— Забираю заказы для мальчиков из комнаты наблюдения, — объяснила она, отпивая еще глоток капучино.
Я надеялась, что «мальчики» не слишком жаждут кофе. Судя по виду Ширлин, им придется немного подождать.
Следующий!
Текс (протягивая мне низкокалорийный ванильный латте):
— Езжай в отпуск…
Хм. Разумное предложение.
— С Люком, — закончил он.
Эм, нет.
Следующий!
Рок-цыпочки:
Джет:
— Не сопротивляйся.
Следующий!
Элли:
— Не понимаю тебя. Люк горячий.
Следующий!
Инди:
— Хочешь, я поговорю с Ли о том парне, что преследовал тебя на внедорожнике?
Нет!
Следующий!
Дейзи (по телефону, пока Сисси подвозила меня к Люку):
— Сладенькая, делай по шагу за раз. Жизнь приведет тебя туда, где тебе нужно быть.
Этого я и боялась.
— И не беспокойся о преследователе, — продолжила она. — Когда одна из рок-цыпочек попадает в беду, в дело вступает вся команда горячих парней. Кто бы это ни был, ему придется уничтожить их одного за другим, чтобы добраться до тебя, а этого просто не произойдет.
Ой!
Следующий!
Джулс (после того, как Сисси высадила меня, я приняла душ, собрала с пола вновь разбросанную одежду Люка, запустила его вещи в стирку и села за компьютер, чтобы изучить варианты отпуска по системе «все включено» на Ямайке):
— Эйва, дай ему время. Люк — это нечто большее, чем ты себе представляешь.
— Я знаю его с восьми лет!
— Да, но хочешь правду?
Нет, я не хотела правду.
Она все равно сказала ее мне.
— Не думаю, что ты знаешь, кем он является сейчас. Если бы знала, у тебя не возникло бы никаких вопросов.
Дерьмо.
Завершив проект в поставленные сроки, я отправила его по электронной почте и работала над остальными проектами, чтобы отправить их заблаговременно и не создавать моим клиентам неприятностей, поскольку я всегда справлялась точно в срок.
У меня был план. Я намеревалась избавиться от рабочей нагрузки и на месяц уехать на Ямайку, взяв с собой Сисси. К тому времени, как мы вернемся, все мачо в моей жизни, которым, несомненно, понадобится заняться с кем-то делами, перешли бы к новой девушке, и я бы сорвалась с крючка. Тогда моя жизнь вернется только ко мне и моим вибраторам.
Двери лифта распахнулись, и я сразу поняла, что пришел Люк. Пусть мы давно с ним не виделись, но мое Шестое Чувство К Люку сработало инстинктивно и мгновенно, как езда на велосипеде.
И, вообще, в эти дни я много в этом практиковалась.
Проигнорировав его присутствие, я стояла спиной к комнате и продолжала просматривать путёвки на отдых.
Я услышала, как его ключи ударились о столешницу, а затем он подошел ко мне сзади.
— Собираешься в отпуск? — спросил он.
Я, молча, продолжала щелкать мышкой. Подождав немного, он отодвинул мое кресло вместе со мной, как минимум на четыре фута.
Я вскинула голову, чтобы посмотреть на него. Мой рот открылся, и я чуть не крикнула: «Эй!» но остановила себя.
Люк низко наклонился, взял меня за запястье и закинул на плечо. Это потребовало большого контроля, но я не сопротивлялась и оставалась полностью безвольной. Он отнес меня к кровати, бросил на нее и последовал за мной. Расположившись частично рядом со мной, частично на мне сверху, Люк коснулся рукой моей челюсти.
— Эйва, не хочешь разговаривать, мы найдем другое занятие. Нам не обязательно говорить, когда будем трахаться.
Ой-ой.
Беги!
Я выбралась из-под него и откатилась. Он поймал меня и вернул обратно.
Я свирепо зыркнула на него. Он проигнорировал мой взгляд, и его лицо (и я могла бы добавить его фантастические губы) начало приближаться.
— Ты меня напугал, — выпалила я шепотом, не спрашивайте меня, почему. До окончания срока молчанки ему оставалось еще двадцать шесть лет и триста шестьдесят четыре дня.
Он перестал приближаться, переведя взгляд с моих губ к моим глазам.
Давай, Эйва, выкладывай. Расскажи, что у тебя на сердце, — тихо сказала мне на ухо Хорошая Эйва.
Тихо! Заткнись, Эйва. В конце концов, он просто воспользуется этим, чтобы причинить тебе боль, — в отчаянии взмолилась Плохая Эйва.
— Тебя долго не было. Я волновалась, что с тобой что-то случилось. — Почему я это сказала? Зачем я, вообще, говорила?
Тихим голосом, не в силах сдержаться я продолжила:
— Я тебя больше не знаю. Не знаю, кто ты, чем занимаешься. Но я знаю, что шрам на твоем животе не от аппендэктомии.
О… мой… бог.
Кто-нибудь, заткните меня.
Он перевернул меня на бок лицом к себе, обнял обеими руками и сказал:
— Эйва.
— Нет, Люк. Я думала, что защищаюсь от всего, что связано с мужчинами. Но после прошлой ночи я защищаюсь от чего-то гораздо более страшного. Я не из тех женщин, кто может справиться с такой жизнью. Я не хочу участвовать в этом.
— Значит, это твое новое оправдание? — Вместо обвинения его голос звучал мягко, нежно, ласково.
— Это не оправдание, Люк. Мне кажется, что ты так или иначе меня подставишь или бросишь, и я останусь одна. Сейчас я одна и рада этому. Зачем снова проходить через боль потери кого-то?
— Кого-то, кто тебе дорог.
— Что?
— Пройти через боль потери дорогого для тебя человека.
Воу.
Воу, воу, воу.
Мы туда не пойдем.
Пора менять тему.
— От чего шрам?
— Огнестрельное ранение, — без колебаний ответил он.
Я крепко зажмурилась, в моей голове кружили печальные образы Люка с зияющей кровавой раной на животе. Образы мне не понравились. Они пугали до чертиков, поэтому я снова открыла глаза.
— Когда? — спросила я.
— Прошлым летом.
— Как?
— Детка, — сказал он тихо и с оттенком сожаления. — Этого я сказать не могу. Дела, над которыми мы работаем, конфиденциальны.
— Ясно.
— Я хорош в своем деле.
— Уверена, так и есть.
Его ладони скользнули по моей спине, притягивая ближе.
— Ты цепляешься за это, чтобы держать меня на расстоянии. Ты намного сильнее, чем говоришь, и знаешь это, — сказал он.
— Что чувствовал Вэнс, когда пытался остановить кровь, льющуюся из ран Джулс? — Люк замер от моих мягких слов, и я знала, что было бы неправильно использовать это против него, но продолжила: — У меня сложилось впечатление, что вы с Джулс близки. Ты был там. Что ты чувствовал, увидев ее на полу, истекающей кровью?
Его лицо изменилось. К моему шоку, он позволил мне увидеть, как его пронзает боль, и мне было чертовски мучительно наблюдать за этим.
Затем он сказал:
— Тихо, Эйва.
— Ты хочешь, чтобы я прошла через такое?
Одна его рука скользнула по моей шее в волосы, нежно сжимая их в кулаке.
— Хочешь знать, чего я хочу?
Хм. Нет. Я определенно не хотела знать, чего он хочет.
Прежде чем я успела вставить хоть слово, он продолжил:
— Я хочу, чтобы вернулась прежняя ты и рассмешила меня. Хочу, чтобы новая ты проявила свой характер, вызвав у меня стояк. Мне понравилось возвращаться сегодня к тебе домой, даже зная, что ты на меня злишься. Мне понравилось уходить вчера на работу, зная, что ты лежишь в моей постели. Мне это может понравиться на неделю, а может, и на гораздо долгий срок. Я не могу давать никаких обещаний. Но я точно знаю, что сейчас хочу тебя, а ты хочешь меня, даже если не признаешь этого. И я сделаю все возможное, чтобы давать нам то, что мы хотим, до тех пор, пока это будет продолжаться, пока это не закончится.
— Ты меня никогда не слушаешь, — я начинала злиться, потому что была права. Судя по его последним словам, он меня не слушал.
— Я слушаю тебя.
— Значит, не слышишь.
— Эйва, я слышу тебя, — в его голосе начали проскальзывать нотки нетерпения.
Я уставилась на него. Он уставился на меня. Это продолжалось некоторое время.
Вздохнув, Люк коснулся моих губ поцелуем, а затем сказал:
— Приглашаю тебя на ужин.
— Я не хочу ужинать, — парировала я.
Его взгляд потеплел.
— Ладно. Я голоден, но с удовольствием съем что-нибудь другое.
Ой!
— Я только что поняла, что проголодалась. Идем ужинать.
Он одарил меня полуулыбкой.
И мы отправились ужинать.
Глава 13
никакой дрожи
Посреди ночи Люк снова перекатил меня через себя и уложил на другую сторону кровати.
— Зачем ты это делаешь? — сонно пробормотала я.
Почти уже засыпая, я почувствовала, как он подхватил меня под колено и закинул мою ногу себе на бедро, пробормотав хриплым голосом:
— Ты на неправильной стороне кровати.
Я прижалась к нему, ускользая в страну грез.
— Тогда я буду спать на этой стороне.