А у княжны и принцессы дела в это время шли… Странно. Она договорилась с Великим Князем Ада мессиром Велиаром о месяце ученичества, и ходила, опьяненная силой и красотой повелителя лжи. Он честно (насколько вообще мессир Велиар, один из сильнейших демонов, повелитель шестого круга Ада, может быть честным) открывал Гаритоне свои секреты, и даже взял на время обучения в придворные дамы. Месяц – совсем немного, да. Но Гаритоне предстоял весьма напряженный месяц.
Поэтому принцесса Гаритона была несколько удивлена (но не особо, надо сказать) когда оказалась посреди бескрайнего океана на крохотном пятачке суши. Во всем происшедшем чувствовалась чужая воля. Но это не была воля мессира Велиара. В видениях, даваемых ее учителем лжи, всегда присутствовало золото. Принцесса повнимательнее огляделась вокруг. Нет, пляж из обычного галечника, невдалеке домик – тоже золотом не изукрашен.
Раз кто-то решил с ней встретиться и выбрал это место – Гаритоне ничего другого не остается, только идти навстречу своей судьбе. Ее судьба – ладно. Лично принцессу слегка беспокоили судьба и психическое равновесие того, кто решил вызвать ее на контакт, да так смело… Она потихоньку побрела к дому, любуясь, как живет и дышит океан.
По дороге принцесса придала себе соответствующий своему статусу облик: черный бархат, украшения из платины с рубинами, чуть-чуть макияжа, что сделал ее лицо похожим на эльфийское. Принцесса усмехнулась. Кто бы ее ни ждал, она предстанет перед ним во всеоружии… Теперь она – не девушка Ирина, а суккуб – тварь на редкость опасная… А уж коварная какая… Только, все-таки, интересно знать, кто так рискует своей жизнью, и зачем?
Он встретил Гаритону на крыльце, и все вопросы исчезли сами собой. Он мало изменился по сравнению с физическим миром. Все те же буйные кудри, и слегка сумасшедшие, стального цвета глаза. Одет, правда, он был немного иначе, чем любил одеваться обычно… и фигуру слегка подправил, в лучшую, разумеется, сторону. Ох уж эти мужчины!
Гаритона неторопливо осмотрела наряд Гарната, отметила черный и белый атлас, широкие, просторные рукава, узкие манжеты и пышные кружева на манжетах и воротнике. Он не пользовался косметикой, но глаза его горели, а губы раздвинулись в нервной улыбке, – он и боялся, и радовался своей удаче, и думал, что же дальше… Принцесса едва заметно наклонила голову, проглотила готовые сорваться с языка слова: «Выглядишь как гомик!» и промолвила любезно:
– Здравствуй. А что, тебе идет этот наряд. Ты меня ждешь, да?
– Да. – кивнул Гарнат, в свою очередь рассматривая принцессу Гаритону. Когда он планировал эту их встречу, он даже не подумал, что принцесса будет так эффектна. Он помнил ее… слегка другой. Да, точно, кроватка бы в доме не помешала. И черт с ней, ее суккубской сущностью.
Гостья рассмеялась:
– Пригласишь меня в дом, или займемся любовью прямо здесь?
Он дернулся и поинтересовался мрачно:
– С чего ты взяла…
– Штанишки ты уж больно узкие надел, хоть и по моде. – хмыкнула принцесса и первой прошла в дом. Гарнат растерянно последовал за ней. Он теряет лидерство, черт возьми! Но кто мог подумать, что она будет выглядеть так?
Они уселись в кресла у горящего камина, Гаритона изящно скрестила лодыжки под бархатным платьем, и еще раз оглядела призвавшего ее сюда мужчину. Нервничаешь, дорогой? Ничего, то ли еще будет… М-да, что-то ее не тянет сдаваться на милость победителя. Впрочем, можно сделать так, чтобы и ничего физически не было (тем более что сейчас они все равно находятся в астрале), а Гарнат ее уж все равно до самой смерти не забудет. На то она и принцесса суккубов.
Гарнат, наконец, нашел в себе мужество начать разговор:
– Ты не хочешь узнать, зачем я тебя позвал?
Гаритона изобразила внимание:
– Считай, что я уже спросила. Не теряй времени, начинай отвечать.
– Ты пыталась меня убить! – голос Гарната слегка надломился, последнее слово обвинения далось ему с изрядной хрипотцей. Гаритона кивнула:
– Глупо было бы отрицать очевидное. Да, я пыталась тебя убить. Буду с тобой откровенна, ты это заслужил: я не знала, что подобный вызов сущности опасен для жизни физического тела. Так что я не собиралась тебя убивать. Я даже не думала причинять тебе вред. Это была всего лишь необдуманная шалость, не более.