Потом, когда они остались вдвоем, мужчина и женщина, без различия титулов и возможностей, мужчина привлек женщину к себе тем небрежным движением, которое особи сильного пола позволяют себе тогда, когда не ждут сопротивления. Ирина и не собиралась сопротивляться, не за этим ли она здесь сегодня? Но все равно Костя заметил ее робость, сейчас она была как натянутая струна, и решил сначала все расставить на свои места:
– Что с тобой? Если ты мне не доверяешь – то зря. Ведь ты же понимаешь, что я не посмею тебя обидеть!
Как только он вообще мог такое подумать? Хотя… После последней встречи со своим королем Гаритона отстранялась брезгливо от других мужчин, ведь никакого сравнения они не выдерживали. Теперь, должно быть, будет так же, после того, как после встречи брата и сестры снова придет разлука. Он достоин своей сестры. А она? Достойна ли она его? Бафомет кивнул:
– Я вспоминал тебя. Часто. Жалел, что не удержал. Бывало, что мне отказывали. Да, бывало. Но чтобы меня любили, и все-таки отказали? Я знаю, что у тебя были обязательства перед другим мужчиной. С которым, ты думала, можешь остаться надолго. Я же в твоей жизни был лишь эпизодом. Я прав?
Конечно же прав. Принцесса тоже помнила о нем, и каждое мгновение сожалела о том, что прошло, что потеряла… А потом все лучше узнавала себя… «Сестренка выросла, Бафомет. Выросла и стала опасна. Как ты». Он тихо спросил:
– Ты до сих пор думаешь, что нужно любить только одного, и ему нужно быть безусловно верной?
Ирина медленно покачала головой. Это были заблуждения юности. Сейчас она обдумывает идею свободной любви. Ее король освободил свою королеву от заблуждений. Гаритона же рассказала брату, как закончилась ее история с тем, ради кого она отказала ему тогда, в их первую встречу, не скрывая при этом ни горечи, ни презрения. Эта ранка на сердце останется навсегда.
Костя нежно обнял сестру за плечи и успокаивал. Сказал, что она вовремя разобралась во всем, и больше не совершит подобной ошибки. И потом, ведь все позади, старая любовь не стоит воспоминаний, когда появляется новая. Он говорил, говорил, опутывая Гаритону сетями красноречия, а она дурела от его прикосновений, от запаха его тонкого парфюма, оттого, что Бафомет здесь, рядом с ней.
Принцесса уже совсем потеряла голову, а ее брат словно не замечал этого, говорил так нежно и ласково. Она осторожно развернулась, чтобы видеть его лицо, и, главное, его глаза. Константин, наконец, понял, что от него хотят вовсе не слов, и среагировал соответственно. Поцелуй был одновременно нежным и уверенным. Как же Ирине не хотелось прерывать этот поцелуй…
– Ты вся дрожишь. Почему? Какой огонь сжигает тебя?
Пришлось ответить. Хорошо, что от брата не нужно ничего скрывать:
– Это огонь желания.
Он кивнул. Наверное, он хотел, чтобы девушка сама призналась в этом. А теперь… Что будет с ней теперь?
– Сколько времени ты одна?
Сколько? Века. А, может, быть, тысячелетия. С тех пор, как королева рассталась со своим королем, прошло уже довольно много времени. Но и с ним она не была близка физически. Костя пожал плечами и вздохнул, правильно поняв небрежное пожатие плеч, обозначающее ответ:
– Такая женщина, как ты, не должна долго оставаться одна. Тогда из кошечки ты, наверное, превращаешься в гораздо более опасного хищника.
– Ты можешь мне помочь?
Мужчина кивнул, его улыбка стала слегка циничной:
– Ты готова отдаться мне прямо сейчас, не так ли?
Вместо ответа – только короткий кивок.
– Ты просто изголодалась, девочка. Мне ты можешь довериться, а остальные ничего не узнают. С остальными ты королева, не так ли?
– Но секс этой ночью в твои планы не входит, ведь так? Я должна подождать до завтра?
Константин насмешливо фыркнул, тут же пояснив такую свою реакцию:
– Ты что же, всерьез считаешь, что я откажу тебе в близости? Думаешь, только ты одна этого хочешь? Я бы предпочел не торопиться – это правда, хочу, чтобы тебе было со мной хорошо. Но если ты желаешь стать моей этой ночью – значит, все произойдет этой ночью.
Ирина смотрела на кумира с нескрываемым изумлением. Кто она такая, чтобы ради нее этот мужчина шел на уступки. А Константин, похоже, действительно собирался выполнить ее прихоть, раз уж девушка попросила.
Костя подарил девушке, еще один обстоятельный, долгий поцелуй в губы, а потом его губы стали спускаться все ниже и ниже: нежнейший, как касание бабочки, поцелуй в шею, еще один, ниже, где-то в районе ключицы. Горячее дыхание мужчины обжигало, и Ира могла лишь изнемогать под лавиной ласк опытного мужчины, краем сознания понимая, что происходит, как вольно и интимно касается Костя ее тела, как ловко снимает с нее одежду, снова и снова целуя, не давая опомниться… Отдавая себя во власть этих нежных, опытных рук, Ирина не думала ни о чем, лишь старалась максимально сильно почувствовать все эти новые для нее ощущения.