Итак, я осталась в клубе.
Выйдя из душа, я провела комплексную подготовку к празднику: тело (лосьон с ароматом пиона, любимый Люка), волосы (распущенные и объемные, как любит Люк) и макияж (дымчатый для вечеринки, ничего другого — это было время для вечеринки), и повернулась к пакетам с покупками.
Я принесла пакет с обувью, но взяла не тот пакет с одеждой. Мой праздничный наряд остался на обеденном столе.
Чтобы сэкономить быстро утекающее время, я стянула халат, надела трусики и туфли (Тод нашел их в «Нордстреме» — босоножки на высоком каблуке с ремешками, цвета фиолетовый металлик) и побежала за одеждой.
На полпути я остановилась. Люк стоял на кухне, откинув голову назад, выставляя напоказ мускулистую шею, и допивал пиво.
На нем был темно-серый костюм и рубашка такого же цвета, с открытым воротом. Я не видела его в костюме с похорон его отца.
Люк хорошо выглядит, — выдохнула Хорошая Эйва, коснувшись шеи.
Нет, Люк выглядит ХОРОШО. — Плохая Эйва обмахивала лицо.
Они не ошиблись. Люк выглядел не просто хорошо.
Люк выглядел ХОРОШО.
— Хорошо выглядишь, — сказала я ему.
Люк опустил голову, его взгляд остановился на мне, и он замер.
— Господи, — пробормотал он, оглядывая меня.
Я вырвалась из дурмана «Люк выглядит хорошо» и побежала к обеденному столу.
— Я взяла не тот пакет. — Я начала перебирать пакеты, а затем спросила Люка: — Можешь сходить за моими духами?
Он не пошел за духами. Вместо этого я ощутила тепло его тела у себя за спиной. Он наклонился вперед, и у меня не было другого выбора, кроме как наклониться вместе с ним. Один взмах руки — и пакеты полетели на пол. Я почувствовала, как он надавливает мне ладонью на спину.
— Люк, — ошеломленно позвала я, глядя на пакеты на полу.
Он прижал меня к столу, большим пальцем другой руки подцепил мои трусики и стянул их чуть ниже бедер.
Вау.
Мои женские прелести затрепетали.
— Люк! — ахнула я.
Он не ответил, держа меня прижатой к столу, хотя я и пыталась подняться. Он скользнул ладонью по моей попке, и я услышала, как звенит его ремень и расстегивается молния, а затем без предупреждения он проник в меня.
Я прекратила попытки подняться, мои руки по собственной воле вытянулись вперед по столу, а ягодицы уперлись в бедра Люка.
— Люк, — на этот раз прозвучало совсем по-другому.
Его рука покинула мою спину, и он обеими ладонями обхватил мои бедра, удерживая на месте.
Я тяжело задышала.
Как и всегда с Люком, это было горячо.
Я двигалась вместе с ним, издавала низкие гортанные звуки счастья, затем он вышел из меня, стянул мои трусики до лодыжек, развернул меня и поднял на стол. Избавившись от трусиков, которые цеплялись о туфли, он отбросил их в сторону и встал между моими ногами, приподнял мои бедра и снова проник в меня, наклоняясь надо мной.
Я подняла голову. Одна его рука оставалась на моем бедре, пока он врезался в меня, пальцы другой руки скользнули в мои волосы, и Люк поцеловал меня, продолжительным, глубоким и влажным поцелуем, активно работая языком.
— Мы опоздаем, — выдохнула я, когда он прервал поцелуй.
— Мне, нахрен, плевать, — хрипло сказал он в ответ.
Снова по собственной воле мои руки поднялись. Одна обвилась вокруг его шеи, другая коснулась его челюсти, скользнув большим пальцем по его усам, а мои глаза из-под полуопущенных век оставались прикованными к его губам.
— Боже, ты прекрасна, — пробормотал он, когда я провела большим пальцем по его нижней губе.
— Я могла бы прожить всю жизнь с тобой внутри себя, — прошептала я в ответ.
Он прекратил размеренные толчки и глубоко погрузился по самое основание. По мне пробежала дрожь, и я облизнула губы. В его глазах отразилось тепло, и он снова поцеловал меня.
Не прерывая поцелуя, он признался:
— Я не могу контролировать себя, когда дело касается тебя.
— Это плохо? — Я была уже близко, мой голос дрогнул в середине предложения, и я потеряла концентрацию.
Он не ответил на мой вопрос.
Вместо этого, глядя на меня, пробормотал:
— Дай мне это, детка.
— Что? — спросила я, но его ответа не дождалась.
Это поразило меня. Это было великолепно. Я почувствовала, как оно пронзило меня, и тихо произнесла его имя и улыбнулась.
— Мне это нравится, — прошептал Люк в мои улыбающиеся губы, пока я кончала.
Затем его губы крепко прижались к моим губам, он вошел в меня в последний раз и застонал мне в рот.
— Так и знал, что это платье для тебя, девочка, — сказал мне Тод. — Твой мужчина смотрит на тебя так, будто последний год провел в мужском монастыре, расположенном высоко в горах, вдали от цивилизации, в недоступной для автомобилей местности, куда добираться две недели по коварной, смертельно опасной дороге.
Я посмотрела на Люка, и Тод был прав. Люк смотрел на меня.
Однако Тод ошибался. Люк не выглядел так, будто хотел меня. Он выглядел так, будто я уже была его, и ему нравилось то, что я ему давала.
Мои колени задрожали.
— Мы сделали это на обеденном столе перед тем, как ехать сюда, — сообщила я Тоду.
— Мм-хм. Как я уже сказал: платье, — ответил Тод.
Платье у меня было красивое, хотя и не в моем стиле, но Стиви убедил меня в обратном. Оно было лавандового цвета, по-девчачьи воздушным. Бретельки были скручены. Грудь выделялась, но декольте не было глубоким. Лиф был срезан наискосок, и с него падала тонкая полоска ткани. Платье облегало тело и спадало до самых щиколоток, обнажая колено и большую часть ноги с одной стороны. Вырез на спине была низким, чуть выше линии бюстгальтера. На первый взгляд оно выглядело скромным, но то, как ткань облегала и развевалась, делало его чертовски соблазнительным.
— Я еще даже не надела платье. На мне были лишь трусики, — поделилась я.
Тод повернулся ко мне с отвисшей челюстью, затем снова посмотрел на Люка.
— Клянусь богом, этих мальчиков надо запереть. Небезопасно, когда мужчины с таким количеством тестостерона в крови свободно разгуливают по городу.
К нам подошла Дейзи. На ней было льдисто-голубое, обтягивающее платье без бретелек, лиф которого удерживался лишь чудом.
— Где они? — прервала она нас.
— Откуда мне знать? — спросил Тод.
— Ты звонил Инди? — выпалила Дейзи.
— Нет, не хочу ее беспокоить, — ответил Тод.
— Почему? — повысила голос Дейзи. — Закуски остывают, и я уговорила Текса надеть костюм, и мне кажется, он начинает злиться.
Наши взгляды обратились на Текса, и оказалось, что он действительно начал злиться. От него исходила раздражительная энергетика, и он возился с узлом галстука.
— Я не звонил ей, потому что, это свадьба, Дейзи. Я не хотел их беспокоить, — объяснил Тод.
— Не могу поверить, что нас не пригласили, — проворчала Дейзи.
— Дейзи, девочка, мы приглашены. Мы здесь, не так ли? Просто им хотелось скромной церемонии, — напомнил Тод.
— Знаю, но все же, — сдалась Дейзи, но ее голос все еще звучал расстроено.
Тод обнял ее за плечи.
— Ты хорошо постаралась с декорациями, и мне нравятся официанты, которых ты выбрала. У тебя наметан глаз на красивую мужскую задницу.
Я оглядела «Фортнум», который закрыли на частную вечеринку.
Магазин преобразился и каким-то образом (нужно отдать должное Дейзи, как главный организатор вечеринок, она проделала отличную работу) стал стильным и элегантным.
Обычную мебель кофейни вывезли и заменили стульями, покрытыми белым полотном, а также белыми плетеными столиками. Повсюду были развешаны праздничные белые воздушные шары и прозрачные гирлянды, даже на потолке. Все было заставлено белыми пионами в больших стеклянных вазах. Вокруг бродили красивые официанты с подносами, наполненными бокалами с шампанским или горячими закусками, играла легкая классическая музыка.
Украшение мы сделали сами и в качестве свадебного подарка оплатили праздник, хотя подарки все равно принесли.
Ширлин и Дейзи взяли на себя наем официантов и аренду мебели. Тод, Стиви, Смити, Текс и Дюк вместе оплатили организацию питания. Рокси, Джет, Элли и я купили цветы и украшения. Ли и Инди, конечно, настояли на том, чтобы заняться выпивкой.
Рядом со мной материализовался Люк, коснулся поцелуем моей шеи, немедленно вызвав у меня непроизвольную дрожь, в то время как Рокси в бледно-розовом платье до колен с вырезом-лодочкой и полностью обнаженной спиной, бросилась ко мне и взволнованно прошептала:
— Они здесь.
— Они здесь! — крикнула через все помещение Ширлин, с головы до ног облаченная во все бирюзовое (даже в ее дикое афро были вкраплены бирюзовые блестки), почти подпрыгивая от волнения.
Я повернулась к Люку и посмотрела на него.
— Они здесь, — выдохнула я.