Я буду продолжать общаться с ним. Потому что мне это… нравилось. Признаться в этом себе вчера вечером было и страшно, и было так, словно я освобождение. И потому что это был единственный способ докопаться до истины.
Если его клан действительно отомстил за смерть принца… моя ненависть обретала новое, ужасающее оправдание. Месть за месть.
Мне это не нравилось. Я так не хотела! Если мои родители виноваты, то я не хочу мстить. Ведь в таком случаи они заслужили все, что произошло. Я не заслужила, это да, но вот родители…
А если нет… если это было чудовищное совпадение… то тогда вся моя ненависть, мой план, моя жизнь последних десяти лет рушились в прах. И тогда я оставалась наедине с простой, невыносимой правдой: я влюблялась в того, кого должна была уничтожить.
Я украдкой посмотрела на него, на его профиль, освещенный утренним солнцем. Он что-то рассказывал, жестикулируя, и смеялся своим легким, заразительным смехом.
И мое сердце сжалось от боли и чего-то еще, теплого и предательского.
«Нравится,» — прошептала я сама себе. — «Да. Очень».
И с этим осознанием жить стало в тысячу раз страшнее и сложнее. Но и остановиться я уже не могла.
Я уже было направилась к своему привычному столику в углу, к спасительной тишине и одиночеству, где можно было бы переварить утреннюю встречу и свое смятение. Но теплая, твердая рука мягко, но непоколебимо обхватила мое запястье.
— Куда это ты? — голос Зенона прозвучал прямо у меня над ухом, низко и насмешливо. — Наша научная коллаборация включает в себя и совместное потребление питательных веществ. Это улучшает когнитивные функции для будущих… э-э-э… полевых исследований.
Я могла бы вырваться. Легко. Сказать что-то колкое. Но его прикосновение было… приятным. Обжигающе приятным. И его наглая отговорка вызвала у меня скорее раздраженную улыбку, чем гнев.
— Ты сегодня особенно невыносим, — вздохнула я, делая вид, что уступаю силе, но на самом деле позволяя ему вести себя через зал.
— Это моя базовая настройка, ты же знаешь, — он парировал, не отпуская мою руку.
Зенон привел меня к шумному столу, где уже сидели Элиот и еще пара драконов из их группы. Все замолчали, уставившись на нас — вернее, на наши соединенные руки. Я почувствовала, как по щекам разливается краска, но подняла подбородок выше.
— Что это? — спросила я, срывая маску безразличия. — Групповая терапия для тех, кто не умеет завтракать в одиночестве? Или ты решил продемонстрировать меня своим друзьям как трофей?
Зенон, наконец, отпустил мою руку, чтобы пододвинуть для меня стул.
— Соскучился, — ответил он с убийственной простотой, глядя мне прямо в глаза. И в его взгляде не было ни шутки, ни пошлости. Была лишь чистая, неподдельная правда, от которой у меня снова перехватило дыхание.
Элиот фыркнул, ломая напряженность.
— Он вчера как сумасшедший носился по академии, искал тебя. Думал, ты от его обаяния в лес сбежала. Говорил, что в лесу хоть монстры есть, а то тут одни идиоты.
— Я не… — начал Зенон, но его перебил один из других драконов, высокий и молчаливый.
— Кстати, о лесе, — произнес он, и в его тоне было что-то официальное. — На следующей неделе. Испытание для первогодок. Поход в Опущенный Лес.
Я нахмурилась. Не понимая, о каком походе идет речь.
— Какое еще испытание? Я ничего не слышала.
— О, это традиция! — оживился Элиот. — Всех первогодок, кто в напарниках, отправляют в лес. Нужно провести там ночь и… — он понизил голос, делая страшное лицо, — … одолеть монстра. Каждой паре подбирают тварь по силам. Проверка на слаженность, доверие и все такое прочее. Без этого не видать нам допуска к серьезным экзаменам.
Я замерла с куском хлеба на полпути ко рту. Лес. Ночь. Монстр. И они с Зеноном. Одни.
Мой план, мое желание выведать у него информацию… все это внезапно обрело очень конкретные и опасные очертания.
— И кто решает, какой монстр нам «по силам»? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Совет наставников, — пояснил молчаливый дракон. — Смотрят на ваши успехи, на силу аур, на слаженность. Обычно дают что-то сложное, но выполнимое. Чтобы был стимул, знаешь ли, по-настоящему сработаться.
Зенон посмотрел на меня, и в его глазах вспыхнул тот самый азарт, что был во время нашего спарринга.
— Ну что, напарница, — его губы тронула ухмылка. — Готова к нашему самому масштабному «полевому исследованию»? С ночевкой. И с элементами экстрима.