— Мои родители хотели бы, чтобы я отомстила! — резко парировала я, впервые за долгие годы повысив голос на приемную мать. Мне самой было это неприятно, но я не могла упустить идеальный шанс для мести. — Они хотели бы, чтобы я была сильной! А это — единственная сила, которая может против них сработать!
Я увидела, как глаза Пиеры наполнились слезами. Старая кухарка, видевшая меня еще кудрявой принцессой, бегающей по дворцовым кухням, подошла и взяла мои загрубевшие руки в свои. От них исходило тепло, нежность и любовь. Да, именно такое ощущение у меня всегда вызывали руки Пиеры. Она давала мне свою любовь все эти долгие годы, после смерти моих родителей.
— Дитятко мое… Алисия… — она использовала мое настоящее имя, тихо, как молитву. — Месть — это холодное блюдо. Оно отравляет того, кто его готовит. Я не хочу терять тебя. Ты — все, что у меня осталось от той жизни. Я не хочу тебя терять. Не хочу, чтобы из-за мести ты пострадала, отравилась, исчезла из этой жизни.
Я посмотрела на ее морщинистое, испуганное лицо, на руки, исцарапанные годами работы. И мой гнев схлынул, сменившись тяжелой, свинцовой решимостью.
— Они отняли у меня все, Пиера. У меня нет другого пути. Я не могу жить спокойно, пока они живут, забыв о случившемся. Но… — я обняла женщину, чувствуя, как та вздрагивает от тихих рыданий. — Я буду осторожна. Обещаю.
Пиера долго смотрела на меня, словно пытаясь запомнить каждую черточку моего лица. Потом тяжело вздохнула, смирившись с неизбежным.
Она подошла к закопченному дымоходу, отодвинула один кирпич и достала оттуда маленький, туго набитый монетами кошелек. Я знала про этот тайник, но никогда в него не лезла. И делала вид, что не в курсе накоплений Пиеры. Я не знала. На что она копит, но знала, каким тяжелым трудом ей достались эти деньги.
Чувство, словно сейчас Пиера меня благословляет, нахлынуло резкой волной. Я чувствовала нежность и благодарность по отношению к этой прекрасной, доброй и любящей женщине.
— Вот, — она сунула мещочек в мою руку, и отодвинулась, заглядывая в мои, почти мокрые от слез глаза. — Бери. В городе все дорого. Мало ли что… На самое необходимое. Тебе может многое понадобиться в твоей миссии.
Мы обе понимали, что это не просто деньги. Это было ее благословение. Ее молчаливое согласие. И ее вечный страх. Страх, что я не вернусь, что меня раскроют, и избавятся, как когда-то избавились от моего королевства.
Я сжала кошелек, чувствуя вес каждой монеты — вес жертвы и любви этой женщины.
— Спасибо, мама, — прошептала я, не в силах выдавить из себя нормальный звук. Ком застрял где-то в горле, не давая мне возможности нормально дышать.
Пиера кивнула, смахнула слезу и потупилась.
— Иди ужинать. Хлеб остывает.
— Знаю, сама же пекла! — С улыбкой, словно на автомате ответила я, отворачиваясь от приемной матери.
Я уже смотрела в окно, но видела не звезды, а образ молодого дракона с насмешливыми серыми глазами, еще не зная его лица. Мое сердце, годы сжимавшееся от боли, впервые забилось в ритме жестокой, страшной надежды.
Надежды на месть, которая скоро свершится над кланом лазурных драконов.
Глава 1
Повозка, запряженная крылатым гиппогрифом, резко дернулась и замерла прямо у стен Небесной Академии.
Я выпрыгнула из нее на землю, едва успев бросить вознице несколько монет из кошелька Пиеры. Деньги нужно было беречь. Заработка у меня здесь нет, так что придется ужиматься во всем, чтобы деньги не закончились сликшом быстро.
Да, Пиера была права, в городе все слишком дорого.
Передо мной, вздымаясь к самому небу, сияла Небесная Академия.
Это было не просто здание. Это был город в воздухе. Мраморные шпили, оплетенные живыми золотыми лозами, парящие мосты, соединяющие башни, по которым неспешно прогуливались студенты самых разных рас. Воздух звенел от магии — здесь пахло озоном после грозы, свежими, ароматными цветами и древним камнем. Где-то высоко в небе с радостными криками проносились на своих настоящих крыльях несколько драконов, и мое сердце на мгновение сжалось от давней, животной памяти.
О том, когда я видела их так близко в последний раз. И они были не красными и желтыми, а лазурными, синими и голубыми.
Они здесь. Он здесь.
Я вдохнула полной грудью, выпрямила спину и поднялась по широким ступеням к главному порталу. В моем простом дорожном платье и с потертым рюкзаком за спиной я чувствовала себя серой мышкой среди пестрых павлинов.
Дочь эльфийских лордов в шелках прошелестела мимо, бросая на меня снисходительный взгляд. Два молодых человека с заостренными ушами и мечами у пояса громко спорили о тонкостях магии иллюзий.