Я была настолько не в себе, что не осознавала ни того, что сказала, ни того, что значили мои слова, когда, услышав их, Люк притянул меня ближе к себе и крепче обнял.
— Эта сторона тоже неправильная, — сказал он.
Это привлекло мое внимание, потому что это не имело смысла.
Я запрокинула голову и посмотрела на него в темноте.
— Почему?
— Я не могу спать долго на одном боку. Рана до сих пор причиняет мне небольшую боль.
От его слов я почему-то ощутила в животе фантомную боль.
Чтобы скрыть свою реакцию, я заявила очевидное:
— Тогда перевернись.
— Если я перевернусь, ты окажешься вне пределов досягаемости.
Я моргнула, затем сонно или нет, начала злиться.
— Люк, я не собираюсь вылезать из кровати посреди ночи и делать что-нибудь глупое.
— Я не поэтому хочу, чтобы ты была близко.
Воу.
Воу, воу, воу.
Прекрати сейчас же.
Пора засыпать.
Я опустила голову и закрыла глаза.
Затем, поскольку в моих жилах текла кровь Стерв Барлоу, пробормотала:
— Если ты делаешь это со всеми своими женщинами, они решат, что ты сумасшедший.
— Я никогда не делал этого с другой женщиной.
Серьезно.
Нужно остановиться.
Пора заснуть лет так на пятьдесят.
— Детка?
— Да?
— Если ты проснулась…
Я снова прижалась к нему.
— Очень хочу спать, — прошептала я, изображая сонный голос.
Я почувствовала, как его тело начало трястись от беззвучного смеха, и каким-то образом, под его смех я снова заснула.
Открыв глаза, я увидела широкую грудь.
Моей первой мыслью было: «Черт, Люк не в душе».
Ладно, это была моя вторая мысль. Моей первой мыслью было: «Хм. Ням».
Вчера мы с Люком сходили в «Пивную Винкоп», выпили пива и поужинали. Во время ужина он ответил на звонок, от которого его губы сжались, а глаза переместились на меня. У меня был момент, когда я подумала, что он узнал о моем визите к дяде Вито от своих мачо-парней, охотников за головами и частных сыщиков.
Меня охватило облегчение, когда он отключился и сказал:
— Извини, детка, кое-что случилось. После ужина мне нужно встретиться с Гектором. Не знаю, насколько поздно я вернусь.
Так что, сжатые губы Люка означали, что он упустил еще одну возможность «заняться со мной делом», а мне это принесло облегчение от того, что я снова увернулась от пули.
— Все в порядке, — беззаботно ответила я.
Он полуулыбнулся, полностью разгадав мои мысли.
Проводив меня до лофта, он подарил мне горячий и жесткий поцелуй, от которого я окунулась в Дурман Губ Люка.
Глядя мне в лицо, он сказал:
— Если снова удовлетворишь себя, будешь мне должна.
Ладно, тогда я вычеркну это из своего списка дел, пока Люка не будет дома.
Я не особо любила смотреть телевизор, поэтому весь вечер слонялась по лофту. Убивала время, звоня Сисси, чтобы обсудить последний эпизод с Люком, постирала больше вещей Люка и разобрала его журналы и почту в аккуратные стопки, вплоть до того, что сверху приклеила записки: «Открыть», «Разобрать», «Сохранить» и т.д.
Что я могу сказать? Я была организатором.
Потом я легла спать. Позже Люк разбудил меня, перекатив на другую сторону, и у нас состоялся этот пугающий разговор.
Сейчас наступило утро.
О-ой.
Я попыталась незаметно ускользнуть. Он перекатился и обнял меня.
— Детка, — сказал он очень проснувшимся голосом.
Провал!
Я посмотрела на него: его голова была опущена, так что я смотрела ему прямо в глаза.
— Привет, — пробормотала я.
— Привет, — ответил он.
— Мне нужно почистить зубы.
Его объятия сжались крепче.
— Потом.
— Нет. Сейчас. Я не могу начать день, не почистив зубы.
— Начнешь свой день позже, — сказал он, его глаза стали чернильными, его бедро скользнуло между моими ногами и остановилось в самом средоточии моих девичьих прелестей.
— Люк…
Его губы приблизились к моим губам, его глаза все еще были открыты, поэтому я тоже не закрывала глаз, находясь под чарами. Затем к моему животу прижался его твердый мужской орган.
Вау.
— Эйва, я больше не собираюсь ждать, чтобы проникнуть в тебя. Это произойдет сейчас.
Не успела я издать ни звука, как он поцеловал меня. Стало совершенно ясно, что он очень хотел, чтобы это произошло сейчас.
Перед сном я надела футболку «Триумф», и она исчезла за считанные секунды. Его руки оказались на мне, и губы тоже. Мне не потребовалось много времени, чтобы провалиться в Дурман Губ Люка, и я ушла туда с головой.
На самом деле, он принялся за дело настолько серьезно, что мне не потребовалось много времени, чтобы оценить его преданность делу, до такой степени, что я попыталась перекатить его на спину и получить больше. Он не сдвинулся ни на дюйм, лаская губами мою шею, скользя рукой по моему животу к цели, которая была абсолютно ясна.
Поставив ногу на кровать, я напряглась, перевернула его на спину и высвободила руку.
— Детка…
Он решил, что я собираюсь сбежать.
Ничего подобного.
Вместо этого я оседлала его, наклонившись, чтобы коснуться его губами. Сначала шеи, пустив в ход язык и зубы. Затем спустилась к груди, проведя ногтями по поросли и соскам, пока мой рот исследовал. Опустилась ниже к прессу, затем еще ниже и остановилась. Сев верхом на его бедрах, я впервые увидела всего Люка.
Мамочки.
Он был хорош.
Настолько, что его следовало отлить из бронзы.
Потянувшись к его члену, я обхватила его рукой, глядя в чернильные глаза Люка, и обвела кончик большим пальцем.
Затем ладонью по всей его длине.
А затем меня прервали.
Люк оторвал меня от себя, я на мгновение повисла в воздухе, прежде чем оказаться на спине. Он сорвал с меня трусики, устроился между моих бедер и все.
Это должно было случиться. Сейчас я наделаю гадостей с Лукасом Старком.
И я не могла, черт возьми, этого дождаться.
Не отрывая взгляда от моих открытых глаз, он атаковал мои губы, проникая пальцами между моих ног. От его прикосновения я счастливо ахнула ему в рот и почувствовала его улыбку.
— Мокрая, — сказал он мне в губы.
Потом вернулся к поцелую, и его пальцы между моих ног исчезли. Обеими руками он ухватил меня за бедра, занял позицию и поднял голову. В его глазах вспыхнул огонь, когда он увидел, как я в предвкушении облизнула губы.
Затем прозвенел домофон.
Нет! — крикнул мой мозг.
Но кто бы ни пришел, их намерения были серьёзны. Они не убирали палец с кнопки.
— Не обращай внимания, — пробормотал Люк.
— А вдруг кому-то нужно подкрепление?
— К черту их.
Ура!
Он приподнял мои бедра и оказался прямо у входа, я чувствовала его и хотела больше, чем свой следующий вздох. Звонок умолк, я потянулась к Люку, чтобы прижаться к его губам, и тогда мы услышали крик.
Мы оба замерли.
Потом крик донесся снова.
— Эйва!
Кровь в моих жилах застыла.
— Это Сисси, — выдохнула я, но Люк уже оторвался от меня, вскочил с кровати и взял свои штаны.
Я перекатилась в сторону, схватила футболку «Триумф», натянула ее через голову, а затем надела трусики. К этому времени Люк уже оделся и направлялся к боковой двери лофта. Я увидела, как он засовывает пистолет за пояс штанов.
— Люк, — позвала я, когда он открыл дверь.
В своем голосе я слышала страх.
Он повернулся ко мне.
— Оставайся здесь. Запрись. Ни шагу отсюда. Что бы ни услышала.
Я подбежала к нему, он вышел за дверь, и я смотрела, как он спускается по пожарной лестнице.
Закрыв за ним дверь, я побежала к ящику, где накануне вечером, когда искала печенье, нашла связку ключей. Схватив их, рванула обратно и с третьего раза подобрала нужный ключ. Я заперла дверь, бросила ключи на барную стойку, подбежала к своим чемоданам, достала джинсы и натянула их.
Потом я не знала, что мне делать.
Сисси, моя лучшая подруга, была там и звала меня.
Я приложила руки ко лбу, зарывшись пальцами в волосы. И осталась так стоять, прислушиваясь.
— Люк, пожалуйста, доберись до нее, Люк, доберись до нее, — причитала я.
Дыши, Эйва, вдох-выдох, вдох-выдох, — шептала мне на ухо Хорошая Эйва.
Держись, девочка. Сходи в ванную, почисти зубы, надень очки, надень лифчик. Будь готова ко всему, — посоветовала Плохая Эйва.
Я послушала обеих. Глубоко вдохнула, выдохнула и занялась делом, чтобы подготовиться ко всему, вплоть до того, что надела бюстгальтер, воспользовалась дезодорантом, переоделась в футболку «Tom Petty and The Heartbreakers» и сунула ноги в шлепанцы.
Я включала кофеварку (не спрашивайте меня, зачем, я не могла мыслить ясно), когда двери лифта открылись. Вошли Люк и Сисси, и я бросилась к ним. У Сисси из носа текла кровь, и ее заметно трясло.