Я заставил себя их забыть. Отбросил их на задворки сознания, внушая себе, что ничего не было, и эти слова никогда не звучали. Я просто закрыл на них глаза.
Мне казалось, я избавился от их гнета, но это было красивой иллюзией. Эти слова крепко укоренились во мне, подарив вседозволенность чувству вины. Они звучали во мне всякий раз, когда мне казалось, что я допустил промах. Выходит, от них действительно не сбежать, их надо встретить лицом к лицу и уничтожить. Как жаль, что я понял это только сейчас. Дана права — я был идиотом.
Сперва мне показалось, что парадные ворота стерегут стражники, но меня смутила их мертвая неподвижность, я пригляделся и… рассмеялся. У дверей стояли две пары пустых доспехов, бесцельно подпирающих стены.
Коридор, ступеньки, опять коридор… Вот и тронный зал. Двери были распахнуты настежь. Я неспешно вошел, почему-то почти не боясь. Мне казалось, будет ужасней, но после пройденного пути последние шаги было сделать легче.
— Все-же пришел? — восседавший на троне Один оказался дряхлым и немощным. Казалось, лишь дунь на него, и всё, он рассыплется в прах. — Рожденный, чтоб умереть.
— Я был рожден, чтобы жить! — нужные слова пришли сами собой, будто из ниоткуда. — Точно так же, как и тот мир, который сейчас висит на волоске по твоей милости!
— Не будь наивным, глупец. Ты, вероятно, думаешь, та моя фраза не несла смысла? Ошибаешься. Ты был рожден по воле демонов. И думаешь, они стали бы создавать человека? Да зачем он им нужен? О, нет, им нужна была бомба замедленного действия, и они её благополучно создали. Все разрушать — твоя судьба, это было предначертано. Именно поэтому твоя смерть — лучший выход.
— Вот как? А я не верю в судьбу и в то, что кто-то может влиять на мои поступки. Согласен, демоны могли вложить в меня какую-то дрянь на начальном этапе, но они не могли знать, что я с ней сделаю дальше. Возможно, я и был угрозой, но при этом оставался человеком. И весь этот мир, даже вот этот его кусок, это доказывает.
— Ты видел, как темно и грязно у тебя в душе.
— Я видел и свет. И за этот свет, за всех воскрешенных в моем сердце людей я готов бороться. Да, это не рай. Это обычный мир, почти такой же, как внешний. В этих обоих мирах есть что-то, что не позволит поставить на них крест, не даст тебе их уничтожить.
Острие меча прошло сквозь тело старца слишком легко для того, чтобы я мог поверить в победу. Одно движение, и тело исчезло, слившись с прохладным воздухом.
Меч со звоном выпал из моей дрожащей руки. Неужели все? Так быстро и так просто? Нет, не просто… Труден был путь, а не этот завершающий штрих.
«Завершающий… Хотелось бы верить, что он завершающий», — мелькнула тревожная мысль, а в следующий миг в глазах у меня потемнело.
========== Глава 22 ==========
И снова проклятый туман! Наверное, после всего, что я пережил, ненависть к мутной взвеси, застилающей весь обзор, останется со мною до конца жизни.
Туман плыл вокруг меня, обтекая и словно облизывая лицо. Хотелось скорее вырваться из цветной пелены и увидеть четкие очертания… хоть чего-нибудь.
Я попытался встать, но сделать это оказалось непросто — все моё тело трясло, и конечности не подчинялись. Я развернулся на живот, оперся руками на невидимую поверхность, но руки подкосились, и я упал, умудрившись разбить нос.
Кровь словно вплелась в подвижную дымку, добавив в цветовой хаос алую краску. Обо что я размозжил лицо? На чем я сейчас лежал? По чему мы так долго шли? Я попытался ощупать рукой эту так называемую поверхность. Странное чувство. Не камень, не песок, не глина… Как будто пустота, но что-то же не давало проваливаться ниже. Наверно, это можно сравнить с мощным магнитным полем. В мире демонов было похожее.
«И все же хватит философствовать, пора вставать», — решил я и опять попытался подняться. Уперся руками. Вложив в рывок все силы, оттолкнулся, встал… и, пошатнувшись, упал опять.
После очередного удара мелькнула странная мысль, что я нахожусь на экране телевизора, а где-то звучит забавная музыка и взрывается хохотом невидимая публика. Я — главный герой незамысловатых комичных историй, нелепый дурачок, который никогда и ничего не может сделать нормально и с первого раза.
На третий раз встать удалось. Но едва я поднялся на ноги, голова закружилась, а к горлу подкатила тошнота. Я шел вперед инстинктивно, движимый желанием как можно скорее выбраться из этого мира и очутиться в нормальной реальности, где не будет тумана и силовых полей под ногами. Однако с этим пришлось повременить.
Когда я проделал с десяток шагов, ноги вновь подкосились. Какое это по счету падение? Я нахмурился, пытаясь вспомнить, как вдруг вздрогнул и замер, исступлённо уставившись перед собой. Стелившийся у самой поверхности туман окутывал… человеческое лицо. Сперва меня бросило в пот, но я быстро понял, что никакой мистики не было. Я просто увидел Нику, лежавшую без чувств так же, как лежал пару минут назад я. Волнистая дымка будто пожирала её, скрадывая контуры тела, и меня ужаснула мысль, что совсем недавно так было со мной.
— Ника! — вместо слов из уст вырвался какой-то шипящий свист, а в глазах начало темнеть: речь отбирала последние силы. — Ника, очнись!
Я нагнулся и ударил ведьму по бледной щеке, подумав, что раньше и помыслить не мог о такой дерзости. Ника открыла глаза, но даже это меня испугало. Странно, ведь именно этого я и хотел.
«Не совсем, — возразил внутренний голос. — Ты ждал, что она оживет, забыв, что Ника всегда была мертвой».
Действительно. Как глупо с моей стороны.
Ника спокойно поднялась на ноги, а я неотрывно следил за ней, какой-то частичкой души веря, что вот сейчас она тяжело вздохнет, обхватит руками голову, пошатнется, расставит пошире ноги, чтоб не упасть — одним словом, сделает хоть что-нибудь человеческое. Что-нибудь несовершенное.
Но мои ожидания были тщетны. Ника встала, как фантастический робот, которому подключили новый аккумулятор.
— Ты в порядке?
Я знал, что вопрос нелепый, и все-таки задал его этой бесчувственной статуе.
— Ищи остальных.
Я подчинился. Нагнувшись, словно нищий в поисках монетки, я вглядывался в потоки и завихрения цветного тумана. Ника ходила прямо — от её неестественно острого зрения и так ничего не укроется.
Работали молча. Я и не хотел говорить. Даже не интересно было, почему вся команда лежит в отключке. Наверняка из-за Огненных. Да и какая разница, если все кончилось, и теперь главное — живыми возвратиться домой?
Спустя какое-то время я разглядел второе лицо. В первый миг я не поверил глазам — лица друзей часто мерещились мне в тумане. Но в этот раз все было взаправду.
Я опустился рядом с Фриггой. Она лежала на боку, чуть согнув ноги в коленях. Казалось, она просто спала, а пелена была её одеялом.
— Лучик, проснись! — я осторожно провел рукой по её золотым волосам. — Лучик! — уже настойчивее позвал я, не дождавшись реакции.
Фригга завозилась, совсем как ребенок, который не хочет вставать, и чуть слышно вздохнула. Неужели и правда спит, убаюканная туманом?
Я поднял ее на руки — силы постепенно возвращались.
— Очнись!
Сон сном, а пробудить её к жизни было необходимо. Кто знает, какие последствия будут у этой дремоты?
— Ты смотришь на вещи слишком поверхностно, — не просыпаясь, пробормотала вдруг Фригга. — Но это естественно в твоем возрасте. Со временем ты научишься…
Она замолчала, а я растеряно замер, не зная, чего хочу больше — немедленно разбудить её или слушать эти слова, чересчур глубоко въевшиеся в ее подкорку.
— Она не проснется, пока мы здесь, — равнодушный голос Ники оторвал меня от раздумий. — С Рэем та же история.
Я обернулся и увидел, что с правого плеча ведьмы безвольно свисает юное тело Ученого.