Элиот рассмеялся, похлопав меня по плечу, и улыбаясь как дурак.
— Понятно. Значит, пригласишь?
— Посмотрим, — уклончиво сказал я, но в моих глазах уже мелькнул азартный огонек. — Сначала надо заслужить право ее пригласить. А это, я чувствую, будет непросто. Она такая… Подойти к ней сложно. Нужен особенный подход, иначе ни как.
Я снова ухмыльнулся, глядя на огни ее общежития. Охота продолжалась, и она становилась все интереснее.
Глубокая ночь опустилась на Академию, окутав ее в бархатный, звездный покой. Но в роскошной комнате, на самом верхнем этаже башни царило беспокойство. Я лежал на спине, закинув руки за голову, и уставился в стеклянный потолок, за которым плыли в бескрайней вышине две луны.
Сон бежал от меня, как от преследователя. За закрытыми веками я видел не темноту, а пару карих глаз, полных язвительного огня и скрытой тайны.
Калиста.
Мой ум, обычно такой легкомысленный и живущий моментом, теперь работал на полную катушку, анализируя каждую деталь, каждую мелочь.
Деревенская девушка.
Формально— да. Но… Я видел деревенских девушек. Они были милыми, немного робкими, с руками, знакомыми с работой, но без той стальной хватки, что была у Калисты. Их словарный запас ограничивался бытом, погодой и местными сплетнями. Их шутки были простыми.
А она… Она говорила как придворная дама, изощренная и отточенная. Ее сарказм был сложным, ее ответы — мгновенными и точными. Ее осанка… Она не сутулилась, не старалась стать незаметной. Она держала спину идеально прямо, с врожденным, неоспоримым достоинством. Ее взгляд был не испуганным или восхищенным, а оценивающим. Измеряющим.
Словно она не деревенская девушка. А принцесса, знающая себе цену, и которая с легкостью может выйти из любой сложно ситуации. Даже если это словесная дуэль.
Она не такая, какой хочет себя показать.
Образ Калисты не вязался с деревенским. Не знай я, что она из деревни, то наверняка бы подумал, что она знатная особа, которую с детства учили этикету.
Что-то здесь было не так. Нестыковка. Как будто в простую деревянную оправу вставили идеально ограненный алмаз, явно не оттуда взявшийся.
Я чувствовал это своим драконьим нутром. Она что-то скрывала. Какую-то большую тайну.
Я мог бы начать копать. Спросить о ее прошлом, о семье, о деревне Утес Ветров. Использовать свои ресурсы, чтобы проверить ее историю. Для наследника клана Лазурных это было делом пары часов.
Но… я не хотел.
Мысль о том, чтобы копаться в ее прошлом без ее разрешения, вызывала у меня странное отторжение. Это было бы нарушением тех самых правил честной игры, которые я неосознанно установил между ними. Я хотел, чтобы она сама мне открылась. Когда-нибудь. Если захочет.
Мое любопытство боролось с уважением к ее границам. И пока что уважение побеждало. Я не хотел ее спугнуть. Не хотел, чтобы эта хрупкая, колкая связь, которая начала между нами прорастать, оборвалась из-за моего нетерпения.
Мои мысли плавно перетекли на вечеринку. Ту самую, неофициальную, что мы затеяли с Элиотом. Обычно я был душой таких мероприятий — центром всеобщего внимания, королем веселья.
Но теперь я представлял себе эту вечеринку без нее… и она казалась мне унылой и пресной. Одно и то же лицо: восторженные взгляды, дешевый флирт, попытки привлечь мое внимание. Даже Элиот, мой единственный по-настоящему хороший друг, сейчас был всецело поглощен Лирой и стал… спокойнее. Я видел, каким он, скорее всего, был раньше. Да, сейчас он тоже озорной и веселый. Но уже не такой рискованный. Он скорее стал домашним, тихим.
А Калиста… С ней не будет скучно. Она внесет дерзость, остроту, настоящий вызов. Она не будет смотреть на меня с обожанием — она будет смотреть с прищуром, готовая отпустить колкость или парировать мою шутку. Она заставит меня быть остроумнее, быстрее, лучше. Он заставляет меня стараться, напрягаться, причем везде! Лишь бы еще на шаг подступиться к ней.
Я определенно хотел видеть ее там.
Но как ее позвать? Обычные методы не работали.
«Красотка, пошли развлечемся» — она фыркнет и развернется. Ей нужен был… особый подход. Вызов. Игра.
Я перевернулся на бок, уставившись на сияющие в ночном небе звезды. Идея начала обретать форму. Не приглашение. Не просьба. А… провокация. Такая, от которой она не смогла бы отказаться из чистого упрямства.
Ухмылка медленно поползла на мое лицо. Да. Это могло сработать.
Я закрыл глаза, наконец чувствуя приближение сна. В моей голове уже строился план, полный намеков, сарказма и того самого азарта, что делало общение с ней похожим на лучшую в моей жизни игру.
Завтра. Я приведу план в действие завтра. А пока… пока я буду наслаждаться образом ее лица, когда она получит его «приглашение». Это зрелище обещало быть потрясающим.