Она чувствовала, как все мужчины и половина женщин оборачиваются ей вслед. Платье Марселы, сделанное из тысячи бледно-золотых чешуек, обнимало каждый изгиб ее тела и мерцало при каждом шаге. Туфли и ногти были того же бледно-золотого цвета, как и сетка на черных волосах. Крошечные бусины сверкали на сияющих прядях. Единственными цветными пятнами были ее глаза, ярко-синие, обрамленные черными ресницами, и губы, которые Марсела накрасила малиновой помадой.
Маркус сказал ей одеться как следует.
– Какой смысл иметь красивые вещи, – сказал он, – если нельзя ими похвастать?
Теперь он повел ее к самому центру крыши, к мраморной звезде, инкрустированной в пол, где царил сам босс.
Энтони Хатч.
Его нельзя было назвать непривлекательным – худой и сильный, с теплыми каштановыми волосами и постоянным летним загаром, – но было в нем что-то, что вызывало у Марселы мурашки.
– Тони, ты знаком с моей женой, Марселой?
Взгляд Хатча ощущался как влажная рука на голой плоти.
– Господи, Марк, – сказал он, – ты уже повесил ей ярлык «руками не трогать»?
– Нет, – сострила Марсела.
Но Хатч только улыбнулся.
– Серьезно, как я мог забыть такую красоту? – Он подошел ближе. – Марк хорошо к тебе относится? Если что-нибудь понадобится, просто дай мне знать.
– А что? – спросила Марсела с ухмылкой. – Вы подыскиваете себе жену?
Хатч усмехнулся и развел руками:
– К сожалению, мне больше нравится ловить девушек, чем их удерживать.
– Это просто значит, вы не нашли правильную.
Хатч рассмеялся и повернулся к Маркусу:
– А ты себе нашел.
Маркус обнял ее за талию и поцеловал в висок.
– Я и сам знаю.
Но сам уже отворачивался от нее, и вскоре Марсела оказалась вытесненной за пределы круга, а группа мужчин начала говорить о делах.
– Мы стремимся расширить свое влияние на южной стороне.
– Борьба за территорию всегда опасна.
– Капрезе кусает больше, чем может проглотить.
– Вы могли бы выдавить его более тонко, – предложила Марсела. – Скупите кварталы вокруг него. Это не прямая атака – никаких оснований для мести, – но суть ясна.
Разговор прервался. Мужчины замолчали.
После мучительно долгого момента Маркус просто улыбнулся.
– Моя жена специалист по бизнесу, – мягко пояснил он.
Марсела почувствовала, что краснеет, когда другие мужчины обменялись понимающими смешками. Хатч посмотрел на нее, его смех был слабым, пустым.
– Марсела, должно быть, мы тебя утомили. Я уверен, что с другими женами тебе будет намного интереснее.
Она было хотела ответить, но вмешался Маркус.
– Иди, Марс, – сказал он, целуя ее в щеку. – Дай мужчинам поговорить.
Она хотела схватить его за челюсть, вонзить ногти, пока не пойдет кровь. Вместо этого Марсела улыбнулась. Нацепила маску безмятежности. Внешний вид решает.
– Конечно, – сказала она. – Я оставлю вас, ребята.
Она отвернулась, схватила бокал с шампанским у проходящего мимо официанта и сжала так сильно, что заболели пальцы. Она чувствовала, как ей смотрят вслед.
Какой смысл иметь красивые вещи, если ими нельзя похвастать?
В тот момент она не поняла, что Маркус назвал ее вещью. Комментарий соскользнул как шелковое платье, красивое и невесомое, но…
– Марсела! – позвала женщина знакомым певучим голосом. Ее каблуки достигали шести дюймов, и, вероятно, поэтому она сидела, придерживая подол темно-красного платья. Идеальный цвет – Грейс была блондинкой, а платье выделялось на белой коже, точно кровь.
– Тебя прогнали? – спросила Тереза, тоже сидя и потягивая выпивку.
– Боже, – ответила Марсела, – мне было до зевоты скучно.
– Слишком много разговоров о делах, – сказала Бетани, звякнув браслетами на запястье. У нее больше красоты, чем мозгов, не в первый раз подумала Марсела.
– Они могут считать себя королями, – сказала Грейс, – но мы – сила, стоящая за троном.
Где-то рядом зазвенел смех.
В другом углу крыши стояла другая группа женщин на более высоких каблуках и в более коротких платьях. Подруги. Вторые и третьи жены. Обновленные модели, сказала бы Грейс.
– Как там Маркус? – спросила Бетани. – Надеюсь, ты ему спуску не даешь.
– О, он никогда мне не изменит, – заверила Марсела, отпивая шампанского.
– Почему ты так уверена? – поинтересовалась Тереза.
Марсела поймала взгляд мужа и отсалютовала ему бокалом.
– Он знает, что я убью его, если он только попробует.
– Хорошая ночь? – спросила Марсела позже, когда машина отъехала от вечеринки.
Маркус бурлил энергией.
– Все прошло без сучка. Или без сучек. – Он усмехнулся своей шутке. Марсела его не поддержала. – Походу, я ему понравился. Он сказал, что позвонит мне утром. Что-то новое. Большое. – Он притянул ее ближе. – Ты была права.