— Хорошо, — отрезал он. — А теперь пакуй вещи.
Я подумала, что на тот момент упаковать вещи было бы разумно.
Так я и поступила.
Я напилась.
Я знала, что это неразумно, но меня это не волновало. Меня похитили (дважды), я подралась на парковке с мужем моей лучшей подруги и переехала к Люку. Мне нужно было напиться.
К черту последствия.
Люк снял с меня наручники, чтобы я смогла собрать вещи.
Это было после того, как, все еще прикованная к нему, я бросила несколько вещей в сумку и буркнула:
— Готово.
Он посмотрел на сумку, потом на меня и потребовал:
— Еще.
Я вздохнула. Он снял с меня наручники, и я собрала больше вещей.
Мы отнесли два моих чемодана (и коврик для йоги) в «Порше». Команда Плохих Парней все еще околачивалась снаружи, вероятно, для моральной поддержки. Все они посмотрели на Люка с пониманием, а на меня с нетерпением. Все, кроме Текса, который ухмылялся мне, как сумасшедший, каким я его и считала.
По какой-то причине, хотя я его (вообще) не знала, он накрыл своей широкой ладонью мою макушку и сказал:
— Давненько нам не устраивали кипеш, дорогая.
Люк пристально посмотрел на него, явно не разделяя радости Текса. Текс усмехнулся и убрал руку с моей головы.
Пока я благодарила мистера Кумара за спасение от подлого Дома, Люк поговорил с Мэттом, и тот вернулся в мой дом.
— Куда он пошел? — спросила я, когда Люк повел меня к «Порше».
— За твоим компьютером, — ответил Люк.
Дерьмо.
Он все предусмотрел.
Я в полной заднице.
Мы поехали к нему домой и выгрузили мои вещи. Я распаковала в ванной туалетные принадлежности, избавилась от порванной блузки и привела себя в порядок.
Затем он отвез меня в «Линкольн Роуд Хаус», байкерский бар без излишеств, расположенный на съезде с I-25. Там подавали отличную еду в великолепной атмосфере с, как правило, классной музыкой. Был вечер субботы, и когда мы приехали, выступала группа. Люк зыркнул на парочку парней, которые тусовались за столиком, но не ели. Он усадил мою задницу на табурет и принес меню.
Я могла сказать, что он все еще злился. Я также могла сказать, что он все еще контролировал себя.
Он принес мне пиво «Fat Tire», пока я изучала меню (Люк не изучал меню, вероятно, зная его наизусть), когда к нам присоединились Джулс и Вэнс.
Я могла бы сделать колесо от радости. От плохого настроения Люка меня спасли бывшая мстительница, ныне социальный работник, новая подруга и ее парень охотник за головами.
Мы все сделали заказ и поели.
Я очень старалась не думать о том, что Люк сказал в моей спальне. Я до смерти боялась приближающейся ночи.
Нет, я до смерти боялась всего. Всего, что касалось Люка, и всего, что происходило в моей жизни. Я не могла открыто говорить об этом, поэтому зарыла это поглубже, и по мере того, как зарывала каждое его слово и все, что произошло за последние два дня, я становилась все более и более напряженной.
Поэтому, когда к нам присоединились Хэнк и Рокси, Дейзи и Ширлин, а затем и Текс, я решила: к черту.
Время для вечеринки.
Итак, я напилась.
— Как ты, сладенькая? — спросила меня Дейзи, ее голубые глаза светились беспокойством.
Все девочки стояли плечом к плечу в крошечной ванной комнате, болтая и обновляя помаду.
Я предполагала, что она, скорее всего, спрашивала, как я держусь после Похищения Часть Вторая, но я отмахнулась от этого и перешла к самому важному.
— Сегодня я переехала к Люку, — сказала я ей, и она охнула, ее глаза скользнули к Ширлин, и они обменялись улыбками.
Я находилась в зоне приятного опьянения, чувствовала себя прекрасно, раскрепощено, болтливо, что, наряду с потерей самоконтроля, было еще одной плохой привычкой, которая у меня имелась, когда я напивалась.
— Это плохо. И вы не поверите, что он мне сказал, — объявила я.
Рокси и Джулс приблизились, и хотя я почти никого из них не знала, я рассказала им о последнем происшествии, причем очень подробно.
Раздалось еще больше охов, и засверкало еще больше улыбок.
— Черт. Я-то думала, то, что сказал тебе Вэнс, было Суперсексуальными Словами Суперкрасавчика, но Люк опередил его на милю, — сказала Дейзи Джулс.
— Я бы заплатила мужчине, чтобы он так со мной разговаривал, — вставила Ширлин.
— Он — придурок, — радостно воскликнула я, будто это что-то хорошее и, глядя в зеркало, нанесла на губы блеск. — Я его ненавижу.
И снова это было сказано с пьяным весельем, и все девушки переглянулись с понимающими ухмылками.
— При первой же возможности я перееду в Вайоминг к матери Сисси, даже если Сисси там больше нет. Я нравлюсь миссис Уайтчерч, и у нее есть дробовик, потому что в ее мусоре вечно роются медведи.
Дейзи звонко рассмеялась.
Джулс встала у меня за спиной.
— Во время моей истории с Вэнсом я была настроена переехать в Никарагуа, — поделилась она.
— Никарагуа звучит хорошо, но там полно латиноамериканских ловеласов. А я пытаюсь уйти от мачо.
Она поджала губы, словно пытаясь сдержать смех, и взглянула на Рокси.
Я проигнорировала их и отвернулась от зеркала, закручивая колпачок на блеске для губ. После перерыва снова заиграла группа, и мне сразу же пришла в голову лучшая идея в моей жизни, как я решила на тот момент.
Безусловно, я должна была ею поделиться, поэтому крикнула:
— Давайте потанцуем!
Сунув блеск в карман, я пробежала через бар мимо столика, за которым сидели все Плохие Парни, прямо на танцпол. Девичья Компашка последовала за мной.
Я любила музыку и любила танцевать. В моей жизни бывали времена, когда мы с Сисси ходили куда-нибудь, и я не пила ни капли, а только танцевала как сумасшедшая. Даже будучи Жирухой, Четырехглазой Толстухой, я терялась в музыке и не заботилась о том, кто на меня смотрит. Теперь, особенно, хорошенько захмелев, я полностью расслабилась.
Конечно, я никогда не танцевала в присутствии Люка, но чувствовала себя прекрасно, раскрепощено и, двигаясь с девочками в нашем девчачьем танцевальном кружке, я замечательно проводила время.
После нескольких песен я выкрикнула последнюю, величайшую идею в моей жизни, которая когда-либо приходила мне в голову:
— Шоты!
И направилась в бар.
Зал был переполнен, и посетители у барной стойки стояли в три ряда. Двое парней увидели меня и отодвинулись в сторону, чтобы меня пропустить. Я им широко улыбнулась и прижалась к барной стойке.
— Эй, спасибо, — бросила я через плечо парням, все еще улыбаясь.
— Не благодари, милая, — ответил один из них.
Это заняло несколько минут, но бармен добрался до меня.
— Я возьму… — Я повернулась к танцполу и подсчитала количество членов Девичьей Компашки. — Пять стопок текилы. Не беспокойтесь о лайме. Мы, рок-цыпочки, справимся и без него.
Парень позади меня усмехнулся. Я еще раз улыбнулась ему через плечо, не совсем понимая, что ему показалось смешным, но мне было все равно. Если он был в хорошем настроении, то я считала невежливым не разделить с ним его.
— Прочь с дороги, — услышала я, и толпа вокруг меня без слов расступилась.
Это было несколько необычно, поскольку мы были в байкерском баре, и кто-то, проталкивающийся сквозь толпу, обычно вызывал неодобрение. Я поняла, почему никаких возмущений не последовало, когда ко мне подошел Дикарь Текс. Немногие встанут на пути Дикаря.
— Эй, Текс, как дела? — спросила я так, будто мы знали друг друга всю жизнь, и он был моим лучшим другом на свете.
Он посмотрел на меня и прокомментировал:
— Дорогая, ты упоролась.
Я наклонилась к нему.
— Ага. Разве не здорово?
Он покачал головой, но ухмыльнулся и сказал:
— Не хочу портить тебе веселье. Ты заслужила спокойной ночи после пары похищений, но тебе лучше быть осторожной. Твоему мужчине не нравится то, что он видит, и атмосфера накаляется.
Я растерянно моргнула.
— Моему мужчине?
— Люку, — пояснил Текс.
Повернув голову, я посмотрела на Люка. Он наблюдал за мной, и оказалось, что Текс был прав, он не выглядел довольным.
Я снова повернулась к Тексу:
— Он не мой мужчина.
— Девочка, не важно, что ты так думаешь, главное — он так думает. Следовательно, в Стране Крутых Ублюдков это означает, что он твой мужчина.
Засмеявшись, я отмахнулась от предупреждения Текса, когда бармен поставил передо мной стопки.
— Все будет хорошо, — заверила я Текса.
Текс протянул бармену купюру за мои напитки, и я улыбнулась ему. Я собрала все стопки обеими руками, но прежде чем отошла, Текс схватил меня за локоть, наклонился и сказал:
— Еще одно.
Замерев, я посмотрела на него. Даже в своем пьяном состоянии я отметила, что он выглядел очень серьезным.