Один из них, а точнее Гаред Барклион, пришедший сюда после переданного мной через посыльного приказа как можно быстрее добраться ко мне с некоторыми вещичками, неморгающими глазами посмотрел на обстановку в подвале.
Тридцать «хвостов», отъявленных головорезов, за которыми шла многолетняя охота, сейчас спокойно подчевали за столами различными закусками совместно с моими гвардейцами, переговариваясь о ничего не значащих темах.
А тем временем я, Люмьер и Немой сидели за столиком, расположенным в центре этого сборища. И тоже кушали.
Увидев нас и тупо уставившись, Гаред медленно поплёлся к нам, стоило мне хлопнуть по четвёртому свободному стулу.
— Милорд, — кивнул дошедший до нас мужчина, продолжая бегать по помещению глазами и медленно усаживаться на предоставленное мной место. — А что тут...
— Познакомься, — произнёс я, когда пережевал кусок бутерброда с жаренным мясом. Недурно, но Асаф сделал бы в десять раз вкуснее. — Немой, некогда глава гильдии «Синий хвост», а теперь начальник тайной канцелярии.
От подобной новости рыжий поперхнулся, хотя ничего и не ел. А вот Алакей даже бровью не повёл, продолжая спокойно попивать сваренный ему чай. Он, кстати, сейчас не скрывал своё лицо, так как я его попросил. Всё же оба важных для города человека должны знать друг друга в лицо.
— Это... как... — с изумлённым взглядом посмотрел капитан на Алакея, а затем и на Люмьера, что спокойно сидел и пил воду.
После принятия клятвы личного слуги ото всех «хвостов» он окончательно успокоился, теперь точно убеждённый что мне никто не сможет здесь причинить вред.
Клятва хоть и не имеет визуальных магических эффектов, но всё равно является одной из многих нерушимых сил нашей страны. Нашего народа. То, что заложено в нас на уровне инстинктов и вывернет наизнанку, стоит попытаться её нарушить.
— Если коротко... — и я ему действительно очень кратко рассказал что вся гильдия — наследники почившей тайной канцелярии и что они помогали городу, очищая его от различной гнили в меру своих сил.
Гаред ещё минуты три сидел с раскрытым ртом и осматривался. Даже протёр глаза и ущипнул себя, а то мало ли, галлюцинации.
— Так вот как исчезли «Зорские мясники», — наконец хоть что-то ответил рыжий, посмотрев на невозмутимое лицо Алакея. — А мы думали у вас с ними был конфликт на почве невыплаченной работы.
— И они действительно не выплатили, — прозвучал в наших головах голос Немого, от чего впервые ощутивший подобное капитан чуть подпрыгнул на месте. — Мы же решили их устранить, совместив приятное с полезным. И город очистить, и заодно обеспечить себе прикрытие в виде мести, чтобы нас продолжали считать гильдией убийц.
— Так вы ими и были, — подметил вслух рыжий, скрестив руки на груди и окончательно отойдя от всех новостей. — Заказы же принимали.
— Только на бандитов и головорезов.
— От них же самих, — не унимался глава стражи, вошедший в режим дознавателя.
— Есть на что-то надо, — философски подметил сероглазый.
— А почему же не пошли на службу господину? Бы ли бы вы с самого начала с лордом заодно, может мы бы меньше сейчас проблем разгребали.
На этом вопросе Алакей наконец поднял глаза с чая на собеседника и главы разных отделов впились друг в друга взглядами, словно кошка с собакой, готовых наброситься друг на друга в любой момент. Подобная атмосфера заставила притихнуть всех за соседними столами.
— Клятву давали роду лишь наши предки и они же исполняли её до последнего вздоха. Милорд, простите меня за прямоту, — и склонил голову в мою сторону, — не внушал нам такого же доверия, как господин Корнелиус. Уверенности в том, что нам стоило действовать обособленно добавлял молодой возраст и замкнутость лорда.
Подобные слова не понравились посмурневшему Люмьеру, но он не стал вклиниваться в разговор, а посмотрел на моё спокойное лицо и быстро расслабился. Я и сам не ощущал обиды, ведь получал заслуженные последствия за свои действия. Точнее, бездействия.
А Гаред же, ещё некоторое время сверля мрачным взглядом непроницаемый лик «хвоста», резко успокоился и разгладил лицо.
— Понятно, — и обратно откинулся на стул, нацепив на лицо лёгкую улыбку.
И эта резкая смена настроения от дознавателя из коморки до расслабленного мужичка из трактира заставила Алакея в лёгком удивлении аж приподнять правую бровь.
И это не ускользнуло от взгляда капитана, улыбнувшегося чуть шире: