Если так подумать, они в некотором смысле снова работали вместе. Как в старые добрые времена – если их можно назвать добрыми.
Почти поэтично, подумал Эли, но увидел солдата ЭОН, что возник позади Виктора.
– Нет! – крикнул Эли.
Но либо его никто не слышал, либо им было все равно. Солдат подошел к Виктору, схватил его за горло и потащил назад, нарушив фокус.
Сине-белый свет силового поля вокруг Джонатана исчез, а затем снова появился, на этот раз вокруг Марселы.
Послышался шум вроде грома, сильный треск – а затем Эли отбросило назад. Боль пронзила его спину, когда он ударился о ближайший столб в нескольких футах от земли. Но Эли не упал. Он посмотрел вниз и увидел металлическую часть бра, выступающую из его груди.
Эли стиснул зубы, пытаясь подтолкнуть себя вперед и снять тело с железного крюка.
Марсела пошла к нему, потирая горло.
– Должно быть, вы Эли Эвер, – хрипло сказала она. – Великий палач ЭО. Должна признать, – продолжила она, положив руку ему на живот, – я не в восторге.
Марсела насадила Эли обратно на крюк, железо царапало его внутренности, спина ударилась о столб.
Он издал рычание.
– Кажется, ты не исцеляешься, – сказала Марсела, глядя на испачканную ладонь. – Все еще планируешь меня убить?
– Да, – прошипел Эли, кровь сочилась между его зубов.
Марсела щелкнула языком.
– Мужчины.
Она вонзила ногти в его поврежденный живот. Эли ощутил боль, когда слои кожи и мышц отодвинулись, органы сжались, и он начал умирать.
Придушенный крик Эли пронзил мраморный зал, когда Виктора вынудили упасть на пол.
– Не можешь повредить тому, что не видишь, – сказал солдат ЭОН за его спиной. Это было не совсем так. Особенно когда им хватало дури хватать Виктора за горло.
Солдат закричал, будто его рука сломалась. Без сомнения, так оно и было. Как только хватка вокруг горла ослабла, Виктор вскочил на ноги и отрубил солдата коротким уверенным движением.
Солдат без сознания упал на мрамор, и Виктор снова обратил свое внимание на Эли. Тот висел на металлическом крюке в нескольких футах от земли.
Выстрелы эхом прокатились по зданию суда. Похоже, Стелл понял, что особые способности Джонатана требуют прямой видимости, и теперь опустошал свой пистолет в ЭO на балконе. Сине-белый свет переместился, но затем пистолет Стелла щелкнул пустым затвором, и Джонатан отомстил, выпустив град своих пуль, заставив и Виктора, и Стелла нырнуть за соседние колонны.
Виктора терзали сомнения.
Если он убьет Джонатана, Эли сможет убить Марселу.
Если нет, Марсела сможет на самом деле убить Эли – смерть, о которой Виктор так мечтал.
И которую все еще хотел приберечь для себя.
В конце концов, решение Виктору помог принять не Эли и не Марсела, а Джун.
Она появилась перед ним снова в облике Митча и приставила пистолет к собственной голове.
– Я просила по-хорошему, но ты не слушал.
Джун положила палец на курок.
– Убей Марселу, – приказала она, – или потеряешь его.
Все в Джун, от твердой руки до ровного взгляда, говорило Виктору, что она застрелит Митча, просто чтобы доказать свою правоту, не говоря уже о том, чего она хочет.
– Когда все закончится, – сказал Виктор, – нам с тобой придется побеседовать.
А затем обогнул колонну, уже потянувшись к нервам Джонатана. Щит снова вспыхнул, сине-белый и вызывающий, и пот покрыл кожу Виктора. Он никогда не разряжал столько энергии на одного человека, его собственные нервы потрескивали и гудели от огромных усилий, угрожая отключиться раз и навсегда.
Но наконец силовое поле начало поддаваться.
У Эли плыло перед глазами, пока рука Марселы пробиралась все глубже.
Но он все равно увидел вспышку света на балконе позади нее.
Губы Эли зашевелились, словно умоляя, и когда Марсела наклонилась ближе, он как можно сильнее врезал ей лбом по голове. Без защиты Джонатана удар достиг цели, и Марсела отшатнулась назад, держась за щеку. Она развернулась и увидела собственный щит вокруг Джонатана. Марсела направилась через всю комнату к Виктору, бросив Эли прикованным к столбу.
Чугунный слиток все еще выступал из тела, хотя Марсела наполовину его разрушила – вместе с желудком. Эли ударил кулаком по ржавому металлу, и тот обломился.
Эли уперся ногой в столб позади себя, оттолкнулся и упал на пол. Желудок был разрушен, но без кованого железа рана уже заживала. Органы закрывались, ткани сплетались обратно в чистую, гладкую плоть.