Наконец – звонок в дверь, и Ира, опять бросив взгляд в зеркало, идёт открывать. Распахивает дверь, и замирает, остолбенев. Тут есть ради чего столбенеть. Брат действительно выглядит солидным и уверенным в себе. А ещё он большой. Высокий, широкий в плечах. Такой вот "русский шкаф". Симпатичный, то есть привлекательный той самой брутальной мужской красотой, очарование которой Ирина только научилась находить, глядя на рок-музыкантов. Такой… Немного в шварценеггеровском стиле, только не идеальная белокурая бестия, а славянский богатырь. Идеальный мужчина... Только брат.
В руках этот обаятельный русский гризли держал букет из белых роз, и смотрелся с ними... Ну... Одновременно странно и мило. Ирине редко дарили цветы. Двоюродной брат, на четыре года младше, бывало, на день рождения дарил гвоздики. Выбор не его, а его мамы, младшей сестры отца, Ириной тетки, громкоголосой и бесцеремонной.
Брат не мешал новообретенной родственнице пристально себя разглядывать, возможно, потому, что делал сейчас то же самое. Однако он первым отмер и протянул Ирине букет:
– Рад с тобой познакомиться, сестрёнка. Я – Эд. Позволишь войти?
Спохватившись, девушка отступила вглубь квартиры, давая проход:
– Я Ира. Проходи. Обед скоро будет готов.
Праздничный обед затеяла мама, которая, будучи чистокровной украинкой, была твердо уверена, что гости должны быть всегда накормлены так, чтобы из-за стола могли встать с трудом.
Брат понимающе улыбнулся:
– Я бы не хотел вас чрезмерно обременять... Но мне приятно.
– Мама всегда рада гостям... – робко проговорила Ира. Эд поинтересовался с улыбкой:
– А ты?
Девушка пожала плечами:
– Я рада, что у меня есть такой взрослый старший брат. И... Спасибо за цветы. Розы мне ещё никогда не дарили.
Брат понимающе улыбнулся:
– Да какие ещё твои годы? Завалят цветами так, что не будешь знать, куда их девать. Ты же у меня такая красавица.
Он сейчас, кажется, совершенно не льстил, и не говорил комплименты. Эд действительно видел ее красавицей, и это было... Очень необычно и приятно.
Почему-то именно после этих слов Эда время сорвалось с поводка и понеслось, унося с собой и Ирину.
На эту неделю девушка забросила и подруг, и собственные мечты о красивых чувствах. Успеет ещё помечтать.
Они с братом много времени проводили вместе. Гуляли по городу, даже за город выбирались несколько раз. Были на берегу маленькой бурной речки, посетили заповедник, славный своими каменными гигантами причудливой формы, и даже на "Ракете" плавали в соседний город, любуясь рекой.
С Эдом Ире не было скучно, хоть он и был гораздо старше нее. Хотя с братом не все было ясно. Однако девушка изо всех сил пыталась разобраться, узнать о нем как можно больше. Правда, на некоторые вопросы Эдуард отвечал довольно уклончиво, но Ира не теряла надежды узнать о новоявленном родственнике как можно больше.
– А чем ты занимаешься, Эд? Кем работаешь?
Брат хитро улыбается:
– У меня свой бизнес.
Девушка хмыкает. Свой бизнес, да. Сейчас многие крепкие и тренированные молодые люди становятся бизнесменами. Только вот Эд, несмотря на то, что высокий и крепкий, как-то не вписывается в ряд этих парней в малиновых пиджаках и с золотыми цепями а палец толщиной.
Он слишком... Умный, что ли. Да и, если судить по поведению, брат вряд ли когда-то бывает простым и прямым, как молодой бычок. Воспитание не скроешь, как ни старайся.
– А чем конкретно ты занимаешься?
Эдуард загадочно улыбается:
– Дорогая сестрица, не зря ведь говорят, что во многом знании многая печаль. Я довольно обеспечен, и да, ради того, чтобы жить по-человечески, как мне удобно и комфортно, я не раз жертвовал... Так сказать... Общечеловеческими этическими принципами.
Наверное, юную деву даже такие туманные признания должны были насторожить, но... Ирина всегда жила по большей части в мире своих фантазий. Ну хорошо, вот брат преступил какие-то этические нормы – что, например. Она же не станет считать его убийцей, пока своими глазами не увидит стоящим над трупом убитого им человека. Да и тогда... Убийство ещё нужно доказать! О, презумпция невиновности – страшная вещь, когда попадает в руки невинной мечтательницы.
Брат тоже пытался узнать свою маленькую сестрёнку получше. И вот, речь, наконец, зашла о музыкальных вкусах: