Я снова лишилась дара речи. На этот раз не надолго.
— Что?
— Видишь ли, Ли затащил Инди в постель в первую же ночь, когда они были вместе. Не в смысле, что он переспал с ней, но она провела ночь в его кровати. У Эдди с Джет это заняло несколько дней. У Хэнка с Рокси — типа, день. У Вэнса, вроде, три дня, но Джулс была девственницей, и один раз их прервали, из-за чего Вэнсу пришлось кое-кого подстрелить.
Я часто моргала и чувствовала слабость от такого потока личной информации от Ширлин, не говоря уже о том, что это могло значить для меня.
— Итак, мы начали делать ставки, — продолжила Ширлин. — Все поставили деньги на срок, когда, по их мнению, Люк затащит тебя в постель. Мейс выиграл пятьсот долларов.
Умереть — не встать.
— Итак, — продолжила она. — Вы переспали или просто спали?
— Мы просто спали, — почему-то ответила я на ее невероятно любопытный вопрос.
— Новые ставки! — крикнула она.
О, боже.
Вайоминг внезапно стал выглядеть еще привлекательнее.
— Ширлин, — перешла я к делу, потому что меня начало тошнить. — Я звоню, чтобы открыть счет. Люк и Вэнс выполняют для меня кое-какую работу, и мне нужно, чтобы вы выставили счет…
— О, подруга, я так не думаю. Люк уже предупредил, что ты попробуешь провернуть что-то подобное. Он сказал, что у вас какая-то договоренность, и мы не хотим этому мешать, верно?
— Нет, не верно, — возразила я.
Лично мне хотелось этому помешать. Разорвать эту договоренность в пух и прах.
Она громко и счастливо рассмеялась.
— Уже предвкушаю веселье. Наконец-то, на этот раз я буду в первом ряду.
Я почти слышала, как она потирает руки.
— Это значит, что ты моя, — странно заявила она. — Видишь ли, Элли присматривала за Инди, потому что тогда их никто не знал. Дейзи — за Джет. О Рокси заботились все, потому что с ней случилась серьезная херня. Мэй была с Джулс, потому что они знали друг друга уже давно, но мы все вмешались, ведь она была девственницей и все такое. Хотя я не участвовала в обсуждении этой темы, только видела запись.
Запись?
— Так что, — продолжила она. — Увидимся вечером в «Хорнет». Не могу дождаться.
Затем повесила трубку.
Я в оцепенении положила трубку, тут же подняла ее и позвонила Сисси.
Я поработала около часа, прежде чем приступить к подготовке к следующему кошмару дня.
Я решила уделить больше внимания макияжу и серебряным украшениям. Потратив кучу времени на волосы, я отвела их от лица, частично выпрямив, частично завив, а частично заплетя в косы, и закрепила их на затылке огромной серебряной заколкой, оставив длину.
Для наряда я решила выбрать крутую, рок-н-ролльную, темно-зеленую, приталенную футболку с длинными рукавами и таким широким воротом, что она спадала с одного плеча.
Это означало, что, поскольку у меня не было бюстгальтера без бретелек (и я ни в коем случае не стала бы оставлять на свободе грудь третьего размера), мне пришлось облачиться в нежно-розовое шелковое бюстье с кнопками на промежности. Оно сидело как влитое, имело бежевые кружевные вставки на бедрах и чашечках, а также мягкий корсет, который двигался вместе с моим телом. Я купила его для платья без бретелек, которое надевала на новогоднюю вечеринку, куда ходила в позапрошлом году с Домом, Сисси и Ноем, и это был единственный раз, когда я его надевала. Ною оно понравилось, он сказал, что в нем я выгляжу сексуально.
Теперь я облачилась в бюстье для вечера в «Хорнет» и только с целью прагматизма.
Я снова надела выцветшие джинсы, пропустила длинный серебристый шарф через петли для ремня, сунула ноги в матово-серебристые босоножки с ремешками и вызвала такси.
До места я добралась с десятиминутным опозданием.
В «Хорнет» было многолюдно. Пятница конца марта выдалась теплой, и денверцы уже готовились встречать лето. Посетители за барной стойкой сидели плечом к плечу, помещение было забито до отказа, ни Инди, ни Элли нигде не было видно.
Я прошла в заднюю часть зала, где стояли бильярдные столы, и по левую сторону сразу увидела их. Инди, Элли и еще восемь человек, включая Тода и Стиви, соседей Инди, с которыми я встречалась раньше несколько раз (геи, партнеры, чертовски крутые), Ширлин и еще одну чернокожую женщину, которую я видела вчера в офисе, не говоря уже о гламурной брюнетке с фиалковыми глазами.
Умереть — не встать!
— Эйва! — позвала Инди, и все взгляды обратились ко мне.
— Привет, — вяло поздоровалась я, убедившись, что меня точно ждет очередной кошмар.
Меня познакомили со всеми. С зеленоглазой медовой блондинкой с фантастической улыбкой (Джет). С голубоглазой светло-русой модницей (Рокси). С платиновой блондинкой, настолько похожей на Долли Партон, включая ее пышную грудь в низком декольте, джинсовую куртку с таким количеством серебряных заклепок и стразов, что она осветила темную комнату, что на минуту я подумала, что это и есть Долли. Ее звали Дейзи. Еще была другая чернокожая дама, старше девочек, с прической в стиле Жаклин Кеннеди (Мэй). И гламурная девушка (Джулс).
Инди, кстати, была высокой, фигуристой, с фантастической рыжей шевелюрой, а Элли — высокой, стройной и великолепной, с блестящими темно-каштановыми волосами.
— Садись скорее. Давай перейдем к делу. Кто-нибудь, принесите девушке выпить. — Ширлин выделила для меня место рядом с ней, прямо в центре длинного стола. Она поглаживала ладонью сиденье и широко улыбалась мне.
— Я принесу тебе выпить, — пробормотал Стиви, вставая. — Что будешь?
— Клюквенный морс с водкой. Подожди, я дам тебе денег, — сказала я ему.
— Девочка, сядь! Геи не часто покупают женщинам выпить. Живи в кайф! — воскликнул Тод.
Стиви отошел, я села, а Ширлин крикнула вслед Стиви:
— Поторопись с выпивкой, ты же не хочешь ничего пропустить. — Затем ее взгляд обратился ко мне. — Ладно, подруга, расскажи нам всё.
— Может, нам стоит сначала рассказать наши истории, — предложила Джет.
— Думаю, это хорошая идея, — поддержала Инди.
Я была рада отсрочки допроса с пристрастием, пусть даже на пять минут, поэтому кивнула.
Истории длились не пять минут, а намного дольше. На два целых коктейля дольше.
Инди рассказала свою историю. Как и она, я обрадовалась, когда Стиви принес мне напиток, потому что история Инди включала в себя взорванные автомобили (да, во множественном числе).
Несмотря на то, что Люк дал мне жутковатый намек на истории Джет, Рокси и Джулс, он не охватил и половины (даже четверти).
Он упустил ту часть, где Эдди заставил Джет переехать к нему во время ее драмы, и она так и не съехала. Хэнк и дядя Рокси сговорились переселить ее к Хэнку после ее драмы, и она теперь жила с ним. И, наконец, Джулс примерно через десять дней приобрела двойной комплект туалетных принадлежностей для ее дома и дома Вэнса. Они по-прежнему жили на два дома: в ее городском доме и в его горной хижине.
Каждую из девчонок затащили в постель, а затем с ними переспали в течение недели.
— Мне нужно еще выпить, — прошептала я, когда Джулс закончила свою историю.
Мэй похлопала меня по руке, а Стиви исчез за новым коктейлем.
— Теперь твоя очередь, — сказала Ширлин.
Вместо того чтобы начать свою историю, я повернулась к Джулс, которая рассказывала последней, и сказала:
— Я знаю, что тебя ранили, и сочувствую тебе, но, на мой взгляд, ты поступила смело.
Джулс уставилась на меня.
Инди, Элли, Тод и Стиви уже были моими друзьями, а Ширлин заявила на меня права, что бы это ни значило. И мне с первого взгляда стало ясно, что Джет, Рокси, Дейзи и Мэй были классными.
Джулс мне не удалось разгадать сразу. Она не смотрела на меня с добротой. Она смотрела на меня оценивающе. И я не знала, что мне с этим делать.
Когда она промолчала, я отвела взгляд.
— Извини, мне не стоило об этом говорить.
— Я поступила глупо, — сказала она мне, и мои глаза снова обратились к ней.
— Возможно, но в то же время и смело — ты спасла человеку жизнь. Так что, даже если это был глупый поступок, этот человек жив, и ты тоже. Мне кажется, в итоге, смелость перевесила глупость, не так ли?
Мэй улыбалась мне с теплотой, которую я чувствовала через весь стол, и, бросив быстрый взгляд на всех, я заметила улыбки на лицах остальных. Мой взгляд остановился на Джулс, приятно отметив, что она тоже улыбается.
Стиви поставил передо мной бокал, я сделала глоток, снова оглядела всех и увидела выжидающие лица.
Деваться некуда. Глубоко вздохнув, я вернулась к самому началу истории своей жизни.
Спустя два бокала я закончила.
Я вывалила им всё, ничего не упустив. Ни мой вес. Ни моего отца. Ни моих сестер и мать. Ни мою многолетнюю влюбленность в Люка. Ни Люка, избившего мальчишек, которые обзывали меня Жирухой и Четырехглазой Толстухой. Ни то, как он сидел рядом со мной на крыльце после ухода отца. Ни наши объятия на похоронах его отца. Ни мое впоследствии нарушенное обещание, когда я не ответила на звонки Люка. Ни Рика, Дэйва и Ноя. Ни Дома. Ни Сандру Как-Её-Там. Ни Люка, приковавшего меня наручниками к себе и к своей кровати.