— Привет, — ответил он, сверкнув белозубой улыбкой, и поднял вверх пакет. — Лапша, овощи, никакой обработанной пищи, вроде, печенья.
— Гадство, — буркнула я ради смеха, как обычно, когда пыталась развеселить, и Райли засмеялся.
Когда я его впустила, зазвонил телефон.
Я взяла у Райли пакет со словами:
— Я накрою на стол, а ты ответь на телефон.
— Без проблем.
Я направилась на кухню, а Райли к беспроводному телефону в гостиной.
Я доставала из пакета лапшу и овощи (которые, надо признать, выглядели вполне аппетитно), чтобы разложить по тарелкам (в кобальтово-синюю — для Райли, в розовую — для меня), когда он вошел и сказал:
— Конечно, она здесь.
Он оторвал трубку от уха и сказал с усмешкой:
— Это тебя.
Я потянулась к телефону.
— Какая неожиданность, Райлз, ты, болван.
Он схватил меня за затылок, притянул к себе и поцеловал в лоб.
Я застыла с телефоном в руке и в полном шоке уставилась на него.
Он никогда не делал так раньше. Конечно, это было по-братски и мило, но это был поцелуй.
Чтобы скрыть свое волнение, я приказала:
— Не целуй меня, Райли, ты меня всю обслюнявил.
— Замолчи, — ответил он, все еще улыбаясь.
Я поднесла телефон к уху и поздоровалась:
— Йоу.
Тишина.
— Алло? — позвала я в тишину.
— Что еще за Райли?
Пипец котенку, бл*ть, бл*ть, бл*ть.
Это звонил Люк.
— Люк?
— Что, нахрен, за Райли?
Ого. Его голос звучал зло. Очень зло.
— Эм… друг? — прозвучало как вопрос, будто мне нужно было, чтобы на него ответил Люк.
— Утром ты не говорила мне ни о каких друзьях.
— Ты не спрашивал.
— Ладно, тогда спрошу сейчас.
— О чем?
— Как много у тебя друзей?
— Много.
— Я имею в виду тех, кто тебя целует.
Кто-то неправильно понял ситуацию. Хи-хи, — прощебетала мне на ухо Плохая Эйва.
О, боже, воскликнула в другое ухо Хорошая Эйва.
— Мне не удобно сейчас говорить, я немного занята.
Я не играла в игры. Я ясно осознавала, что Райли наблюдает за мной, и этот его поцелуй в лоб поставил меня в странную ситуацию, в которой я до этого не оказывалась. Честно говоря, я не знала, что делать.
Даже через телефонную линию я почувствовала, как недовольные вибрации жгут моё ухо.
— Зачем ты позвонил? — спросила я, так и не дождавшись ответа Люка.
— Ты забыла пульт и ключи.
— Эм…
— В ближайшее время ты будешь дома?
— У меня компания.
— В ближайшее время ты будешь дома? — повторил Люк.
— Эм, нет, после обеда нам нужно выполнить одно поручение.
— Нам? — спросил Райли, и я жестом попросил его заткнуться.
— После поручения ты вернешься домой? — спросил Люк.
Дерьмо.
— Да, — ответила я.
— Приеду к тебе в четыре, — заявил Люк.
— Люк.
Он не услышал свое имя, так как уже отключился.
— Моя жизнь — полный пипец, — сказала я Райли, нажимая большим пальцем кнопку выключения на телефоне.
— Кто звонил? — спросил он, и его лицо приняло обеспокоенное выражение.
— Давний друг, — отмахнулась я, не желая, чтобы он копал глубже и уж точно не желая делиться.
К счастью, Райли оставил эту тему.
— Какое поручение мы выполняем? — спросил он.
Я рассказала ему о доме Сисси.
— Охренеть. Конечно, я пойду с тобой.
— Спасибо, Райлз.
Мы пообедали. Поболтали. Райли дразнил меня (как обычно). Я смешила его (как обычно). Ничего странного, ничего необычного, ничего, что могло бы показаться чем-то иным, кроме нашей обычной дружбы.
Ничего.
После он отвез меня к Сисси, и мы осмотрели повреждения, воспользовавшись ключом, который у меня остался после того, как я сунула его в карман прошлой ночью.
— Охренеть, — повторил Райли сказанное ранее, оглядываясь посреди гостиной.
«Охренеть» — правильное слово. Здесь царил бардак. Переднее окно и дверь были заколочены, повсюду обломки. Меня затрясло только от одного вида разрушений, которые может нанести АК-47. От гостиной остались одни лишь воспоминания.
Райли обнял меня и вывел наружу.
— Давай уйдем отсюда.
— Сисси сойдет с ума, — сказала я.
— Сисси сойдет с ума, — согласился он.
— Полагаю, это стоит обработанной пищи, вроде, печенья.
— Эйва, ничто не стоит обработанной пищи, вроде, печенья. Однако это стоит текилы.
Он не ошибся.
Мы пошли в «Риверс», бар на улице Саут-Гейлорд, расположенный неподалеку от дома Сисси. Он стоял там всегда и был полностью отделан деревом. Там подавали потрясающий соус из черной фасоли, но я не стала предлагать его Райли, который, вероятно, счел бы это предложение разочаровывающим свидетельством отсутствия мотивации к моджо здорового образа жизни.
Я выпила рюмку текилы, а затем диетическую колу. Райли выпил пиво. Райли вовлек меня в разговор, который отвлек меня от мыслей о гостиной Сисси, но чего он не знал, так это о моих мыслях о моей смертности и планах как можно скорее составить завещание.
Вскоре я взглянул на часы и вскрикнула.
— Что? — спросил Райли.
— Без десяти четыре. Люк приедет ко мне в четыре. Нам нужно ехать. — Чертовски напуганная, я спрыгнула с барного табурета, готовясь поскакать к выходу в своих шлепках.
— Кто такой Люк? — Райли внимательно наблюдал за мной.
— Давний друг.
Его глаза сузились.
— У тебя их много.
— Идем же! — почти прокричала я.
— Ладно-ладно. Придержи штаны.
Мы заплатили и ушли. Домой мы вернулись слишком поздно.
Часы на приборной панели «Патфайндера» Райли показывали четверть пятого. И когда мы подъехали к моему дому, там был припаркован «Порше» Люка, Люк прислонился к нему, скрестив руки на груди. Он не выглядел довольным, и это недовольство возросло в геометрической прогрессии, когда он повернул голову и увидел, что мы с Райли подъезжаем.
— Дерьмо, — прошептала я.
— Это Люк? — уточнил Райли, рассматривая его.
— Ага.
— Ты должна ему денег? — Райли, возможно, пытался пошутить, но его вопрос попал слишком близок к цели.
— Спасибо за обед, за то, что сходил со мной, за текилу, за всё. — Я повернулась к нему, увидев, как Люк отходит от «Порше».
— Я только удостоверюсь, что ты в порядке. Он не кажется…
— Нет! — снова почти прокричала я.
Взгляд Райли остановился на мне.
— Я только удостоверюсь, что ты в порядке, — повторил Райли тоном, которого я никогда раньше от него не слышала. Обычно он вел себя непринужденно, но больше так не выглядел.
Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо.
Райли вышел. Я за ним. Люк встретил нас на тротуаре возле машины Райли, перед моим домом. Люк и Райли окинули друг друга оценивающим взглядом. Райли работал личным тренером, а Люк все равно выглядел так, будто мог вытереть им пол.
— Ты — Люк? — спросил Райли, хотя знал ответ.
— Ага. Ты — Райли? — спросил Люк, хотя, вероятно, тоже знал ответ.
— Ага.
Они уставились друг на друга, и я представила себе, как они сходятся на тротуаре в смертельном поединке крутых парней, и это заставило меня чувствовать себя крайне некомфортно.
— Мне нужно печенье, — выпалила я, и оба мужчины посмотрели на меня.
Губы Люка дрогнули. Брови Райли сошлись вместе.
— Ты будешь в порядке с этим парнем? — задал вопрос Райли, что, по моему мнению, доказывало, насколько он сумасшедший.
К счастью, Люк никак не отреагировал на этот вопрос.
— Конечно, — заверила я.
Райли выглядел неубежденным. Затем он снова обхватил мой затылок и поцеловал в лоб, но оставил руку на месте и посмотрел мне в глаза.
— Увидимся завтра? — тихо спросил он.
Я кивнула.
Райли хмуро посмотрела на Люка, который снова выглядел недовольным, но на фоне него хмурый взгляд Райли казался любительским.
Райли сел в «Патфайндер» и уехал. Я повернулась к Люку.
Теперь он уставился на меня.
— Ты хотел мне что-то отдать? — потребовала я.
— В дом.
— Люк, мне нужно кое-что сделать. У меня не было…
— В дом.
Господи.
Ладно, в дом так в дом. Чем скорее я сделаю то, что он хочет, тем скорее покончу с этим.
Дойдя до двери, я впустила нас. Прошла в гостиную, бросила ключи и сумочку на диван и повернулась к Люку.
— Итак, Люк, мы в доме. — Я протянула руку ладонью вверх. — Ты хотел мне что-то отдать?
— Кто для тебя этот парень?
— Райли?
— Нет, Джек Леммон, — пошутил он, и я ничего не могла с собой поделать, я рассмеялась, в основном потому, что это было смешно (прим.: Джек Леммон — американский актер).
Он двинулся так быстро, что я едва успела сориентироваться, чтобы отступить. Но я прошла через всю гостиную, пока не ударилась спиной о стену, и Люк не подошел поближе. Одна его рука опустилась на стену возле моей головы, другая обвила мою талию и притянула к себе.