Хольц уловил мелодичный акцент. Боже, он обожал акценты.
– И конечно, – продолжала девушка, пиная шину, – я ни хрена не разбираюсь в машинах.
Хольц посмотрел на низкого черного зверя.
– Неплохая машина для того, кто ни хрена не понимает.
Ослепительная улыбка с ямочками.
– Что тут скажешь? – сказала она этим своим музыкальным голосом. – У меня слабость к хорошим вещам. – Она убрала волосы с шеи. – Как думаешь, сможешь помочь?
Хольц тоже ни хрена не знал об автомобилях, но не собирался в этом признаваться. Он вышел и закатал рукава, идя к двигателю.
Это напомнило ему о макетах бомб, которые он обезвреживал на тренировках.
Хольц принялся напевать и тыкать там и сям, пока девушка стояла у его плеча, источая ароматы лета и солнца. А затем чудесным образом наткнулся на шланг и понял, что тот просто выскочил. Хольц переподключил его.
– Попробуй запустить, – сказал он, и через секунду двигатель купе загремел. Девушка испустила радостный звук.
Хольц закрыл капот, чувствуя себя победителем.
– Мой герой, – пошутила она, но вполне искренне. Затем принялась копаться в своем кошельке. – Вот, позволь мне заплатить…
– Тебе не обязательно это делать, – сказал он.
– Ты меня выручил, – возразила она. – Должна же я тебя отблагодарить.
Хольц колебался. Она была вне его лиги, но… да нахрен все.
– Ты можешь позволить мне угостить тебя выпивкой.
Он приготовился к неизбежному отказу и не удивился, когда девушка покачала головой.
– Нет, – сказала она, – этого не будет. Но я угощу тебя.
Хольц ухмыльнулся как идиот.
Он бы пошел с ней прямо сейчас, бросил бы черное купе на обочине частной дороги и отвез ее куда угодно, но она извинилась – дико опаздывала из-за поломки – и спросила, не против ли он перенести их встречу.
Завтра вечером?
Он согласился.
Она протянула руку ладонью вверх:
– Телефон есть?
Он достал свой сотовый и слегка покраснел, когда ее пальцы задержались на его, легкое, но ощутимое прикосновение. Она вбила свое имя и номер в его контакты и передала телефон обратно.
– Значит, завтра? – спросила она, поворачиваясь к своей машине.
– Завтра… – Хольц посмотрел на запись в своем телефоне. – Эйприл.
Она посмотрела на него сквозь густые ресницы и подмигнула, а Хольц забрался в свой желтый автомобиль и уехал, все еще наблюдая за Эйприл в зеркале заднего вида.
Он все ждал, когда она исчезнет, но девушка никуда не делась. Иногда жизнь была странной и прекрасной.
А завтра у него свидание.
Джун смотрела, как желтая машина исчезает вдали.
Идиот, подумала она и вернулась на дорогу, на этот раз пешком.
К тому времени, когда Джун достигла ворот ЭОН, она знала все намерения и цели Бенджамина Хольца из отряда наблюдения и сдерживания, двадцать семь лет. Любит своего младшего брата, ненавидит отчима и по-прежнему мучается кошмарами о том, что видел за границей.
– Ты чего? – спросил охранник, поднимаясь из будки.
– Долбаная машина сломалась, – пробормотала она, стараясь подражать северо-восточному акценту Хольца.
– Ха! Вот что получается, когда выбираешь стиль, а не содержание.
– Да, да.
– Что тебе нужно, так это хороший седан среднего уровня.
– Просто впусти меня, чтобы я мог взять фургон и пару кабелей и вернуть свое дерьмо на дорогу.
Ворота раздвинулись, и Джун вошла. Проще простого. Она пересекла участок пешком и присвистнула при виде входных дверей. Похоже, кто-то въехал в них на машине. Внутри солдат поднял глаза от какой-то сканирующей станции.
– Уже вернулся? – спросил он, поднимаясь на ноги.
– Забыл где-то кошелек.
– Без такого далеко не уедешь.
– Не то слово.
Светские разговоры были формой искусства, одной из тех вещей, которые заставляли глаза людей сиять. Помолчи, и они могут начать задаваться вопросом, в чем дело. Но заставьте их болтать, и они даже глазом не моргнут.
– Ты знаешь процедуру, – сказал солдат.
Джун не знала. Это терялось в мелочах, редко передавалось при касании. Положившись на логику, она вошла в сканер и стала ждать.
– Ну же, Хольц, – сказал солдат. – Не морочь мне голову. Руки вверх.
Она закатила глаза, но развела руки. Это было все равно что стоять внутри копира, луч белого света, сопровождаемый коротким звоном, обшарил ее с головы до ног.
– Все чисто, – сказал солдат.
Джун шутливо отдала ему честь и пошла по коридору. Ей нужно было найти компьютер. Это должна была быть легкая задача, но все коридоры выглядели совершенно одинаково. И в каждом одинаковом коридоре было еще больше одинаковых дверей, почти без отметок, и чем дальше Джун шла по лабиринту, тем дольше ей предстояло выходить. Поэтому она плюнула на сложности и свернула в ближайшую дверь. Та вдруг распахнулась. Женщина-солдат вышла, взглянула на Хольца и закатила глаза: