«Стойте», — тихо попросила она.
«Простите?»
«Стойте!» — тверже повторила она. Невозможно отвернуться от Тобина сейчас, после всего пережитого вместе. Оба чужаки этому миру, обоим нужен близкий человек и своё место. Им предназначено быть вместе. «Остановите экипаж!»
Меррик ударил по крыше одновременно с поворотом головы Тобина, заметившего экипаж. «Что случилось? Вам нездоровится?» — встревоженно спросил Меррик.
Тобин решительно двинулся вперёд, устремляя взор на остановившийся экипаж. Лили возилась с дверцей. «Прошу простить меня, милорд, но я не могу сопровождать вас в театр, ибо моё сердце принадлежит другому человеку», — проговорила она взволнованно и распахнула дверь ровно в тот миг, когда Тобин оказался рядом. Лили даже не поняла, как смогла выбраться наружу — она скорее споткнулась, но Тобин успел поймать её в объятьях.
«Леди Эшвуд!» — испуганно воскликнул Меррик. «Что вы делаете?»
«То, что должна была сделать давно», — тяжело дыша, пояснила она. «Вам следует отправиться дальше, милорд. Вас ждут остальные».
Меррик выглядел поражённым и разгневанным одновременно. Он сделал знак кучеру, который соскочил с козел
закрыть дверь, затем постучал по крыше, подав сигнал водителю, и экипаж медленно удалился.
Лили подняла глаза на Тобина. Его лицо выражало облегчение и обожание. «Я думал, ты не придешь», — хрипло прошептал он, крепко прижимая её к себе. «Я думал, ты не придешь».
Прижавшаяся к груди Тобина, Лили улыбнулась. Здесь её настоящее место. «Идем, — сказала она. — Мы наделали достаточно шума на сегодняшний вечер. Пойдем?»
Обнимая её за талию, он повел её к экипажу, стоящему у обочины.
* * * *
Дом Тобина в Мейфере впечатлял ничуть не меньше Тибер-Парка. Было ясно, что средства не жалели: изысканные бельгийские ковры, шелковые драпировки и настенные покрытия свидетельствовали о богатстве хозяина.
Тобин провел её вдоль широкого коридора к паре отполированных дубовых дверей. Внутри ярко пылал огонь в огромной каминной топке.
Тобин быстро пересек комнату, подошел к буфету и налил два бокала виски. Один протянул Лили.
«Я не…»
«Выпейте, — приказал он. — Этот полчаса выдался драматичным».
Она закрыла глаза и одним глотком выпила содержимое стакана, поморщившись от жжения. Через мгновение тепло начало растекаться по телу. Открыв глаза, она увидела, что Тобин смотрит на неё, жадно впитывая взглядом, его глаза сияют. «Ты надела платье, и оно выглядит потрясающе, как я и предполагал. Ты совершенна».
Она улыбнулась.
«Я думал, ты не придешь», — повторил он снова.
«И я тоже думала, что не придет», — призналась она тихо.
Тобин сглотнул. «Я бы тебя не осуждал, если бы ты не пришла. Но рад, что ты здесь».
«Я приехала в Лондон искать мужа, — созналась Лили. — Так казалось правильным поступить после бала».
Тобин напряжённо сжёг челюсть и опустил взгляд, утвердительно качнув головой.
«А я приехала, потому что хотела отыскать драгоценности. А почему приехал ты?»
Он вздохнул и провёл рукой по волосам. «Собирался бежать отсюда, но произошло нечто особенное. Сначала пытался отрицать это чувство, но потом понял, что больше не способен отрицать. Честно говоря, вообще перестал стремиться это отрицать».
Волна эмоций захлестнула Лили. Она знала, что имела в виду: нечто подобное произошло и с ней самой.
«Я и не собирался действовать исходя из этого, — признался он. — Думал оставить тебя позади. Я привык жить без кого-то поблизости, кто занимал бы мое сердце. Но ты нашла дверь и вошла, будто владела им всю жизнь».
Она улыбнулась, ощущая радость, наполняющую собственное сердце. «Я боялась потерять всё, — сказала она. — Титул, поместье, положение в обществе. Но увидев тебя, ждущего меня, поняла, что действительно важных вещей в жизни немного».
Напряженность черт лица Тобина смягчилось, словно исчезло давление, держащее их натянутыми. «Какие вещи важны?» — спросил он.
«Любовь, — уверенно ответила она. — Люблю тебя, Тобин. Больше, чем могла мечтать. И принадлежность. Думала, что нашла своё место благодаря титулу и наследству Эшвуда. Но это всего лишь вещи. Поняла, что принадлежу тебе. Это та самая принадлежность, которую искала всю жизнь».
Она не успела закончить речь. Тобин внезапно схватил её в объятия и страстно поцеловал. «Я люблю тебя, Лили. Никогда не считал себя способным испытывать такое чувство, но моё бедное сердце бьётся тяжелей, наполненное любовью. Ты — свет моей души, зелень посреди грязи…»
«Грязи?»
«Принадлежишь мне, — продолжил он. — Господи, наконец осознавая это. Был глупцом, долго отказываясь признать истину. Теперь, обретя тебя, не отпущу».
Казалось, плотина внутри Тобина лопнула. Эмоции, желания, потребность в ней бурлили и обрушивались на Лили поцелуями и прикосновениями рук.
Он нежно взял её лицо ладонями и внимательно посмотрел на неё. «Ты необыкновенно прекрасна, — прошептал он. — Во всех смыслах». Поцеловав её ещё раз, он схватил её руку и стремительно направился к двери.
«Что? Стой! Куда мы идём?» — вскричала Лили.
Он ничего не ответил, повёл её по коридору мимо лакеев, мимо Карлсона, вверх по витой лестнице и до конца коридора, где горничная с охапкой белья поспешно отступила перед ними. Он открыл дверь, ввёл Лили внутрь, закрыл её и запер.
«Тобин! — выдохнула Лили. — Это спальня!»
«Именно, — согласился он. — И здесь я сделаю тебя своей женой — духовно, разумеется, пока мы не предстанем перед священником».
Лили засмеялась. «Значит, ты намерен стать моим честным мужем?»
Он притянул её к себе. «Я не гарантирую, что происходящее здесь будет особенно пристойным… но обещаю никому об этом
не рассказывать. Обещаю одно — я всегда буду любить тебя, Лили Будин».
«И я люблю тебя, Тобин Скотт».
Его руки задвигались по её телу. Лили целиком погрузилась в этот момент, прежде чем он начал показывать ей, что значит заниматься любовью. Губы скользнули по коже, касания были лёгкими и благоговейными, но такими интенсивными, что она почти почувствовала, будто парит в его руках. Почувствовав удовольствие, Лили тихонько застонала, и Тобин откликнулся плавящим поцелуем. Желание струилось по её телу, собираясь в груди и низу живота.
Лили не осознавала, что они двигаются, пока не почувствовала кровать сзади колен. Тобин отошел на мгновение, чтобы полюбоваться ею. Нелепо тряхнув головой, он глубоко вдохнул. «Каждый раз, глядя на тебя, вижу тебя ещё прекраснее, чем раньше». Обнял её руками и неспешно принялся расстегивать ряд пуговиц платья. Лили прижалась к кругу его рук; Тобин погладил её щеку, осторожно снял платье с плеч. Оно соскользнуло до талии. Затем бережно коснулся плеча пальцами. «Похоже, я умер и получил небесную награду», — промолвил он, проведя пальцем под лямкой сорочки.
Улыбка Лили углубилась. Чувствуя себя привлекательнее, чем когда-либо ранее, она сняла сорочку с плеч и спустила вниз вместе с платьем, пока вся одежда не упала с тела.
«Боже помоги мне», — выдохнул Тобин, притягивая её в объятия, целуя веки, щеки, уши. Потом уложил её на кровать и следил за её глазами, снимая сюртук и жилет. Наклонялся над ней, расположившись между ног, и целовал ложбинку шеи. «Будешь лежать здесь, прелестная, пока я займусь тобой», — произнёс он и стал ласково двигаться языком от шеи к груди.
Взяв каждую грудь в рот, он одаривал вниманием, затем продолжил путь вниз, достигнув живота и ниже. Лили ахнула; он схватил её руки и прижал к бокам, продолжая движение к интимному месту, доводя её до грани терпимости.
Она нуждалась в нём, желая его, как пищи, погружаясь глубже и глубже в бездну удовольствия, даримого им, пока совершенно не растворилась в нем, потеряв ощущение веса. Язык начинал метаться вокруг её чувствительной точки, кружась и проникая вовнутрь. Почти не выдерживая наслаждения, она отчаянно хватала воздух, извиваясь на кровати, стремясь продлить ощущение, но одновременно мечтая, чтобы оно завершилось. И когда конец наступил ярким белым пламенем, Лили громко вскрикнула, тело отделилось от сознания, сердце наполнилось радостью, расширяясь в груди.