И Орикс, видя этот уверенный вид, быстро успокоился, выпуская всё оставшееся беспокойство в тихий вздох.
— Вы с лордом повзрослели.
— Повзрослели, — кивнул блондин, — иначе мы бы не выжили.
— С вашими силами вы бы легко смогли...
— Одной силы, какой бы особенной она не была, не хватит для выживания, — с задумчивым и одновременно серьёзным видом парень заставил на пальце появиться небольшой шарик, что вместе с лампой со светокамнем ещё ярче осветили помещение. — Находчивость, мастерство, опыт. Без этих дополнений голая сила лишь навредит своему хозяину.
— Говорите уже не как взрослый, а умудрённый жизнью старик, — попытался Орикс пошутить, но увидев брошенный на него взгляд тут же замолк.
Орикс как искатель, недавно отпраздновавший своё шестидесятилетие, понимал как никто другой таких же "стариков" как и он. Они жили долго в отличие от обычных людей, и их понятия времени отличалось от общего. Потому довольно сильный искатель мог и в 150 чувствовать себя тридцатилетним увальнем. Пережитые им года со всеми невзгодами не отпечатывались на лице и поведении.
И потому было странно видеть у ещё несовершеннолетнего парня такой тяжёлый взгляд. По нему одному можно было понять что их обладателю пришлось пережить... многое. Многое приобрести и столь же многое потерять. Принимать неприятные, но необходимые решения. Рисковать своей и чужой жизнью. Брать на себя ношу, которую лишь единицы могли нести.
Даже за столом поза парня полностью затмевала его юношеский шарм, придавая тому... взрослости. А глаза, наполненные мудростью глубоких старцев, смотрели вдаль и щурились, словно пред ними вставали картинки пережитого.
И только сейчас в голове Орикса стрельнуло уже забытое воспоминание. Та же поза и тот же задумчивый взгляд был присущ госпоже Джувии, что иногда вечерами сидела на балконе Индрика и могла часами смотреть куда-то вдаль, предаваясь воспоминаниям, коих могло скопиться просто уйма за всю её многолетнюю жизнь.
Орикс, как и все слуги, не знал истинный возраст покойных хозяев. Даже за 50 лет службы гвардеец ни разу не видел ни единого изменения в лицах лорда и его жён. Не было ни морщин, ни единого потускневшего волоска, ни свойственной великовозрастным людям тоске по былому. Будто время для их тел и разума навсегда остановилось.
И лишь иногда оно будто вновь начинало свой ход. Когда госпожа Джувия сидела одна на балконе, когда госпожа Астра с ностальгией осматривала свою брошь и когда военачальник с лёгкой улыбкой наблюдал ночами за звёздами, словно ища среди них... кого-то.
И пока в голове мужчины всплывали картинки прошлого, Анхель вновь стал обычным пареньком, наслаждающимся вкусной выпечкой и не скрывающим при этом своей радости. Копия своей матери, что всегда была приветлива и открыта, но временами тиха и загадочна.
Кровь не водица. Именно этим для себя гвардеец и объяснил такую перемену.
— Ладно, поели и пошли работать дальше. Скажите людям, чтобы заход...
Юнион так и не договорил, услышав шум в коридоре. Были в нём звуки негодования, ругань приближающихся и быстрый топот удаляющейся толпы.
— Встаньте за мной, господин! — пробасил капитан гвардии, вставший прямо перед дверью кабинета и уже ухватившийся за меч на поясе. — К нам приближаются...
— И я знаю даже кто, — морозящим кожу голосом проговорил Анхель, в чьих ещё секунду назад пышущих радостью голубых глазах погасли любые эмоции, оставляя в них лишь чистый холод. — Встань возле меня и не влезай. Я сам разберусь.
В голосе ре-лорда, перешедшему резко на «ты», не было ни просьбы, ни пожелания — лишь чёткий приказ, не терпящий неповиновения.
И Орикс беспрекословно подчинился, как когда-то молча следовал всем указаниям старого лорда.
Но это не мешало ему обдумывать случившееся:
Итак, кто-то — судя по шагам, их двое, — проникнул в заброшенную лечебницу, оккупированную ре-лордом для обещанного исцеления горожан. Прошли через охранные посты гвардии, раз смогли добраться до коридора за дверью. Сильнее их всех вместе, значит ранг примерно от начального «Барона» и выше. А ещё очень самоуверенные, раз решили так вероломно добраться до милорда. А на такое в этом городе могут пойти лишь единицы.