Его слова дико заводят. Его животное поведение ненормально возбуждает. Я осознаю, что хочу ощущать его твердую плоть внутри себя. Стараясь не пропускать атаки его языка, я судорожно расстегиваю мужские джинсы. Подол моего халата уже давно предательски раскрылся и сквозь тонкую ткань трусиков я чувствую трение о его пах.
Губы Матвея скользят по моим щекам и опускаются на шею. Он берет руками махровый ворот и резким рывком оголяет мою грудь. Начинает ласкать затвердевшие соски, покусывает их и оттягивает. Мне это нравится. Нравится его решительность и жесткость.
Он привстает, стягивает с себя футболку, отбрасывает ее в сторону и моему взору предстает накаченный торс. Жадно сглатываю, хочется исследовать языком каждый участок. Каждый рельеф. Прильнув губами к горячему мужскому телу, впиваюсь пальцами в его спину. Матвей берется за резинку трусиков и сдергивает их с меня. Они летят по той же траектории что и футболка. Он опускается ниже, целует мою грудь, двигается дальше и покрывает ласками живот. Щекотно. Приближается к лобку, а я жутко нервничаю. Не хочу пускать его туда, хватаюсь за его плечи и отодвигаюсь. Нет, ему нельзя! Никому нельзя!
Матвей настороженно смотрит на меня, а я пытаюсь через взгляд передать ему свое недовольство. Он осторожно целует внутреннюю поверхность бедер, пытается усыпить мою бдительность, но я на страже! Это слишком интимно, я не могу позволить ему коснуться меня там.
Он поднимается и сплетает наши языки. Я не могу расслабиться, знаю, что он вновь попробует посягнуть на мое лоно. Он настроен решительно. В его глазах отчетливо читаются вопросы: что не так? Почему нет? А я не могу ответить на них. Не могу осмелиться. Не могу признаться, что моя промежность служит мне лишь для удовлетворения потребностей, но никак не для настолько откровенных ласк.
И я благодарна ему, за то, что дальше он действует по обыденному сценарию. Матвей достает из боксеров эрегированный член, надевает презерватив и прислоняется ко мне. Глядя в мои глаза, он медленно вводит его, и я стону от удовольствия. Он полностью заполняет меня, мои внутренние мышцы плотно обхватывают твердую плоть, и я отчетливо ощущаю каждое движение. Трахается он отменно!
Неожиданно Матвей хватает запястья, вытягивает мои руки вдоль туловища и сильно прижимает их к дивану, затем резво спускается вниз. Поймав меня в ловушку, он смело обрушивает всю страсть на мой ноющий клитор, и я перестаю быть хозяйкой своим ногам. Мне хочется брыкаться, отбиваться от его влажных губ, но все безуспешно. Чувствую, как его шершавый язык уверенно проходится по гладким складкам и стону от удовольствия. Боже, какой же это кайф! Он умело вырисовывает незатейливые узоры, а я проваливаюсь в пропасть наслаждения. Такого я никогда не испытывала. Даже не могла предположить, что это может быть настолько приятным. Меня бросает в жар, я обостряю все чувства, наконец-то позволяю себе расслабиться и полностью отдаюсь ему на растерзание.
Черт возьми, а язык Матвея знает, что делает. Запускаю руку в его волосы. Понимаю, что скоро меня настигнет пик блаженства и теперь я боюсь, что он снова захочет поиздеваться и лишить меня этого сладкого итога. Сильно прижимаю его голову к себе, еще пару движений, и я громко кричу от эйфории, которая стремительно овладевает мной.
- Иди ко мне! – шепчет Матвей, берет мое обессиленное тело и крепко обнимает.
До сих пор находясь под кайфом, чувствую, как его член проникает в меня и от этого я готова выть. Не от боли, не от обиды, а от дикого послевкусия. Он не дает отойти мне от оргазма. Истошно кричу от наслаждения и обхватываю его ногами. Проникновение становится еще более глубоким. Матвей упирается лбом в мою грудь, и я понимаю, что он близок к финишу. Наши тела становятся одним целым, отлично дополняя друг друга. Мы двигаемся в унисон и вскоре вместе кончаем. От поглощающей страсти царапаю его спину, а он впивается зубами в мое плечо.
Не хочу открывать глаза. Тяжело дышу и облизываю пересохшие губы. Не хочу возвращаться в эту гребанную реальность, где существует боль и обида.
ГЛАВА 23.
Матвей
Просыпаюсь и потягиваюсь в кровати у Марго. Она лежит на боку, отвернута от меня и тихо спит. Заворожено наблюдаю, как от каждого вдоха ее тело умеренно приподнимает одеяло. Вспоминаю как мы вчера трахались на диване, потом перешли в спальню; как пылали ее щеки и закатывались глаза от удовольствия; как открывался ее ротик и стоны опаляли мое лицо. Такое зрелище срывало башню. Мы не могли насытиться друг другом, как подростки.
Провожу ладонями по лицу и поворачиваюсь к Марго, затем тихонько двигаюсь ближе к ней. Только от одной мысли, что она лежит голая, мои яйца начинают гудеть, а член дергается, желая окончательно возбудиться.