Лили и Тобин сделали своим домом Тайбер-Парк. Это казалось правильным, учитывая, что она, вероятно, не имела никаких прав на Эшвуд. А поскольку Тайбер-Парк был таким большим, Лили нашла способ преодолеть пропасть между ней и Черити: она обратилась к гораздо более высоким навыкам Черити в управлении домом. Черити сначала сопротивлялась, но, проведя несколько дней, наблюдая, как служанки бегают туда-сюда без запланированной цели, она вздохнула и посмотрела на свою свояченицу. «Тебя ничему не учили в Ирландии?»
«Они научили меня ездить верхом», — бодро похвасталась Лили.
Черити закатила глаза и протянула руку за книгами домашней бухгалтерии, которые просматривала Лили. «Давайте-ка посмотрим», — сказала она.
Это был хрупкий мир, но со временем он укрепится.
Личная жизнь Лили казалась ей идеальной. Она была счастлива, как никогда в жизни. Казалось, не хватало только одного — Люси. Она вскользь упомянула об этом Тобину.
Поздним воскресным днем, когда Черити и Кэтрин уехали в Лондон, Лили и Тобин лежали обнаженными в своей постели и смотрели на огонь в камине.
«Ты счастлива?» — спросил Тобин и поцеловал ее в плечо.
Удивленная Лили замолчала. «Счастлива?» Она подумала обо всем, что потеряла: свой титул. Свое поместье. Свое доброе имя и репутацию. Но она посмотрела на все, что приобрела: мужа, которого она любила с каждым днем все больше и который любил ее. Сестру, пусть и не охотно, но Черити стала ей сестрой. Чувство принадлежности. Лили и Тобин создадут свое собственное общество, наполненное смехом и, надеюсь, множеством детей. Целую армию, если Лили удастся настоять на своем.
«Да. Я счастлива», — сказала Лили и поцеловала его в грудь. «Счастливее, чем я думала, это возможно».
Он улыбнулся ей и поцеловал ее в руку. «У меня есть для тебя сюрприз».
Она засмеялась. «Ты подарил мне больше украшений, чем я могу носить».
«Это не украшение. И для этого тебе нужно будет оседлать коня».
«Но… уже почти стемнело», — сказала Лили, выглянув в окно.
«Ты боишься? Я буду охранять тебя. Пойдем же». Он шутливо подтолкнул ее к краю кровати.
Лили потянулась за своим халатом. «К какому сюрпризу нужно ехать верхом?»
«Увидишь».
Полчаса спустя пара ехала по дороге вдоль реки и повернула к недействующей мельнице Тайбер-Парка. Зимнее солнце только начинало опускаться за горизонт в оттенках оранжевого и розового. Лили подумала, как странно, что их судьбы навеки связаны холодной и дождливой летней ночью пятнадцать лет назад и совершили полный круг к этому, к прохладному зимнему вечеру, когда звезды начали мерцать над их головами.
Тобин направил своего коня к дороге к мельнице, и Лили последовала за ним. Приблизившись к мельнице, она увидела свет в окнах.
«Мельница работает?» — спросила она. «Но я думала…» Ее отвлек вид огромного красного банта на колесе мельницы. «Что это?» — воскликнула она.
«Мой сюрприз для тебя». Он спрыгнул со своего коня и обошел, чтобы помочь ей спуститься. «Ты так хотела иметь свою мельницу в Эшвуде, что я подумал, что подарил тебе свою здесь».
Лили посмотрела на мельницу. В окнах горели свечи. «Тобин… я не хочу мельницу. Мне не нужна мельница».
Он загадочно улыбнулся. «Ты захочешь эту». Он взял ее за руку и повел вперед. Когда они приблизились к двери, она открылась, и наружу выплеснулся свет.
Вышел мистер Холлис. «Вот вы где, милорд, все готово».
«Спасибо. Теперь вы можете вернуться домой к своей семье».
Мистер Холлис коснулся полей своей шляпы и кивнул Лили, прежде чем уйти.
«Я не могу представить, что ты задумал», — сказала Лили, но Тобин только улыбнулся. Он придержал для нее дверь.
Лили шагнула внутрь и осмотрелась. Ей пришлось напомнить себе, чтобы дышать. Мельница превратилась в театр. Были сооружения для лазания и пара качелей, висевших посреди этого пространства. В стены были встроены столики на высоте для детей. Были мольберты, мячи и лошадки-качалки.
«Это для наших детей», — сказал Тобин. «Правда, у нас их пока нет, но я думаю, что сестре Розенс тоже понравится это место для ее сирот».
Лили резко обернулась и уставилась на него. «Тобин Скотт!»
Тобин моргнул. «Почему ты так на меня смотришь? Тебе не нравится?»
«Не нравится?» Она наполовину вскочила, наполовину побежала к нему в объятия, обхватила его руками вокруг шеи и осыпала его поцелуями. «Спасибо, спасибо. Я не могла и мечтать о лучшем сюрпризе. Я люблю тебя!»
Тобин засмеялся. «Я люблю тебя», — сказал он, прижимаясь к ее шее. «Я хочу сделать тебя счастливой, Лили».
«Ты сделал меня очень счастливой». Она откинулась назад и ухмыльнулась ему.
Тобин взял свою жену на руки и закружил ее. Он глубоко поцеловал ее, а затем сказал: «Хочешь покачаться?»
Лили не нужно было качаться. Она уже парила в воздухе.
Эпилог
Ливень обрушился с неба в тот день, когда мистер Фиш нашел поместье Кэри. Как и сказал издольщик, оно находилось в стороне от главной дороги… очень далеко от главной дороги. Так далеко, что мистеру Фишу было трудно управлять своим маленьким фаэтоном по грязной дороге.
У ворот поместья появился привратник, с любопытством глядя на мистера Фиша, с шляпы которого ручьями стекала вода. «Мистер Толли? Если его нет в главном доме, значит, он в доме вдовствующей графини. Там он останавливается. Держитесь правого направления у вяза».
Мистер Фиш взглянул на дорогу. Он не мог рисковать тем, что его экипаж застрянет, поэтому отъехал в сторону и решил пойти пешком. Он засунул бумаги под пальто, поправил шляпу от дождя и двинулся в путь, с каждым шагом его веллингтоны шлепали по лужам.
Главный дом, который он видел через очередные ворота, встроенные в увитые плющом каменные стены, был таким же большим, как Тайбер-Парк, но значительно старше. Это был тип дома, который часто можно было увидеть в Англии, очевидно, принадлежавший семье на протяжении веков, с кусочками, пристроенными с течением времени. Здесь явно были деньги.
У вяза мистер Фиш повернул направо. Он ожидал увидеть маленький коттедж, что-то подходящее для дряхлой старушки. Но дом вдовствующей графини был вовсе не коттеджем. Он был, по крайней мере, таким же большим, как Киттридж-Лодж.
По мере приближения к дому он видел, как в окнах первого этажа мерцает свет. Он попытался сбить грязь со своих сапог, но безуспешно. Он как мог скреб подошвы и поднялся по ступеням, поднял медный молоток и постучал.
Дверь открыла служанка. «Да, сэр?»
«Мистер Гаррисон Толли, если можно».
За служанкой появился мужчина. «Спасибо, Ру», — сказал он и занял место, оставленное девушкой. Он был высоким, с темно-каштановыми волосами и глазами цвета грозового неба. «Да?» — сказал он, глядя, как подумал мистер Фиш, так, словно куда-то спешил.
«Мистер Гаррисон Толли?»
«Да», — сказал он, нахмурившись. «Кто вы? И о чем это?»
«Я мистер Теодор Фиш, сэр», — сказал Фиш, слегка поклонившись. «У меня может быть для вас довольно ошеломительная новость».
Мистер Толли вздохнул, как будто весь день слышал ошеломительные новости и устал от них. «И что же это такое, мистер Фиш?»
«Вам знакомо имя Эшвуд?»
Поведение этого человека изменилось. Он замер, глядя на мистера Фиша так, словно видел привидение.
«Я полагаю, это имя вам знакомо», — сказал мистер Фиш.
Глаза мистера Толли сузились. «Кто вы? И что, черт возьми, все это значит?»
«Могу я войти сэр? Все это довольно запутанно и требует более подробного объяснения».
Мистер Толли быстро взглянул через плечо, затем на мистера Фиша, его взгляд окинул его с головы до ног. «Да. Идемте, идемте», — сказал он неохотно, жестом приглашая мистера Фиша войти, чтобы поделиться своими запутанными новостями.