Я пришла в офис «Расследований Найтингейла» в четверг. Сейчас было воскресенье, и моя жизнь чертовски усложнилась. Она полностью вышла из-под контроля.
Мне удалось перестать трястись. Но мне помогло не печенье, потому что после очень тщательного обыска кухни Люка я обнаружила, что Сандра Как-Её-Там не забила полки Люка печеньем, а только всякой ерундой для здорового питания, которой никак не остановить дрожь. Мне помогла попеременная работа, уборка лофта и обильное возлияние диетической колой, смешанной с небольшим количеством рома Sailor Jerry.
Наконец, я смогла сосредоточиться и приблизилась к завершению проекта к поставленному сроку, когда услышала, как двери лифта открылись. Я повернулась в кресле. Вошел Люк, молча, глядя на меня.
Или, лучше сказать, опасно глядя на меня своими сверкающими темно-синими глазами.
Ой-ой.
Медленно поднявшись, я повернулась к нему лицом. Он подошел к полукруглой стойке и бросил на нее наручники и что-то похожее на странный пистолет.
В печальных думах я смотрела на наручники и оружие.
Он обогнул барную стойку и вошел в кухонную зону. Остановился, оперся ладонями на столешницу и наклонился к ней. Все это время он не сводил с меня глаз.
— Привет, — поздоровалась я, стараясь вести себя невинно и непринужденно. — День прошел хорошо?
— Иди сюда, — ответил он, без намека на мягкость, нежность и ласку в голосе.
Ой!
— Все в порядке? — Я изо всех сил продолжала цепляться за невинность и непринужденность.
— Иди сюда, — повторил он.
Ладно, невинность и непринужденность не сработали.
— Что происходит?
— Эйва, если ты заставишь меня повторить еще раз…
Я промолчала.
Он слегка пошевелился, но этого было достаточно, чтобы я вздрогнула. Это вызвало у него улыбку. Не сексуальную улыбку Люка, а опасную улыбку Люка.
— Люк, скажи мне, что происходит! — потребовала я, начиная волноваться.
Это было неразумно. Он закусил нижнюю губу и отвернулся от меня. Когда его взгляд вернулся ко мне, мое тело замерло.
О, боже, — пробормотала Хорошая Эйва.
Святое ДЕРЬМО! — выпалила Плохая Эйва.
Можно сказать, я довольно хорошо знала Люка. Мы давно не виделись, но я наблюдала за его взрослением (с жадным интересом). Наши мамы дружили. Мы с ним смеялись и делились некоторыми напряженными моментами.
Тем не менее, не требовалось знать Люка, чтобы понять, что этот взрослый Люк, крутой мачо, едва контролировал то, что казалось очень пугающей яростью.
— Было приятно? — спросил он.
Я моргнула, не ожидая такого вопроса, даже не понимая его.
— Что? — спросила я в ответ.
— Тебе было приятно прикасаться к себе?
Мой рот открылся, а легкие сжались.
Охренеть.
— Как ты..? — выдохнула я.
— Камеры.
Я вздрогнула. Мои глаза стали рыскать по лофту, но Люк снова заговорил, и я посмотрела на него.
— Ты их не увидишь. Я переоборудовал это место и установил видеонаблюдение, чтобы в мое отсутствие парни могли присматривать за тобой. Когда меня здесь нет, они следят за лофтом.
Охренеть.
— Они видели..?
— Джек отключился. Он знал, что я сверну ему шею, если он увидит, как ты это делаешь. Он дал тебе немного времени. Видимо, слишком много. К тому моменту, как он включил камеры, ты уже исчезла.
Я была уверена, что умру. Я, правда, хотела умереть. Одна лишь мысль о том, что сотрудники «Расследований Найтингейла» знали, чем я занималась, была унизительной.
— Куда ты ходила? — спросил Люк, вырывая меня из мыслей о том, каким способом лучше умереть.
— Ненадолго встретилась с Сисси, — сразу же сказала я, и это не была полная ложь.
— И с Ширлин и Дейзи? — не унимался Люк.
Я не знала, откуда он о них узнал, но подумала, что безопаснее ответить:
— Эм… да.
— Потусили недолго, пока вас преследовал темно-синий внедорожник по Хэмпден-авеню? Твой задний бампер убит? Вы оторвались от него после того, как чуть не вылетели на I-25?
Святое дерьмо!
Откуда он узнал об этом? Дичь какая-то.
Я держала рот на замке, решив, что так разумнее.
Люк же не молчал.
— Об этом в полицию сообщили около двух десятков других водителей. Подробно, с номерами и описаниями людей в машинах.
Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмище.
— Люк…
— Иди сюда, — тихо сказал он, и голос его был не ласковым, а смертоносным.
— Не думаю, что хочу это делать.
— Возможно, это твоя самая разумная мысль за сегодня, — сказал он в ответ.
Ладно. Подождите-ка секундочку.
Во-первых, он мне не указ. Во-вторых, я — свободная женщина. Я могла делать то, что хотела, когда хотела, где хотела и с кем хотела. Мне не требовалось его разрешение ни на что, черт возьми. В-третьих, никто не просил его быть Мистером Сверхзащитником. Он сам взял на себя эту роль. Даже установил в своем доме камеры, о которых мне не сказал, что было серьезным вторжением в личную жизнь, помимо того, что заставил меня переехать к нему, спать рядом с ним, и этот список можно продолжить (и продолжить). В-четвертых, он мне не указ.
С меня было достаточно.
— Ты мне не указ, — выпалила я.
— Эйва, даю тебе последний шанс притащить сюда твою сладкую задницу.
— Нет! — огрызнулась я. — И я не собираюсь пугаться тебя. Не позволю собой помыкать. И ты не будешь указывать мне, что делать. Я жива. Дышу. Как и Сисси, Дейзи и Ширлин. Не знаю, что произошло, и мне плевать. Я игнорирую все, включая то, что твои приятели следят за мной без моего ведома. Я все игнорирую. Я буду жить своей жизнью и позволю всему этому дерьму исчезнуть.
— Ты еще этого не осознала, но это дерьмо не исчезнет. Кто был тот парень во внедорожнике?
— Не имею представления. Никогда его раньше не видела. Возможно, у него случился приступ дорожной ярости. Возможно, я выехала перед ним и не заметила этого. Какая разница?
— Мне есть разница.
— Ну, а мне нет! — рявкнула я.
— Почему ты вдруг оказалась в центре внимания какого-то очень пугающего дерьма?
— Откуда мне знать?
— Может, оттуда, что это происходит с тобой?
— Ну, я не знаю! — крикнула я. — И даже не хочу знать!
Он пристально смотрел на меня. Я смотрела в ответ.
Мы были заняты очередным состязанием «Люк против Эйвы — гляделки века», когда у меня зазвонил телефон. Отчасти я обрадовалась этому, потому что собиралась отвести взгляд, и звонок дал мне повод.
Чтобы сохранить лицо, я издала вопль «а-а-а!», схватила со стола телефон и поднесла к уху.
— Йоу.
— Эйва?
— Да?
— Это Рен.
Ох, черт.
Мой взгляд остановился на Люке.
— Привет, — сказала я.
— Привет, дядя Вито рассказал мне о Доме. Ты в порядке?
— Ага.
— Ты в порядке после того, как дядя Вито послал за тобой своих головорезов?
Я удивленно моргнула, услышав такой вопрос, и отвернулась от Люка.
— Что?
— Санто и Лаки — идиоты. Они должны были действовать с головой и сказать, что это Вито хотел тебя видеть. А не пугать до полусмерти, заставив со всех ног бежать сквозь пробки на Бродвее.
Вау.
Вот это новость.
— Прости за это, — продолжил он, словно каждый день извинялся за ошибочные похищения.
Я медленно подошла к окну. Все это время я чувствовала, что Люк наблюдает за мной.
— Эм, все нормально.
Я только что сказала Рену, что мое похищение его дядей — это нормально? Может, я, правда, свихнулась.
— Эйва, послушай, не волнуйся о Доме. О нем я позабочусь, — заверил он.
Ох, нет.
Мой взгляд вернулся к Люку. Он все еще опирался на стойку, по-прежнему глядя на меня, и теперь его глаза сузились.
Я снова отвела взгляд.
— Полагаю, над этим уже кое-то работает, — сказала я Рену.
— Знаю. Ты обратилась к Старку. Скажи ему отступить. Мы хотим позаботиться обо всем по-семейному.
Вот, дерьмо.
Я ни в коем случае не скажу Люку, что Рен Зано позаботится о Доме для меня, и он должен отступить. Ни за что на свете.
Никогда не ожидала, что моя жизнь может усложниться еще больше, но вот это случилось.
— Рен, — сказала я тихо и глупо, потому что в ту минуту, когда я произнесла его имя, атмосфера в комнате изменилась и не в лучшую сторону. Мне потребовались все усилия, чтобы продолжать смотреть в окно и не обращать внимания на пугающую атмосферу.
— Завтра вечером я приглашаю тебя на ужин, чтобы извиниться, как положено, за все это дерьмо.