– Ир, а какую музыку ты слушаешь? – Эд не думал, что сестрица воспитана исключительно на классике. Для этого она слишком дитя своего времени. Именно поэтому, наверное, брат не удержался от подколки в виде предположения: – Небось, какой-нибудь "Суровый ноябрь"?
Ира наивно похлопала глазками:
– Попсу я иногда тоже слушаю, да. Но больше люблю "Атриум", у вокалиста такой голос... Ух. А ещё мне нравится рок. "Синематограф", "Элоиза", "Морская раковина". Эд, а что ты на меня так смотришь? Девушке что, не может нравиться рок?
Вид у брата после откровений Иры действительно был несколько ошарашенный. Нет. Он спит. Да так просто не бывает. Он не стал даже уточнять, что последний вокалист «Атриума» у которого голос – ух, тоже начинал с рока. Просто отвечает осторожно, не скрывая появившуюся на губах улыбку:
– Да нет, почему же. Девушке может нравится рок.
– А ты что слушаешь? Моцарта и Баха? – Улыбается Ира во весь рот. Брат отвечает ей такой же широкой улыбкой:
– Скорее уж Вагнера. "Полет валькирии" слышала? Это ве-ещь.
– Слышала. А из современного что-то слушаешь?
Эд кивает:
– Есть такой грешок. Не только слушаешь, но ещё и играешь...
Ирина замирает, не скрывая своего удивления пополам с благоговением:
– О-о! Играешь. Ты музыкант? А что играешь?
Эд с улыбкой сознается:
– Ну да, вроде как музыкант. Гитарист. Играю рок, альтернативу, новая волна, знаешь?
Сестра отрицательно качнула головой, восхищённо глядя на брата. Во всех этих музыкальных стилях она не слишком-то разбиралась. Но тот факт, что ее собственный троюродный брат оказался рок-музыкантом, казался Ирине настоящим чудом. А прежде они казались такими недостижимыми, эти рокеры.
– Я совсем не разбираюсь в стилях музыки. Мне просто или нравится, или нет. А как твоя группа называется?
Эд произнес с гордостью:
– "Мёртвая петля".
– Ага. Никогда не слышала.
Брат, похоже, от таких откровений Иры не слишком-то стушевался:
– Ну, мы пока не слишком известны. Но в Ленинграде, например, нас знают.
Ирина мечтательно закатила глаза:
– Ленинградский рок-клуб, да?
– Ну конечно.
– Эд... А ты знаешь Костю Панфилова? Расскажи мне, какой он?
От Ирины не укрылось, как посерьезнело лицо брата после этого вопроса. Но... Было что-то в вокалисте "Элоизы" такое, что цепляло, не позволяя оставаться равнодушной. А ведь по всем современным меркам Панфилов не был красавчиком. Но его харизма, его взрывная энергетика... Это нечто.
Брат спросил осторожно:
– А ты с чего это Панфиловым интересуешься? – мог бы и не задавать этот вопрос. По Косте всегда фанатки с ума сходили, да и женщины ему частенько на шею вешались. Так что интерес сестры был Эду понятен. Но вот приятен ли? Это другой вопрос.
Ира пожала плечами:
– Мне нравится "Элоиза". Знаешь, такая смесь силы и эпатажа. И тексты... Очень необычные. – Ира была пока ещё слишком юна, чтобы понять всю мудрость и глубину текстов Пана, но подсознательно, на уровне инстинктов, уже понимала, что этот певец - ее, и его музыка - особенная для нее. Была ли это влюбленность? Ира не задумывалась, как назвать это чувство, когда сладко замирает сердце при первых аккордах некоторых песен "Элоизы".
Видя, что брат не торопится отвечать на ее вопрос, Ира повторила, не скрывая любопытства и нетерпения:
– Так какой он, Эд?
Брат пожал плечами и произнес делано ровным голосом:
– Костя, он... Ну... Своеобразный. Знаешь, не думаю, что мне стоит сейчас тебе о нем рассказывать. То, что Кот хочет, чтобы о нем знали фанаты, он и так показывает. А какой он на самом деле, ты сможешь понять, когда жизнь сведёт вас. Ты бы лучше не вздумала влюбляться в Панфилова, Иринка. Вряд ли такие чувства принесут тебе счастье. Пойдем ещё немного побродим по городу. Хочешь, я почитаю тебе стихи? Ты знаешь о поэтах серебряного века? Вот в чьих словах чувство и глубина, куда там "Элоизе".
– Пойдем. Прочитай мне свои любимые стихи, Эд.
Они медленно шли по незнакомым улицам, все равно, куда. Ира слушала незнакомые строки (с творчеством Николая Гумилева Ира была знакома разве что по паре песен Евгения Ежевикина, известного исполнителя романсов, да и то тогда ещё не соотносила тексты песен с творчеством великого поэта серебряного века).
Девушка думала о том, что брат не прав – если ей нравится рок-группа, это не значит, что она автоматически влюблена в ее вокалиста. Хотя... Ей казалось, что Костя уж точно достоин любви.
Она ещё ничего не знала о этом чувстве, юная девушка шестнадцати лет. В этом возрасте так легко спутать простой интерес, любопытство, с влюбленностью и даже любовью.
Часть первая: девочка и мальчик. Глава 3. Елизавета