А, между тем, наконец-то начался вожделенный концерт. И снова певец почувствовал прикосновение все той же неловкой, но большой силы: она, как бабочка, порхала вокруг него, прикасалась, обволакивала, и снова отходила. Так забавлялась в зрительном зале Ирина, не зная, в своей поистине детской наивности, что подобными шуточками вполне может довести кумира до бешенства. Правда, Пану пока было всего лишь любопытно.
Ведьмочка всеми правдами и неправдами ухитрилась пролезть в первый ряд, прямо у сцены, и теперь она стояла там, со всех сторон стиснутая толпой фанатов, глядя на Пана полными восторга глазами, даже ее игра с силой уменьшила свою интенсивность. Эта перемена и выдала Панфилову истинного владельца силы. Он смотрел на свою молоденькую фанатку, и удивлялся все больше.
Откуда у этого нежного, хрупкого существа такая мощь? Девушка не производила особого впечатления, но теперь Пан не склонен был ее недооценивать. Это была важная встреча. Такая сила… И такой глупый ребенок. Нужно это остановить, пока она еще никого не убила… не по своей воле. Да, заодно и припугнуть девочку не мешает!
Костя подошел поближе к краю сцены и, присев на корточки, протянул руки к фанатам, дав коснуться своей руки. Он сейчас слегка рисковал жизнью, и прекрасно понимал это. Но вокалисту пришлось пойти на этот риск. Пан ждал, и девушка не обманула его ожиданий. Она непременно должна была коснуться руки своего кумира. Их руки соприкоснулись, и по телам поплыли отзвуки силы. Ира сумела не удивиться, когда их нежное рукопожатие внезапно затянулось, и нисколько не испугаться, когда изящные пальцы Пана взяли ведьмочку за запястье и подняли вверх.
Он помог девушке вскарабкаться на сцену, и тут… Ей показалось, что она стоит перед огромным и разъяренным зверем, и так вдруг стало страшно... Пан процедил сквозь зубы:
– Никогда не делай так, как сейчас. Не для того тебе дана сила!
– А для чего? Я что-то не то сделала? Я тебя обидела? – взгляд девушки стал встревоженным. Мужчина поневоле усмехнулся. Нет, ну, какова детская непосредственность?! Ответ его был все еще суровым, но уже хотя бы не злобным:
– Я объясню тебе кое-что после концерта. – Пан подтолкнул девушку к выходу за кулисы. – Иди, сядь где-нибудь, и веди себя тихо, как мышь!
Тихо, как мышь? Это можно, наверное. Раньше Ира была тихой девочкой. Это недавно она осмелела. Ну, да ничего. Сейчас ей было достаточно сидеть и смотреть на Пана, и думать о том, что она узнала. Значит, Костя тоже… Что же, в нем ведьмочка почти и не сомневалась. Не зря же ему дали такое прозвище - Пан, да и слухи о нем разные ходили, что чуть ли он не глава какого-то магического культа!
Тихой, как мышь, все-таки, Ирина быть не смогла. Забыла уже, как это делается. Осторожно прикасалась к Пану тонкими лучами энергополя, стараясь не мешать. Просто… Он такой сильный, такой уверенный в себе… Такой непривычно трезвый… Ха-ха, ну, сколько можно вспоминать чужие грехи молодости? И голова у Панфилова уже совершенно не болит? Вот как все расчудесненько!
Пан жмурился от ласковых прикосновений, и почти урчал, как довольный котенок, поглаживаемый теплой детской ладошкой. Кто сказал, что старому хищнику противопоказано ласка? Жаль только, что девочка так неосторожна… Ну, что же, Кот научит ее осторожности. Преподаст ей несколько частных уроков… В виде исключения.
Часть вторая: ведьма и Пан. Глава 9. Интервью
И вот – последняя песня. Костя закончил ее, взглянул туда, где стояла Ирина, и провозгласил:
– Я не говорю вам «да», я не говорю вам «нет», я просто говорю вам «до свидания»!
Группа уходит со сцены. Костя протягивает руку Ирине, а она небрежно вкладывает свою ладошку в его изящную длань и идет рядом, восторженно глядя на кумира. Кумир ухмыляется, понимая, что впечатление произвел… Но не зная еще, как сильно было это впечатление.
Парочку обогнал Маршал, ласково и ободряюще кивнув подруге, она улыбнулась ему слегка растерянной, но радостной улыбкой.
Усевшись на стул в гримерке, Ира терпеливо ждала, пока Пан жадно пил воду и избавляется от насквозь потного концертного костюма, с любопытством разглядывая фигуру полуобнаженного мужчины, а тот ее взглядов, кажется, совершенно не стесняется. Понимает, наверное, насколько хорош.
Наконец, Пан оборачивается к своей гостье. Только он собрался что-то сказать, как раздался стук в дверь, и сразу же вошел местный организатор концерта. Константин резко развернулся к нему и холодно поинтересовался: