И чтобы та не думала о себе, но её фигуре, постоянно скрытой рабочей формой, многие дамы могли позавидовать: небольшая упругая грудь компенсировалась сексуальными изгибами, животик без единого намёка на жирок даже во время сгибания оставался таким же плоским.
А её голые из-за короткой юбки ножки, одну из которых крепко сжимала рука блондина, была столь стройна и приятна на ощупь, что у Анхеля несколько раз промелькала мысль проскользнуть культяпкой под юбку и пощупать скрытые там от взора "детали".
Но эти "гениальные идеи" быстро исчезли из разума, стоило взгляду юниона сконцентрироваться на лице Анны. Зеленоглазка, прикрывая руками красное словно рак личико, смотрела на Анхеля столь робким взглядом, что у того начало что-то ломаться внутри.
А может, да ну эту клятву...
Однако громкий стук в дверь вовремя остудил пыл искателя.
— Господин, полдник начинается через полчаса! — раздался с той стороны голос слуги, что пришёл как никогда вовремя.
— Хорошо! — одновременно с обидой и благодарностью произнёс Анхи, приходя полностью в себя и сразу ставя на ноги свою служанку. И даже от греха подальше сделал пару шагов назад.
Анна же тоже начала возвращаться в реальность и одновременно анализировать произошедшее.
— Иди.
Услышав слова хозяина, блондинка словно солдатик побрела из ванной комнаты. И только после того, как закрыла за собой и прошла по коридору десяток шагов, посмотрела на свои одеяния, что промокли до нитки.
Её тут же обуяло сильное смущение, что выразилось в новой волне краски на лице. Но вместе с тем она чувствовала... необычайное удовольствие.
— Так приятно... — промурлыкала девушка, проводя рукой по своей груди и животу, которые недавно пожирал взглядом её хозяин. — Чувствовать себя желанной...
И с глупой улыбкой поспешила в свою комнату, чтобы сменить одежду.
А тем временем в ванной раздавался тихий стук. Это голожопый Анхель бился головой об стену.
***
— Наверняка вы задаётесь вопросом зачем мы вас здесь всех собрали, — произнёс я, постукивая пальцем по письменному столу.
Пока мы с братом проводили увеселительные конкурсы в городе, кабинет в очередной раз преобразили, хоть и минимально: теперь к примыкающим письменным столам был приставлен один длинный, придавая всем трём т-образную форму.
И так как тот отличался цветовой гаммой от наших, он слегка резал по глазам. Но делать нечего, у нас нет времени привередничать с итак ограниченным запасом мебели.
А хочется...
В общем, за этим столом сидел в приготовленных креслах весь управленческий аппарат Кадии... и замка: Горекк, дворецкий Индрика и мастер игры грудными мышцами; Адлер, казначей города, что с отсутствующим видом записывал что-то в свою маленькую книгу; Орикс, капитан гвардии, вечно старающийся своей хмуростью свести свои брови в одну единую; Гаред, новоявленный капитан стражи, что сейчас прожигал меня взглядом, полным уважения и воодушевления; Олли, сидевшая напротив казначея и от моего промелькнувшего взгляда тут же поправившая длинный ворот, чтобы не была видна моя "работа".
И последняя, но не по значимости, Рианна, главная горничная, которой в этом году исполняется ровно пятьдесят. Высокая женщина в рабочем платье, с собранными в пучок серебряными волосами и пронизывающим всё естество стальным взглядом.
Хотя у меня он вызывал лишь приятное тепло в груди — именно эта женщина, помимо своих основных обязанностей, занималась нашим с братом обучением и воспитанием, когда этим не могли заниматься по причине занятости наши родители. И... мама, ты сделала правильный выбор, когда решила ей доверить нас.
— Пожалуй начну собрание с представления вам нового главы городской стражи и члена отдела правопорядка. Капитан Гаред Барклион, — и указал рукой в сторону мужчины.
Стоит отметить, что несмотря на сжатые сроки по реорганизации стражи и подготовки к путешествию до замка, рыжий каким-то образом нашёл время переодеться в парадный сержантский мундир. Офицерского у того пока не было.
— Служу роду! — громко и чётко проговорил тот, поднимаясь со стула и ударяя себя по груди в области сердца. Но несмотря на его уверенный вид, было видно по слегка дрожащим уголкам губ его волнение.
— Садитесь, капитан, — благосклонно кивнул усаживающемуся обратно вояке, переводя взгляд на другую персону, что продолжала спокойно сидеть в кресле. — Теперь представлю ещё одного человека, занявшему недавно освобождённое место главы канцелярии. Олли Норгерн, прошу любить и жаловать.