Я начала выгружать печенье. Oreo с двойной начинкой, чипсы Ahoy, с ореховым маслом, обычное Milanos, мятное Milanos, апельсиновое Milanos…
— Ты стояла передо мной в этой гребаной юбке и гребаных туфлях, и позволяла ему прикасаться к тебе, — сказал Люк прямо у меня за спиной.
Ну, ладно. Хватит.
Я повернулась к Люку.
— Он коснулся моих волос. — Вот, я использовала это как свою защиту. Звучало не очень правдоподобно, но воспользуюсь тем, что есть. — Он только что подвез меня с приятного ужина. Вряд ли мне стоило лупить его продуктовой сумкой, полной печенья, за то, что он прикоснулся к моим волосам! — огрызнулась я.
В этот момент Люк рванул вперед.
В одну секунду он стоял в трех футах от меня, а в следующую — уже был передо мной. Или, лучше сказать, я была в его объятиях, а он яростно и молча целовал меня.
Затем (клянусь, я ничего не могла с этим поделать) я ответила. Мой язык коснулся его фантастических губ, они открылись, мой язык скользнул внутрь, и поцелуй стал взрывным.
На самом деле, такое ощущение, будто все взорвалось.
После этого мы были повсюду друг на друге. Я вытянула его футболку из штанов и потащила вверх. Люк прервал поцелуй, взяв инициативу на себя, сдернул с себя футболку и отбросил ее в сторону. Его ладони скользнули по моим ребрам вверх, к груди, одной рукой он стянул с меня блузку и чашечку бюстгальтера, обнажая для себя. Я сделала быстрый полупотрясенный, полувозбужденный вдох, и его ладони скользнули по моей спине, заставляя ее выгнуться. Люк опустил голову, накрывая ртом мой сосок, и глубоко всосал.
Я ахнула, затем застонала, шок прошел, теперь осталось только возбуждение. Обхватив его голову, я прижала его к себе, когда он переключился на другую грудь.
Я потянулась к его пряжке, дергая ее, теряя терпение, желая почувствовать его немедленно. Сдавшись, я провела ладонью по его твердой эрекции. В этот момент Люк возобновил поцелуй, сделав его более горячим и глубоким, чем раньше, и толкая меня к стойке. Оторвавшись от моих губ, он наклонился в сторону, провел рукой по стойке, и печенье полетело на пол.
Он снова захватил мои губы, опуская руки вниз, чтобы задрать мою юбку до бедер, а затем сдернуть с меня трусики. Я выскользнула из них, и он схватил меня за задницу, поднял и посадил на стойку. Раздвинув мои ноги, он устроился между ними, при этом не переставая целовать, исследуя языком мой рот.
Скользнув рукой между моих бедер, он попал точно в цель, сделав мне так приятно, что я выгнулась, откинула голову назад и потеряла контакт с его губами. Они направились вниз по шее, по груди, обратно к соску, пока его рука работала со мной, большой палец кружил по цели, а средний палец скользил внутри.
— Люк! — ахнула я: близко, ох, как близко.
Я была почти на грани и знала, что это будет хорошо.
Услышав мой «ох», его рука и рот мгновенно исчезли. Я издала приглушенный протестующий крик, когда его другая рука сжала мои волосы.
— Нет, не надо, — прорычал он и поднял меня, одной рукой поддерживая за задницу, другая все еще не отпускала мои волосы.
Я обвила его руками и ногами, пока он нес меня к кровати, уткнувшись лицом мне в шею, его язык, скользивший под моим ухом, вызывал дрожь, безошибочно несущуюся к моим женским прелестям. Он поставил меня на ноги возле кровати и отпустил.
В этот момент мною движило лишь одно слово: давай, давай, давай. Не потому, что я боялась, что нас прервут, а потому, что я хотела, чтобы он оказался внутри меня, и не собиралась ждать ни секунды больше.
Я вернулась к пряжке его брюк. Работая над ней, я встала на носочки и прижалась губами к его шее, пробуя языком его вкус. У него был прекрасный вкус, от него великолепно пахло, все в Люке было великолепно. Я расстегнула пряжку и пуговицу, опустила молнию, а он расстегнул молнию на моей юбке сзади и дернул ее вниз, так что она упала к моим ногам.
Теперь мои губы оказались у его горла, пробираясь вокруг, а он поднял мою блузку, сорвав мой план засунуть руку ему в штаны. Не имея выбора, я откинулась назад, подняла руки, и он сдернул ткань с моей головы. Снова схватив меня под задницу, Люк поднял меня. Мои ноги обвились вокруг его бедер, и он поставил колено на кровать, уложил меня на нее и накрыл своим телом.
Теперь мы куда-то продвигались.
Во время этого маневра, желая быть готовой ко всему, я стянула штаны с его упругой задницы. Опустив голову, посмотрела из-под полуопущенных век в его чернильные глаза. Его ладони легли на мои бедра и приподняли их. Я почувствовала его там и, не прерывая зрительного контакта, Люк без колебаний вонзился в меня, зарываясь по самое основание.
Я закрыла глаза, выгнула шею и выдохнула:
— Да.
Он был приятным, горячим и твердым.
Он был тем самым.
Я подняла колени и прижала их к его бокам, пока он толкался снова, снова и снова: жестко, горячо и совершенно неконтролируемо. Все это время он не переставал меня целовать. Когда я начала задыхаться, его губы переместились к моему уху, я приподняла голову и прижалась губами к тому месту, где его шея встречалась с плечом, крепко обхватила руками его спину, а ногами — его бедра, будто никогда не собиралась отпускать.
Я была близко, прямо там, когда услышала, как он хрипло произнес:
— Эйва.
Откинув голову назад, я попыталась сосредоточиться на нем, но не смогла, потому что меня поразил оргазм. Я кончила, и это было настолько потрясающе, что перевернуло мой мир и заставило поджать пальцы на ногах.
Я этого не знала, но когда кончила, то выдохнула имя Люка и вскоре после этого улыбнулась.
А он наблюдал за всем этим.
Люк перекатился на бок, забрав меня с собой. Все еще не выходя из меня, удерживая мою ногу под коленом, чтобы она обхватывала его бедро.
Я только что сделала гадость с Лукасом Старком.
Я прокручивала этот сценарий в своей голове десятки, сотни раз, и ни разу, ни разу, он не был так хорош, как то, что только что произошло.
Дерьмо.
Я была в полной заднице.
Люк осторожно выскользнул из меня, потянул за низ одеяла и накинул его на мое тело. Затем перевернулся на спину и приподнял бедра, подтягивая штаны. Я наблюдала, как он молча сел на край кровати. Облокотился на колени, уткнувшись лбом в ладони, в мужской позе размышлений о поражении.
Увидев это, я почувствовала, как сжалось горло, будто в замедленной съемке.
Конечно.
Жируха, Четырехглазая Толстуха Эйва Барлоу только что сделала гадость с ультрагорячим, крутым мачо Лукасом Старком, а это означало, что Лукас Старк только что занялся делом с Жирухой, Четырехглазой Толстухой.
Должно быть, он расстроен.
Я перекатилась, забрав с собой одеяло. Все, о чем я могла думать, это побег. Мне придется уйти отсюда, уйти от него. Вайоминг находился недостаточно далеко. Мне придется купить себе один из тех космических кораблей, на которых разрешают прокатиться богачам, и никогда, никогда не возвращаться на Землю.
Я приблизилась к краю кровати. На мне все еще были шпильки с острым носком, и они все не переставали цепляться за одеяло, мешая моим движениям. Я уже собиралась слезть с кровати, когда Люк обхватил меня за талию и опрокинул на спину. Он навалился сверху и посмотрел мне в лицо. С некоторым удивлением я увидела, что его глаза все еще были чернильными.
— Куда ты собралась? — спросил он мягким, слегка хриплым и очень сексуальным голосом.
— Я переночую с Сисси у ее отца, — сказала я ему тихим, слегка хриплым и очень напуганным голосом.
В полном шоке я наблюдала, как он сексуально полуулыбнулся, а затем коснулся моих губ поцелуем. Затем отстранился, но недалеко, продолжая смотреть мне в глаза.
— Детка, ты опять ничего не поняла, — сказал он нежно и ласково.
— Что? — прошептала я, завороженная его чернильными глазами и тоном.
Он немного приподнял голову и покачал ею. Подняв руку, провел пальцами по моим волосам у виска. Он наблюдал за движением своей руки, затем его глаза снова встретились с моим взглядом.
— На этот раз я не собираюсь тебе ничего объяснять, Эйва. На этот раз тебе придется во всем разобраться самой. Единственное, что я тебе скажу: ты никуда не уйдешь.
По тому, как он это сказал, я поняла, что он имел в виду не только сегодняшнюю ночь.
Думаю, он не расстроился тем, что занялся делом с Жирухой, Четырехглазой Толстухой.
Серьезно, я была в полной заднице.
Глава 15
НАСКОЛЬКО ВМЕСТЕ, ЧТО ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЭТОГО ОТРИЦАТЬ
Глубокой ночью Люк перетащил меня через себя на другую сторону. Я начала прижиматься к нему, но он перевернул меня так, что я оказалась к нему спиной, и он чуть согнул нас в талии.