Но Долана вела себя очень спокойно. Она в свою очередь изучала Нику, и длились эти «гляделки» минуты три. А потом из глаз Ники вдруг потекла та самая синяя жидкость, что заменяла ей кровь.
— Ника, что с тобой? — спросил Рэй быстро.
И тогда, будто очнувшись от забытья, ведьма отвела взгляд от Доланы и обернулась к нам. Долана снова пригладила волосы и вдруг зашагала прочь, в другой конец зала. Я хотел остановить её, но передумал: что плохого с ней может случиться на безлюдной Церере? Пусть погуляет, осмотрится. Тем более, в этот момент с нами заговорила Ника, и я не хотел отвлекаться.
— Я не могу её прощупать, — сообщила она, глядя почему-то не на Рэя, а на меня. — Не могу добраться до сознания и прочесть мысли. Прежде такого со мной не случалось.
— А как же Фригга?
— С Фриггой другая история. Банальная и простая. Она ставила ментальную блокировку, которую я не могла пробить, вот и весь фокус.
— Так может, и здесь так же?
— В том-то и дело, что нет. Сама Долана от меня не закрывается — это факт, не подлежащий сомнению. Более того, девчонка даже хотела, чтобы я досконально изучила её мозг. В это сложно поверить, но, тем не менее, это так. Меня не пускало что-то другое.
— Что именно?
— Понятия не имею. Что-то, что находится внутри девчонки и действует независимо от её желаний. Насколько мне ясно, Долана даже не подозревает об этой субстанции. И мне это очень не нравится. Мне не нравится все, что я не могу понять и анализировать. Неизвестное может таить угрозу.
— Хочешь сказать, Долана может быть опасна для нас?
Моё сердце забилось быстрее: я всегда знал об этом, но старался не думать. Ведь Долана мне очень нравилась. Не только как союзник, но еще и как человек, который способен понять моё состояние.
— Не исключаю такую возможность.
Наверное, эта фраза скоро набьет у меня оскомину. Ну почему в нашем мире так все запутано и неоднозначно? В любом случае, я чувствовал своим долгом встать на защиту Доланы.
— Но за все это время она не сделала нам ничего плохого. Напротив, она всеми силами помогала. Она помогла нам сбежать из плена, спасла Фриггу от Огненных, указала дорогу к озеру, спасла меня от гигантского спрута, потом спасла Рэя… Да все здесь собравшиеся, за исключением Ники, ей жизнью обязаны!
— Это еще не говорит о том, что она безобидна, как овечка, — вмешался Рэй. — Скорее наоборот. В самом деле, где это видано, чтобы двенадцатилетний ребенок спас кучу взрослых? Одно это навевает подозрения.
— Вот именно, — поддержала Ученого Ника. — Искусственный Интеллект тоже нас, помнится, спас… Чтобы потом подгрести под себя.
— Джаред был другим! Это его конфетное изящество… Оно сразу показалось мне каким-то ненастоящим! Вылитый сериальный актер или модель с обложки журнала. Все в нем ровненько, гладенько, без изъяна. Будто на заводе отшлифовали. А Долана куда человечней! И я не думаю, чтобы она притворялась.
— Я тоже не думаю, — согласилась Ника. — Но это еще не значит, что от неё не может исходить угрозы. Возможно, девочка и сама не знает, что несет в себе бомбу замедленного действия.
— Тебя так встревожила эта преграда в её сознании?
— Я же говорю: меня тревожит все необъяснимое. Нельзя бездумно использовать оружие, не понимая, на чем основан принцип его действия. Читал когда-нибудь статью о том, как земледельцы опрыскали поля неизвестным науке веществом, оперируя лишь тем, что оно убивает вредителей, а потом отравили этой продукцией тысячи людей?