Он повернулся к Сисси.
— Ты права. Твоя подруга сногсшибательная. Многим парням нравятся сиськи, задница и характер. Многие парни также предпочитают милых, красивых женщин, которых, по их мнению, должны защищать, но которые не осознают, что они такие. Мой брат живет с одной из таких женщин. Ты из их числа. Ты не считаешь себя такой, что лишь усиливает твои качества. Поверь мне, ты красивая. Ты сексуальная. Ты найдешь хорошего мужчину, который это оценит, и тебе не следует тратить время на какого-то мудака, который этого не ценит. Я тебе помог?
Мы с Сисси, потеряв дар речи, таращились на Гектора.
— Помог? — нетерпеливо потребовал он.
— Думаю, я останусь в безопасной комнате, — выдохнула Сисси, все еще глядя на Гектора.
Ура!
— Я тебя всего расцелую, — выпалила я Гектору.
Его взгляд остановился на мне, и я тут же пожалела о своих словах, потому что он выглядел так, будто был рад принять мое предложение.
Судя по всему, Гектора больше интересовали сиськи, задница и характер.
Ой! Много раз.
— Идемте, — объявила я, игнорируя взгляд Гектора, говорящий, что он будет рад моим поцелуям.
Я схватила Сисси за руку, и мы ушли.
Гектор повез Сисси в безопасную комнату, и я присоединилась к ним. Это был мой первый визит в офис «Расследований Найтингейла» после моего первого и последнего безумного приключения там.
Когда мы вошли, Ширлин разговаривала по телефону, держа трубку на сгибе шеи, глядела в косметическое зеркало и выщипывала брови.
При виде нас она уронила зеркало и пинцет.
— Доротея, мне пора, моя девочка здесь со своей подругой. Нам нужно запереть старушку Сисси, чтобы ее не схватили итальянцы. Длинная история, расскажу тебе позже. — Затем она повесила трубку, помчалась вокруг стола к нам с Сисси, говоря: — Я уже начала волноваться. Ничего не происходило. Подумала, может, мне попалась рок-цыпочка бездельница. Но мы записали вашу борьбу, и вы должны ее посмотреть. Было шикарно. Вы упали, ух!, и никто из вас этого даже не заметил, вы просто продолжали бороться.
Я повернулась к Сисси (которая, кстати, побледнела).
— Эм, забыла упомянуть, что лофт Люка оборудован камерами, чтобы парни могли следить за мной.
Сисси побледнела сильнее.
Ширлин присоединилась к нам, пока мы следовали за Гектором.
— Я сменила постельное белье на кровати, а узнав, что к нам может прийти девушка, купила фильм «300 спартанцев», чтобы добавить его в кинотеку безопасной комнаты. Это великолепный фильм. Я смотрела его минимум раз десять. Горячие белые парни в кожаных трусах и красных плащах. И в сандалиях! Как эти мальчики могут выглядеть сексуальными в сандалиях, ума не приложу, но в них они надрали всем задницы. Повсюду кровь. Летят головы. Ты его смотрела? — обратилась она к Сисси.
Сисси покачала головой, и Ширлин взяла ее под руку.
— Мы посмотрим его вместе, прямо сейчас. В мои обязанности входит присмотр за пленн… в смысле, за нашими гостями. Ли не будет возражать, если я посмотрю боевик про парней в кожаных трусах.
Гектор скрылся за дверью. Ширлин опередила меня, увлекая за собой Сисси, она явно стремилась посмотреть кино. Сисси оглянулась через плечо, на ее лице читался испуг. Я улыбнулась ей и помахала рукой, когда они с Ширлин исчезли за дверью, последовав за Гектором.
В этот момент открылась другая дверь, и из нее вышел Люк. Он посмотрел на меня, улыбнулся, и я остановилась.
— Привет, — сказала я, когда он добрался до меня.
— Вижу, она приняла правильное решение.
— Ага.
Его ухмылка превратилась в полноценную улыбку, и не только потому, что он был счастлив, что моя лучшая подруга не исчезнет.
— Итак, это означает, что ты снова мне должна, — напомнил он.
Ой-ой.
— Вообще-то, Гектору я должна больше, чем тебе. Сисси хотела вернуться к Дому, но он ее отговорил.
Люк покачал головой, явно не соглашаясь со мной.
Провал!
Я знала, что мне маловероятно удастся отделаться вот так легко.
— Сегодня вечером тебя ждет плата либо за этот долг, либо твое наказание. Выбирать тебе, — заявил Люк.
— Люк, — тихо сказала я, не собираясь позволять ему взимать какие-либо долги и уж точно не позволять ему наказывать меня.
Я ни за что не буду ласкать себя перед Люком. Я уже давно перешла границы своих сексуальных приключений.
Ладно, можно утверждать, что мне нравилось переходить эти границы. Фактически, сегодня утром, примерно через наносекунду после того, как Люк перевернул меня во вторую позу и скользнул внутрь, я решила, что никогда больше не буду заниматься сексом ни в какой другой позе, кроме этой. Конечно, пока он не показал мне третью.
И все же.
— Детка. — Ясно, что Люк не намеревался принимать отказ и, судя по веселому выражению его лица, я могла поклясться, что он прочитал мои мысли.
Я скрестила руки на груди. Он одарил меня полуулыбкой.
— Лукас Старк, тебе не кажется, что ты…
— Разве тебе не нужно на концерт? — прервал он меня.
Я посмотрела на часы. Уже перевалило далеко за шесть. Мы встречались в баре «У Брата» в семь, чтобы поужинать и выпить перед шоу, и мне предстояло, по крайней мере, час сборов для выхода с рок-цыпочками, мне нужно было поработать над макияжем, прической и нарядом.
— Я должна попасть домой, немедленно! — воскликнула я, подпрыгивая в своих кроксах.
Люк обнял меня за плечи и повел по коридору, бормоча:
— Поехали домой.
— Пока, Сисси! — крикнула я.
— Наслаждайся Стеллой, — крикнула она в ответ.
— Пока, Ширлин! — снова прокричала я.
— Не угоди в перестрелку! — крикнула Ширлин в ответ.
— Пока, Команда Горячих Парней! — крикнула я.
Ответа не прозвучало.
— Команда Горячих Парней? — спросил Люк, протискиваясь в дверь приемной.
Его рука спустилась с моих плеч и обвилась вокруг моей шеи.
Упс.
Выражаясь бессмертными словами Бритни Спирс (или того, кто написал для нее эту песню): я сделала это снова.
После этого я благоразумно решила помалкивать.
Люк не стал настаивать. Мы сели в его «Порше», и он отвез меня «домой».
Им, кстати, оказался лофт.
Глава 18
ДРАКА
Мы слушали, как Стелла и «Цыгане голубой луны» исполняли «Jessica» The Allman Brothers Band. Инди, Элли, Джулс, Дейзи, Рокси, Джет и я подпрыгивали прямо перед сценой, тряся своими задницами, как и предстало сумасшедшим рок-цыпочкам.
Люк отвез меня в лофт, и как только двери лифта открылись, я приступила к сборам. Пока я была в ванной и наносила рок-макияж, пришел Мейс.
Перед тем, как уйти, чтобы заняться «тайными делами Люка под покровом ночи» (замечу, о своих планах он со мной не поделился, но опять же, я не спрашивала, вероятно, потому, что не хотела знать), Люк заглянул в ванную.
Схватив меня за бедра, он развернул меня, прижал спиной к раковине и горячо и жестко поцеловал.
Когда он поднял голову, я спросила, или, скорее, пискнула:
— За что это?
Он обхватил мое лицо ладонями, что для Люка было необычно (мило необычно, но, тем не менее, необычно), и уставился на меня с непонятным выражением, от которого у меня в животе возникло странное ощущение, но в хорошем смысле странное.
Однако он не ответил. Только чмокнул меня в нос и оставил с Мейсом.
Я решила, что для моего душевного спокойствия лучше не думать о том, что на уме у Люка, когда он так прикасался и целовал меня. Для моего душевного спокойствия было даже лучше не думать о своих чувствах, когда Люк так прикасался и целовал меня.
Вместо этого я сосредоточилась на рок-н-ролле — моей константе, моем мериле, единственном способе, кроме дружбы с Сисси, который помогал мне пройти через что угодно.
Я натянула сильно выцветшие джинсы с широким коричневым кожаным ремнем, украшенным цветами и виноградными лозами. Дополнила их белой майкой, поверх которой надела приталенную ковбойскую рубашку из шамбре с жемчужными пуговицами на нагрудных карманах, спереди и четырьмя на манжетах. И завершила образ тоннами серебра и коричневыми замшевыми ковбойскими сапогами.
Это был ковбойский, а не рок-н-ролльный шик, но я была в Денвере, а денверцов кидало то в одну, то в другую сторону.
Мейс не был Мистером Болтуном. На самом деле он был немного угрюмым, но, как и все из Команды Горячих Парней, эта черта характера работала в его пользу (в значительной степени). Я узнала, что на самом деле его звали не Мейс, а Кай Мейсон. Он был неразговорчивым гавайцем. Последний факт я выяснила, когда первые два потребовали от меня задать тысячи вопросов и, в конце концов, я сдалась.
Мы с девочками (и Мейсом) поужинали, а затем дружно отправились на концерт в «Херманс Хайдуэй» на Бродвее.