Таким образом, мой долг перед Люком будет аннулирован, и я смогу съехать от него.
Все мои проблемы будут решены!
Не думаю, что это хорошая идея, — прокомментировала Хорошая Эйва, заламывая руки.
А я считаю это ОТЛИЧНОЙ идеей, немедленно звони Сисси! — прокричала Плохая Эйва, подпрыгивая от волнения.
Я позвонила Сисси.
— Привет, — ответила она.
— Привет. Слушай, знаешь, кто меня похитил?
— Мистер Зано.
— Вито Зано, — уточнила я.
— Дядя Вито?
В ее голосе прозвучал шок, будто в Денвере проживало пять тысяч «мистеров Зано». Однако я ее не винила. Я сама была шокирована, когда узнала, что меня собирался похитить дядя Вито. Он любил меня.
— Кто тебе это сказал? — спросила она.
— Люк.
— Я не верю этому. Дядя Вито не стал бы тебя похищать. Он любит тебя.
Видите!
— У меня есть план, — выпалила я, а затем рассказала ей план.
— Я в деле, — сразу согласилась она, как это делают лучшие друзья.
— Нам надо спешить. Мы должны добраться туда до того, как он встретится с Люком.
— Заезжай за мной. Я буду готова.
Я вылетала на «Рейндж Ровере» из гаража Люка, когда у меня зазвонил телефон.
На экране было написано: Ширлин.
Я нажала «ответить» и поднесла телефон к уху.
— Йоу.
— Йоу, мамуля. Я позвонила рано утром, потому что знаю, как этим парням нравится утренняя активность. Ты не ответила. Пожалуйста, скажи, что из-за тебя я не потеряла еще пятьдесят баксов, — взмолилась Ширлин.
— Нет, не потеряла.
— Хорошо, подруга. — Она казалась довольной. — Ты должна продержаться до завтра, а потом вы с Люком можете сделать какие-нибудь гадости. Но только завтра.
— Ширлин, мы с Люком никогда не будем делать гадостей.
— Аа-ха, — теперь ее голос звучал так, будто она мне не верила.
Я закатила глаза и остановилась на красном свете.
— Он сейчас там? — спросила она.
— Нет, я еду за Сисси.
— Он тебя выпустил? — теперь она звучала удивленно.
— Не совсем.
— О, Господи, — теперь ее голос звучал обеспокоенно. — Что вы с Сисси задумали? Ко мне пришла Дейзи, мы собираемся устроить марафон «Дней нашей жизни». Теперь, когда у меня появилась постоянная работа, я записываю серии, а каждое воскресенье смотрю их. Это ритуал. Вы с Сисси можете прийти, у нас есть попкорн.
— Мы с Сисси едем поговорить с Вито Зано.
Тишина.
— Ширлин?
— Подруга, какого черта вы с Сисси едете разговаривать с Вито Зано? — теперь она звучала несколько безумно.
— Он — дядя Дома. Мы с Сисси его знаем. Мы попросим его помочь нам. Он нас любит. Он — дядя Вито.
— Дядя Вито — моя задница. Вы с ума сошли? — теперь она говорила так, словно считала меня безумной.
— Расслабься, Ширлин, я со всем разберусь.
— Дерьмо, подруга. Ты чокнулась.
Она отняла телефон от уха, и я услышала, как она разговаривает с Дейзи, затем услышала визг Дейзи: «Она сошла с ума?».
Господи.
Ширлин вернулась ко мне.
— Скажи, какой у меня шанс отговорить тебя от этой дурацкой затеи?
— Нулевой.
— Скажи, где остановилась Сисси. Мы встретим вас там.
— Ширлин, в этом нет необходимости.
— Необходимость есть. Такая необходимость, что я пропущу ритуал просмотра «Дней нашей жизни». Говори адрес.
— Ширлин…
— Говори адрес, — теперь ее голос звучал так, будто она не собиралась принимать «нет» в качестве ответа.
Я назвала адрес.
Сисси, Ширлин, Дейзи и я подъехали к дому дяди Вито в Энглвуде.
Он жил в обычном, ничем не примечательном, среднестатистическом доме в обычном, ничем не примечательном, среднестатистическом районе. И только когда вы попадали внутрь и видели каракули Пикассо в раме на стене и плавали в крытом бассейне в задней части дома, вы понимали, что он богат.
Мы подошли к дому и постучали в дверь. Дверь открыла жена дяди Вито, тетя Анджела.
— Сисси! Эйва! Какой чудесный сюрприз! — воскликнула она и крепко нас обняла.
Дядя Вито был почти лысым, очень круглым мужчиной, примерно на дюйм выше меня. Тётя Анджела была стройной, подтянутой, стильной женщиной и раз в год пропадала в «спа», откуда выходила на пять лет моложе. Ее лоб не двигался, вмещая в себя целый город ботокса.
И все же она была милой.
— Тетя Анджела, это наши подруги: Дейзи и Ширлин, — представила Сисси, когда мы вошли в холл, и Анджела поприветствовала Дейзи и Ширлин.
Она была такой превосходной хозяйкой, что, казалось, вообще никак не отреагировала на Дейзи и Ширлин. Не то чтобы на них нужно было как-то реагировать, за исключением того, что Дейзи была одета в обтягивающие выцветшие джинсы с серебряными заклепками по бокам, розовые сапожки на платформе и нежно-голубую рубашку с V-образным вырезом, открывавшем так много декольте, что при виде ее большинство матерей прикрыли бы глаза своим детям.
С другой стороны, мы быстро выяснили, что тетя Анджела знакома с Дейзи. Они вращались в одних и тех же социальных кругах.
Они обменялись поцелуями, но не в щеку, а рядом.
— Заходите, заходите. Принести вам кофе? У меня есть канноли из «Паскини», — предложила тетя Анджела.
— Звучит неплохо, — сказала Ширлин.
Я взглянула на Ширлин, а затем снова повернулась к тете Анджеле.
— Извините, тетя Анджела. Мы пришли увидеться с дядей Вито, это важно.
Она посмотрела на меня и сказала:
— Вито как раз собирается уходить на встречу.
Нет!
Мой взгляд метнулся к Сисси, безмолвно крича: «Сделай что-нибудь!».
Сисси поспешила на помощь.
— Мы должны увидеть его, прежде чем он уйдет. Это важно, — сказала ей Сисси, затем ее голос понизился. — Речь о Доме.
Тетя Анджела, поджав губы, посмотрела на Сисси. Анджела тоже считала Дома засранцем.
Анджела приняла решение, сказав:
— Проходите в гостиную. Я позову Вито.
Она провела нас в гостиную, а затем поспешно ушла.
— Не понимаю, почему мы не могли выпить кофе с канноли, пока ждем, — проворчала Ширлин.
— У нас нет времени, — сказала я.
— Ты когда-нибудь пробовала канноли из «Паскини»? Для канноли из «Паскини» всегда найдется время.
Во времена Жирухи Четырехглазой Толстухи я практически жила в «Паскини». Я съела больше канноли, «шоколадных свечей», наполеонов и профитролей «Паскини», чем все население Денвера.
Я решила не отвечать. К счастью, появление дяди Вито избавило меня от этого.
Он протянул руки к Сисси и мне.
— Сисси! Эйва! Подойдите, обнимите своего дядюшку Вито.
Ладно, меня немного озадачили слова Люка о том, что дядя Вито заказал убийства, в результате которых у двоих парней появились дырки в черепе. Не говоря уже о том, что пару дней назад он меня похитил. Тем не менее, если бы Сисси и Дом развелись, меня, скорее всего, больше не пригласили бы на огромный семейный ужин в честь Дня Благодарения. Вероятно, сейчас был один из последних раз, когда я его видела. В любом случае, если он был человеком, способным отдать приказ убить кого-то, по всей видимости, было бы неразумно обнимать его. И все же, мы с Сисси двинулись вперед, чтобы крепко обнять дядюшку Вито.
— Как поживают мои девочки? — спросил он, отстраняясь и опуская руки.
— Плохо, дядя Вито, — ответила Сисси.
Взгляд Вито обратился ко мне.
Ой!
Что я сделала?
— Что на этот раз учудил Дом? — спросил он.
Уф, ладно, забыли про испуг. Я всегда рассказывала о Доме дяде Вито. Он знал, что я скажу ему правду.
Мы с Сисси переглянулись. Вито прошел дальше в гостиную. Оказалось, он знал и Ширлин, и Дейзи. Что касается Дейзи, это было понятно, раз тетя Анджела знала ее. Ширлин же была темной лошадкой.
К тому же, Ширлин превратилась в крутую Ширлин, которую я никогда раньше не видела. Пронзительный взгляд, серьезное лицо — она не походила на ту, с кем стоило связываться. Она определенно не походила на человека, который недавно говорил о канноли.
Было также ясно, что Вито относился к ней серьезно. Вы могли это видеть без слов. Мне это показалось интригующим, но я решила не спрашивать. Меня ждали дела поважнее.
Все сели, и мы с Сисси рассказали свои истории о Доме. Обе осторожно избегали затрагивать тему о моем похищении Вито, потому что это, по всей видимости, не предназначалось для вежливого разговора.
Когда мы закончили, дядя Вито сказал:
— Этот мальчик. Я говорил сестре. Твердил ей снова и снова. А теперь, только послушайте вас.