Прошло много часов после этого разговора. Хэтти вернулась домой глубокой ночью и направилась прямо в спальню.
— Ну до чего же она злорадная, эта Мод, — рассказывала она горничной, просовывая голову в ночную рубашку. — Видели бы вы ее, Милли. Вот завистливая выдра. Я не собираюсь верить всему, что она наговорила мне.
И она начала с увлечением пересказывать ей события минувшего вечера, путаясь пальцами в петлях и пуговицах.
— Но знаете, Милли, в ее словах есть доля правды. Леди Лэнгли — лучшая подруга леди Мелбери, а лорд Оберлон — племянник леди Мелбери. Поэтому мисс Мод действительно могла узнать о беременности Элизабет. О Боже, Милли, как же мне это раньше не пришло в голову! А вы не допускаете, что это мог быть ребенок Дэмиана?
— Возможно, вы и правы, мисс Хэтти. Помните, мы с вами ломали голову над тем письмом? Помните, как мы не могли понять, почему у Элизабет не было выбора? Такое впечатление, что она хотела избежать скандала и поэтому постаралась как можно скорее выйти замуж. Вы сами говорили, что полковник Спрингвилл всегда был непреклонным и скупым. Конечно, он пришел бы в ярость, если б родная дочь покрыла его таким позором. Старый скряга! Наверное, застрелил бы ее из собственного ружья, если бы знал, что это сойдет ему с рук.
— Бедная Элизабет. Теперь я, кажется, все понимаю, Милли. Она любила Дэмиана. И хотя я не могу оправдывать ни ее поведения, ни поступка брата, я считаю, что дело не в этом. Главное в другом — они, должно быть, собирались пожениться.
Милли помедлила с ответом, сосредоточенно глядя в пространство поверх головы Хэтти.
— По-вашему, мисс, лорд Оберлон женился на Элизабет, не зная, что она беременна? Вы допускаете это?
Хэтти утвердительно кивнула головой. Глаза ее стали грустными.
— Да. Должно быть, она молчала, чтобы хоть как-то защитить себя. А когда лорд Оберлон узнал, что она беременна и что отцом будущего ребенка является Дэмиан, он на самом деле бросил ее. Поступил с ней именно так, как рассказывала мисс Лэнгли. Это ли не ирония судьбы, Милли?
Он отправляет Дэмиана на смерть и радуется своей удаче, чтобы потом узнать, что его использовали в своих собственных целях. Как, должно быть, страдал Дэмиан, зная, что она носила под сердцем его ребенка. Разве легко ему было сознавать, что он не в силах ничего изменить?
— Подождите, мисс Хэтти. Не торопитесь с выводами. — Милли нахмурилась и забарабанила кончиками пальцев по спинке кровати. — Здесь не все так просто. Этот ларчик с большим секретом.
— Вы не считаете, что лорд Оберлон — безнравственный человек? — не унималась Хэтти. — По-вашему, он не похож на мужчину, который соблазняет женщин и совершенно не интересуется их дальнейшей судьбой?
— Мне кажется, что его светлость любил ту девушку. Я хорошо помню слова моей мамы. Она говорила, что мужчина, без памяти влюбленный в женщину, способен на самые безрассудные поступки, лишь бы добиться своего.
— Какое мне дело до чувств лорда Оберлона? Для меня важен только один факт: он тот человек, который повинен в гибели Дэмиана. Он один, лорд Оберлон. И никто другой. И клянусь Богом, он получит то, что заслужил.
Через несколько часов Милли неслышными шагами снова вошла в спальню Хэтти. Она хотела убедиться в том, что не забыла снять ожерелье с шеи своей госпожи. Изящное жемчужное ожерелье было единственной достойной вещью, которая была на Хэтти в тот вечер.
Она тихо стояла у ее кровати. Слабые лучи от оранжевого пламени тонкой свечи падали на лицо Хэтти. Милли вдруг охватила глубокая тревога за свою хозяйку. В глубоком сне, с взъерошенными белокурыми волосами, мягко обрамлявшими ее личико, Хэтти казалась невинной, беззащитной девочкой, какой на самом деле и была. Но у девочки было сердце львицы.
Милли повернулась с дрожащей свечой в руке. Какое счастье выпадет на долю ее госпожи? Сможет ли мисс Хэтти одолеть такого могущественного и безжалостного человека, как лорд Оберлон?
Глава 10
Лорд Гарри и сэр Гарри Брэндон остановились у дверей элегантного трехэтажного особняка графа Марча на северном углу Гросвенор-сквер. Холодный февральский ветер хлестал их по лодыжкам полами пальто и срывал с их напомаженных волос лихо надвинутые цилиндры.