— Какие еще помехи? — я не на шутку встревожился.
— Не знаю. Просто чувствую. Надо выяснить.
С этими словами Долана исчезла. Я был ей безмерно благодарен за подсказку, но как из этой ситуации выпутаться, до сих пор не знал. По задумке кого-то всевышнего этот мир моей мечты имел некий изъян, и мне предстояло его найти.
Я вновь попытался сосредоточиться и составить в голове нечто вроде сравнительной характеристики двух вселенных — реальной и иллюзорной.
Я и сам не заметил, как вернулся к окну. Когда я глядел на улицу, мне почему-то всегда думалось легче.
Итак, что мы имеем? — рассуждал я, мысленно чертя контуры будущей таблицы. Работая в ГалаБезе, я так наловчился составлять эти бесконечные сводки, что представить процесс в голове было просто. — Страх перед апокалипсисом и там, и там присутствует. Второй пункт. В иллюзорном мире мне, пожалуй, стыдиться нечего, не считая десятка резких и грубых фраз, брошенных мною Сиф в пылу ссоры. В реальности я погубил сотни невинных людей, сломав жизни их близким, по моей вине погибли или стали несчастными те, кого я любил. Третий пункт. Ответственность за будущее нашего мира. «Нет», «есть» — мысленно сделал я две короткие пометки в соответствующих графах. И уже второй аргумент в пользу мечты. А мне-то нужны были другие.
Я стиснул зубы и напряг воображение, пытаясь найти причину считать реальный мир лучше или хотя бы придумать ее. Но ничего не вышло.
Поняв, что истязать сознание бесполезно, я дал себе передышку и стал наблюдать за тем, что происходило на улице.
На улице и в самом деле что-то происходило. На площади перед дворцом собралась толпа асов. Приглядевшись, я понял, что они окружили какой-то предмет, но что это, видно не было. Впрочем, я и без того догадывался: слишком долго все ждали этого рокового момента.
Позабыв обо всем, включая и то, что этот мир виртуален, я кинулся к двери и нос к носу столкнулся с Сиф.
— Тор! Тор вернулся! — скороговоркой выпалила она, когда мы уже поспешно спускались по широкой лестнице.
— Я видел.
— Совсем скоро мы все узнаем. — Сиф побледнела как полотно, и мне казалось, будто я слышу её участившееся сердцебиение. — Я так ждала этого момента. И так боялась!
— Как и все мы.
К голове прихлынула кровь. Да, этот мир был иллюзией, но я не мог заставить себя не волноваться за его судьбу.
В этот момент мы очутились на улице. Людей на площади было больше, чем показалось мне сверху. Или их число возросло, пока мы спускались.
— Пропустите! — Сиф, бесцеремонно таща меня за рукав, не менее бесцеремонно расталкивала асов, пробиваясь к центру этого дикого столпотворения. Те недовольно ворчали себе под нос, но уступали дорогу, зная, что с ней шутки плохи.
В корабле Тора я без труда узнал свой «Экстрим». Правда здесь «Экстрим» имел непривычную красно-золотую расцветку.
— Сейчас он скажет, — прошептала Сиф, со всей силы впиваясь ногтями в моё запястье. — Уже скоро.
Я знал, о чем речь. Тор должен был сообщить, удалось ли предотвратить апокалипсис. Вот почему на площади собралось столько народу: всем хотелось узнать, будет ли у них «завтра».
Вот дверь открылась, и в проеме показалась голова брата. Над площадью повисла звенящая тишина.
Люди уже не ждали ответа. Они знали его наперед. И пусть Тор не умел разговаривать взглядом, как его дочь, в этот раз все было понятно по одним лишь глазам, в которых, казалось, жизнь уже прекратилась.
Те, кто стоял сзади, Тора не видели, но в толпе ведь всегда образуется так называемый коллективный разум, и они чувствовали ответ по реакции остальных.
Никто даже не произнес этого страшного слова: «Нет». Оно и так висело над нами грозовой тучей, из которой вот-вот посыплются смертоносные молнии.
— Простите.
В безжизненных, как бездонные пропасти, глазах Тора блестели слезы.
Это его слово вырвало асов из оцепенения. Площадь тут же заполнилась гулом и гомоном, из которого то и дело вылетали особенно громкие ругательства и проклятия, обращенные в сторону Тора. Гнев — еще одна маска страха.
А Тор будто не слышал. Он просто прислонился к «Экстриму» и закрыл глаза. Ему уже было плевать: он смирился. Меня тоже терзали отчаянье и злость. Но злость не такая, как у толпы. Не на Тора. Он не заслуживал этого океана ненависти. Он приложил к борьбе все силы, сделал все, что мог, и даже больше. Ведь любой на его месте сделал бы.
Нет, злило другое. Сама ситуация не давала покоя. Получается, всего несколько часов, а быть может, и меньше, и меня просто не станет, как и всего вокруг. И этого не изменить, не исправить! На это не повлиять!
И тут меня осенило. Разгадка крылась именно в этом. В реальности мне был дан шанс — спастись самому и спасти людей, я мог действовать, и от меня зависел исход. Прежде мне казалось, что это плохо, но теперь, только теперь я понял, как заблуждался.
На деле мне повезло больше, чем любому из живущих в галактике: у меня был шанс все исправить, пока остальным оставалось лишь ждать вердикта. Они не владели своими судьбами. А у меня был шанс. Есть шанс…
И едва я так подумал, как Тор, Сиф, корабль, асы да и сама площадь исчезли. Я лежал на жестком пыльном полу в собственных покоях.
«Ты справился!» — Долана протянула мне руку, чтобы помочь, но я встал сам: было страшно опереться на хрупкого ребенка.
Поднявшись, я заметил, что волосы и брови Доланы опалены.
— Что здесь случилось? — выдавил я, уже предвидя ответ.
«Снова Огненные. С каждым разом они становятся все сильнее. Нам надо идти, и как можно скорее. Апокалипсис уже близко. Куда ближе, чем ты можешь вообразить».
Последние слова Доланы прошли как-то вскользь, и если я и встревожился, то только самую малость. Однако вскоре я убедился, что недооценил их значение.
Комментарий к Глава 18
*об этих событиях рассказано в первой части
** Образовано от английской приставки “inter” - “между” и слова “mind” - “сознание”. На русский можно перевести как “между сознаниями”.
========== Глава 19 ==========
До корабля мы добрались без приключений. По дороге нам встретился патрулирующий отряд, но воины не могли видеть сквозь пелену иллюзий, и нам удалось выскользнуть из дворца незамеченными.
Подходя к «Экстриму», я беспокоился, не случилось ли чего-то в наше отсутствие, но мои опасения оказались напрасными.
Когда мы поднялись на борт, Рэй рассказывал Фригге что-то об иллюзиях. С нашим появлением лекция тут же оборвалась.
— У вас получилось? — спросила Фригга, перекинувшись через спинку сидения.
Пока нас не было, она успела привести себя в порядок: расчесала волосы и даже накрасилась в своей обычной, звероподобной манере.
— Сама погляди.
Я показал ей Камень, и минуты две Фригга не отрывала от него глаз.
Рэй в это время дал старт, и город под нами стал стремительно уменьшаться, пока не превратился в едва различимую точку, а затем и вовсе исчез.
— Получается, теперь моя очередь, — сказала вдруг Фригга, задумчиво закусив губу. — Скажите, это больно?
— Что? — спросил я.
— Ну, перемещаться в другую реальность?
— Ни капли. Хуже, когда ты уже там. Ты боишься?
— Смеешься? — Фригга забавно насупилась. — Настоящие герои ничего не боятся и смело смотрят опасностям в лицо!
— А еще они не существуют в природе, — тихо заметил Рэй.
— Не говори так! — тут же вскинулась Фригга, поправляя повязку, которая сползла на бок. — Почему ты в меня не веришь?
— Я верю. Но послушай…
— Подождите вы оба! У меня вызов.
В глубине души я был даже рад, что нашлась причина прервать только зародившийся спор.
— Кто? — спросил Рэй, напрягшись. — Ника?
— Привет, Тор. — Этой короткой фразой я убил сразу двух зайцев: поздоровался с братом и ответил на вопрос Рэя. — Что случилось?
— У меня скорбные вести. Я только узнал, что Джаред… в общем, он мертв.
— Как это случилось?
В этот момент у меня перехватило дыхание и, готов был поспорить, не у меня одного.