И тогда он сказал себе: если Бог этого пожелает… если миссия провалится… если так суждено…
А если нет? Если Эли действительно сам по себе?
Нет, он увидел свою возможность и воспользовался ею. Теперь нужно ждать.
Нужно верить.
– Ты знаешь, что должен делать, – сказал Эли.
Стелл кивнул:
– Сперва придется снова их найти.
– Это не будет проблемой, – ответил Эли. – Марсела не из тех, кто избегает боя.
Стальные каблуки Марселы стучали по вестибюлю «Нэшнл билдинг».
Джун следовала на шаг позади, шлепая в своих гладиаторских сандалиях. На этот раз она выбрала новый облик – так она их называла – долговязую девушку с черными волосами до плеч и широко распахнутыми темными глазами, тонкие ноги, белые шорты. Судя по всему, ей было всего шестнадцать, и когда Марсела спросила, Джун просто сказала:
– Я слышала, он предпочитает молоденьких.
– Я могу вам помочь? – спросил человек за столом.
Марсела подняла солнцезащитные очки на макушку, демонстрируя голубые глаза и длинные ресницы.
– Очень на это надеюсь, – сказала она хриплым голосом.
Она давно научилась превращать мужчин в марионеток.
Это было просто, никаких особых навыков не требовалось.
Она улыбнулась, как и мужчина за столом.
Она наклонилась, и он подался ей навстречу.
– Мы пришли повидаться с Тони.
Марсела не назначала встречу, но Джун оказалась права: Хатч искал ее – он оставил дюжину голосовых сообщений на ее телефоне с памятной ночи покера. Через полминуты они уже шли наверх.
Джун откинулась назад на стену лифта. Она подозрительно притихла, ее рот сжался в мрачную линию. Прежний юмор исчез, взгляд нервно бегал по панели на стене, собственному отражению и золотой отделке на потолке.
Лифт звякнул, и двери открылись. В элегантном фойе стояли двое мужчин в темных костюмах, под сшитыми на заказ пиджаками виднелись кобуры. Матовые двери за ними вели в пентхаус.
– Господа, – поздоровалась Марсела, шагая вперед.
Ее наряд явно не подходил для ношения скрытого оружия, но один из «костюмов» настоял на том, чтобы произвести обыск, задержавшись на бедрах и под грудью. Когда другой парень подошел к Джун, та просто усмехнулась, и Марсела прочистила горло:
– Я уверена, что против этого есть законы.
«Костюм» фыркнул, но отступил, явно решив, что сражаться не стоит. Он ввел код в настенную панель, и непрозрачные двери открылись. Пространство снаружи больше походило на гостиную, чем на офис. Широкие белые диваны и низкие стеклянные журнальные столики, графины вдоль серванта.
Тони Хатч сидел за глянцевым черным столом и читал газету, а за спиной в огромных панорамных окнах мерцал город. За стеклом сланцевый внутренний дворик уступил место мерцающему синему бассейну; пар поднимался там, где нагретая поверхность встречалась с прохладным весенним воздухом.
Тони поднял глаза от газеты и улыбнулся.
Говорят, люди за тебя цепляются. Возможно, так и есть, ведь каждый раз, когда Марсела видела Тони, то чувствовала необходимость стереть его со своей кожи.
Он встал и обошел стол, широко раскинув руки:
– Марсела, если бы красота была преступлением…
– Тогда я заправляла бы этим городом вместо тебя, – сухо ответила она.
Тони рассмеялся, хотя уже отвлекся.
– А это кто?
– Моя племянница, Дж…
– Джессика, – перебила Джун и протянула руку; ее акцент стал почти незаметным.
Глаза Тони блуждали по ней.
– Красивая внешность определенно ваша фамильная черта, – сказал он, коснувшись губами ее костяшек. Склонив голову, Тони не увидел, как сузились глаза Джун. Марселе опять стало интересно, что имела в виду Джун, говоря о личном деле.
Два «костюма» все еще маячили у стеклянных дверей, держа руки на кобурах, но Тони от них отмахнулся:
– Назад, парни. – И подмигнул. – Думаю, тут я сам управлюсь.
Удивительно, подумала Марсела. Хатч, очевидно, видел, что она устроила на игре в покер, и все же относился к ней как к вещи, милой, но бессильной безделушке.
Сколько мужчин ей придется превратить в прах, прежде чем кто-то начнет принимать ее всерьез?
Охрана отступила, и Тони повернулся к серванту.
– Садитесь, садитесь, – сказал он, указывая на два стула перед столом. – Налить вам, девушки, выпить?
Не дожидаясь ответа, Тони просто стал бросать лед в хрустальные бокалы.
Марсела опустилась на стул, но Джун бродила по комнате, беспокойно рассматривая картины. Марсела обратила свое внимание на Тони:
– Ты знал о Бетани?
Тони цокнул языком.
– А, это, – отмахнулся он. – Слушай, я сказал Марку от нее избавиться, но ты же знаешь, каковы мужики. Если бы дела сердечные совпадали с делами интимными… В смысле, сколько раз я пытался увести тебя от твоего мужа – впрочем, ты здесь не за этим.