― Спасибо.
Конечно, Карма не доверяла ему слепо, но понимала, что, скорее всего, совсем не плохо на кого-то положиться. По крайней мере, надеялась.
Эксел кивнул, потом хохотнул, когда Дэрин захрапел громче.
― Его сложно разбудить? ― Он взглянул на расслабленное тело друга Софии. ― Совсем не горю желанием нести его в постель.
Взглянув на Дэрина, она улыбнулась.
― О, ему бы понравилось.
Хихикнув, Карма подошла и наклонилась к другу.
― Дэрин.
Тот даже не шелохнулся. Тогда она попыталась слегка толкнуть его в плечо.
― Постарайся получше, ― буркнул полукровка, скрестив руки на груди.
София знала, как разбудить Дэрина, проделывала это миллион раз, но в тоже время не отказалась бы увидеть реакцию друга, когда Эксел понесёт того в постель. Просто классика. Но вместо этого она попробовала ещё раз растолкать соню.
― Дэрин, ― позвала громче, пытаясь расшевелить.
Ноль реакции.
Ладно, пара пустить в ход тяжёлую артиллерию.
― Дэрин, здесь Тина Тёрнер, она хочет спеть с тобой дуэтом.
― Да?
Дэрин приоткрыл один покрасневший глаз, осмотрелся, потом, полностью проснувшись, сел. Увидев подругу, он нахмурился.
― Соф, это жестоко.
― Прости, но либо так, либо Экселу пришлось бы нести тебя в постель.
Хитрая усмешка осветила её лицо.
― Очень жестоко. ― Он толкнул Софию, чуть не сбросив с кушетки, прежде чем взглянуть на Эксела. ― Отнеси, если тебе этого сильно хочется.
― Нет, спасибо, приятель. Думаю, ты и сам справишься, ― усмехнулся полукровка и повернулся. ― Гостевые спальни наверху.
― Чёрт возьми, Соф. ― Встав, Дэрин помог подруге подняться. ― Из-за тебя я упустил возможность ощутить, какого это, когда тебя несёт на руках такой, как Эксел. Настоящий киллер относит тебя в постель – просто мечта, ― прошептал он ей на ухо.
Она смотрела, как Уокер поднимался по лестнице. Определённо, у них с другом схожие грёзы.
Устроив Дэрина, Эксел повёл Софию по коридору. Открыв дверь, он вошёл вместе с ней внутрь.
― Если тебе что-нибудь понадобится, моя комната напротив.
Она стала оглядываться.
― Не волнуйся, никто не пройдёт через ворота без моего ведома. Здесь ты в безопасности, — заверил Уокер.
― Знаю. ― Она обратила на него взор. ― Спасибо.
Он кивнул и направился к двери, но её вопрос его остановил.
― Тебе нравится то, чем ты занимаешься?
― Раньше да, сейчас не очень, ― признался Эксел, внимательно вглядываясь ей в глаза.
― Тогда зачем продолжаешь убивать? ― допытывалась она, присаживаясь на край кровати.
Ей очень хотелось узнать больше об этом парне. Карма сама забирала жизни, но у отморозков. Конечно, месть сладка, но потом накатывало чувство вины. Всё-таки она не совсем потеряла совесть.
― Деньги?
― Да, — согласился он сразу и прислонился к дверному косяку. ― По крайней мере, поначалу. Я очень разборчив. И берусь только за тот заказ, где цель представляет угрозу для невинных. Это совсем не трудно выяснить, проведя небольшое расследование.
― Значит, ты убийца с моральными принципами. ― Склонив голову, София изучающе на него смотрела. ― Большая редкость.
― Тем не менее, случается, ― ответил Эксел, скрестив руки на груди. ― А сама после убийства не испытывала чувства сожаления?
София отвела взгляд. Он словно прочитал её мысли.
― Как бы ни трудно в этом признаться, но да, сожалею. Я не убийца, и не могу дождаться, когда это всё закончится. Исход тут один: либо умрёт он, либо я. Но пока подонок жив, а моя сестра лежит в могиле, я не остановлюсь.
― София, ты не умрёшь. ― Эксел опустил руки и выпрямился. ― Я этого не допущу.
Карма смотрела, как он повернулся. Ей так сильно хотелось его окликнуть. Просто не была готова его отпустить и остаться наедине со своими мыслями, страхами и кошмарами, но промолчала.
― Поспи немного, ― голос зазвучал приглушенно, стоило двери закрыться.
София упала на кровать и прикрыла глаза рукой. Она чертовски устала, но со сном приходили кошмары, а потом страх, не покидавший её часами. Можно предстать перед всеми крутой цыпочкой, заходившей в бар и убивавшей вампиров, но себя не обманешь. На деле она трусиха, оказавшаяся перед выбором: хочешь выжить – убей и получишь свободу. Однако больше всего пугало то, что освобождения не видать при любом раскладе: уготована ей смерть или жизнь.
Вот это действительно страшно.