— Что? Ты мне рассказал правду и я понял твою позицию. Или ты ожидал чего-то ещё?
Алакей промолчал, возвращаясь к чаю.
А я же смотрел на эту сцену и сам приподнимал уголки губ. Гаред Баклеар всегда был парнем ответственным и довольно открытым, что всегда располагал к себе своих подчинённых. Только вот он обладал ещё и зоркими глазами, что подмечали любую деталь в смене мимики и поведении подозреваемых. Потому я ему и доверил столь тонкую работу, как проверка на "вшивость" предателей.
— Гаред, — обратился я к мужчине после до конца съеденного бутерброда. — Ты принёс что я просил?
— Да, милорд, — кивнул мне мужчина, вытаскивая из нагрудного кармана трофейный артефакт. Тот самый кулон пси-сокрытия.
— Немой, — обратился я по позывному к парню, ведь главы хоть и должны знать друг друга в лицо, но вот имя должно быть скрыто. — Этот амулет использует псионику и позволяет скрыть человека из виду. Тебе знакома подобная вещица?
Тот взял кулон в виде осьминога в руки, покрутил, закрыл глаза и стал с ней манипулировать, что выводилось еле видимыми волнами по всему артефакту. Стоп, а почему я это вижу?
Додумать не успел, ведь Немой уже открыл свои очи и поставил артефакт на стол.
— Точно не мой и не моей матери, господин, не та псионическая волна. Артефакт заряжали давно, несколько лет назад. Пользовались им совсем недавно, и дня не прошло.
— Он был у убийц, что на меня и Анхеля напали ночью, — от услышанной фразы Люмьер сразу посмурнел, как и Гаред, что сжал до хруста кулаки.
Капитан ещё долго извинялся за безалаберность их стражи, что допустила проникновение в город этих убийц. Орикс тоже порывался принять новое наказание за проникновение целого отряда кинжальщиков, но стоило объяснить ему про пси-кулоны, он тут же успокоился, хоть и смотрел на меня с виной в глазах ещё некоторое время.
— Ясно... господин, если не секрет, — перешёл на личную связь псионик, что я каким-то образом почувствовал, — каким образом вам удалось их обнаружить? Сокрытие артефакта на человеке не исчезнет даже если на враге будут пси-щиты.
И правда, а каким образом я смог их увидеть? Анхель смог из-за того, что ему атрибут подсказал о находящихся рядом живых людях. Я же... стоп...
— Щиты... только если это не особенные щиты! — я от озарение аж пальцами щёлкнул, чем удивил Гареда. Люм продолжал спокойно сидеть, понимая что есть вещи, которые я могу обсуждать только с тайной канцелярией. — Я вспомнил! Когда на меня напали, моя голова резко разболелась из-за преобразования мозга.
— Помню, вы об этом говорили. Развитие позволило вам быстрее обдумывать всё...
— И вернуло щит!
— Но они не могут видеть пси-сокрытие.
— А этот — может. Он невероятно крепкий, многофункциональный и с системой автоатаки по мозгоправам, что попытаются залезть мне в голову. И да, не советую проверять без разрешения.
— И не собирался, милорд, — слегка покачал головой парень, чьи глаза заблестели от любопытства. — Да и я вижу, что он очень крепок и извилист как лабиринт, что мне аж при знакомстве минуту пришлось искать "нишу" для связи с вами. Настоящее произведение искусства...
О, а вот и вылезла творческая жилка парня. Хоть так и не скажешь, но почти безэмоциональный Алакей очень творческая личность. В основном он рисовал в свободное время картины, в которые и вкладывал все эмоции, что ему приходилось скрывать в связи с его профессией. И наша общая любовь к творчеству часто "заставляла" нас сидеть по вечерам за чашкой чая или вина, и обсуждать искусство попеременно с важными делами.
Так, что-то я слишком погрузился в воспоминания.
— Одна из функций позволяет видеть псионическую энергию рядом, а другая полностью снимает для меня любые иллюзии пси-артефактов.
— Поразительно, — искренне поразился тот, продолжая смотреть мне в лоб. — Кто же этот талантливый мастер, что смог создать столь нечто прекрасное...
— Ты.
— ЧТО?!
Мне доставило удовольствие видеть искренне удивлённое лицо главы тайной канцелярии, что от шока выпучил глаза, поднял на лоб брови и не удержал челюсть от падения вниз.
А как же меня повеселили ещё более удивлённые от увиденного лица его товарищей. Не остались в стороне и Гаред с Люмом, что посмотрели сначала на парня, а потом и на меня. Я даже уловил уважительный взгляд от главы стражи и один от Люма, наполненный каким-то щенячьим любопытством.