Он наклонился и коснулся моих губ поцелуем.
Я закрыла глаза и расслабилась.
Люк поднял голову, и я снова открыла глаза.
— Но это в данный момент, красавица. Сегодня вечером, завтра, через неделю, это ударит по тебе. Будет преследовать, и я не смогу это остановить. Ничего уже не исправить. И ты моя. Я должен присматривать за тобой, заботиться о тебе, защищать. Я не защитил тебя. Придется с этим смириться, и мне будет намного легче жить, зная, что он заплатит. Если кто-то причинит тебе боль, коснется тебя, — процедил он сквозь зубы, на мгновение потеряв контроль. Затем снова взял себя в руки и продолжил: — У этого кого-то больше не будет возможности причинить вред тебе или любой другой женщине.
— Люк, прошу тебя, пожалуйста, оставь все как есть.
— Говорю тебе, красавица, я не могу. Это просто мне не свойственно.
Я прильнула к нему теснее и поделилась тем, что на самом деле меня беспокоило.
— А что, если пострадаешь ты? Ной сказал, что у него есть пистолет.
— В этой ситуации пострадает только один: Декстер. — Я открыла рот, чтобы перебить, но он продолжил: — Эйва, красавица, я не пострадаю. Тебе не о чем беспокоиться.
Его губы приблизились к моим губам.
— Тебе не о чем беспокоиться, — повторил он.
Я обвила его руками, и он поцеловал меня. Это было легко, нежно и лишь немного больно. Когда наши губы разъединились, лбы вновь соприкоснулись, а носы оказались прижаты друг к другу.
— Где хочешь ночевать сегодня: здесь или в лофте?
— В лофте, — ответила я.
— Тогда давай отвезем тебя домой.
Он отодвинулся, но обнял меня за плечи и направился к двери. Я остановилась и посмотрела на него.
— Может, нам обратиться в полицию? — спросила я.
— Никакой полиции. Это останется вне поля их зрения.
По моей спине пробежал холодок.
Потом я кое-что вспомнила.
— Но Хэнк и Эдди — полицейские.
— И?
— Разве у них не возникнет проблем с тем, что «останется вне поля их зрения»?
— Много чего, о чем знают Хэнк и Эдди, остается вне поля зрения полиции. Им это не нравится, но я подозреваю, бессонницей они от этого не страдают.
Внезапно на меня навалилась такая усталость, что я больше не хотела об этом говорить. Мне хотелось спать, и да, я была рада признать, что хочу спать, прижимаясь к сильному, теплому, твердому телу Люка, и я бы подписалась под этим заявлением, если бы он меня попросил.
— Позволь, я возьму сумочку.
Он отпустил меня, и я сходила за сумочкой. Когда снова оказалась достаточно близко, он опять обнял меня за плечи, и мы вышли во двор, где столпились все.
— Мы едем в лофт, — сообщил Люк Ли.
Ли кивнул.
Люк посмотрел на Текса.
— Ты закроешь дом?
Текс кивнул.
Люк порылся в кармане и бросил Тексу мои ключи. Затем его взгляд снова вернулся к Ли.
— Завтра первым делом собираемся, — сказал Люк.
Ли снова кивнул.
Я взглянула на Эдди, который смотрел в небо.
Затем я взглянула на Хэнка, который смотрел на меня.
— Рокси придет завтра, — обратился ко мне Хэнк.
— Спасибо, — поблагодарила я и перевела взгляд на Рокси. — Спасибо, — повторила я.
Она улыбнулась мне и подошла поцеловать в щеку.
— Спи спокойно, дорогая. Увидимся завтра, — прошептала она.
Люк указал мне на «Порше», но я направилась к Ли.
Благодарить Ли я не стала. Просто обняла его, встала на цыпочки и поцеловала в щеку. Посмотрела ему в глаза в надежде, что он поймет без слов (и я почти не сомневалась, что он понял).
Отстранившись от него, я повторила то же самое с Тексом. Из рук Текса мне не так легко удалось выбраться, в основном потому, что он заключил меня в медвежьи объятия.
— Всем спасибо, — тихо обратилась я ко всем, чувствуя себя еще большей дурочкой, но нуждаясь в этом прощальном жесте, прежде чем Люк снова обнимет меня за плечи.
Он усадил меня в «Порше», и мы уехали.
Люк оказался прав. Это ударило по мне, и намного раньше, чем я ожидала.
Это произошло в ту минуту, когда Люк щелкнул выключателем в лофте.
Свет наполнил пространство, и я почувствовала, как меня охватила паника. Я подбежала к выключателю и опустила его. Затем прижалась к стене, защищая выключатель своим телом.
— Детка, — ласково позвал Люк, оказавшись рядом.
— Он наблюдает, — прошептала я в ужасе.
Я забыла сказать Люку одну маленькую, но важную деталь.
Пальцы Люка скользнули мне в волосы и обвились вокруг шеи.
— Эйва, отойди от стены. Давай переоденемся и ляжем в постель.
— Нам нужно уехать в отель.
— Эйва.
— Он наблюдает.
— Он не наблюдает, — тихо сказал Люк.
Убрав руку от моей шеи, он обхватил меня за талию и осторожно попытался оттащить от стены. Я сопротивлялась, почувствовав это, он мгновенно прекратил попытки.
— Я забыла тебе кое-что рассказать.
Я уперлась лбом в стену, а Люк встал позади. Он крепко прижал меня к себе и прошептал на ухо:
— Расскажи сейчас.
— Он наблюдал за нами прошлой ночью, — прошептала я. — Вломился куда-то через дорогу, в соседний дом, кажется. У тебя нет ни штор, ни жалюзи. Мы занимались этим со включенным светом. Он наблюдал, как мы занимаемся сексом. Я уверена в этом, потому что он сказал, что мы делали это у стены. Он…
— Едем в отель, — прервал меня Люк.
Спасибо, Боже.
Люк отвез нас в офигенно крутой отель «Монако» в центре Денвера. Я ни разу там не останавливалась, но любой отель, в котором были «Люкс Джона Леннона», «Люкс Грейс Слик» и «Люкс Майлза Дэвиса», должен быть офигенно крутым, так оно и оказалось.
Потом мы отправились спать.
Мы лежали рядом в объятиях друг друга. Люк молчал, вероятно, решая, как избавится от тела Ноя после его убийства.
— Люк? — позвала я.
Одна его рука скользнула под футболку по моей спине. Он нашел для меня недавно выстиранную футболку «Триумф», и я была в ней. Мне это показалось невероятно милым, но я старалась не зацикливаться на этом.
— Да, детка.
Я запрокинула голову и посмотрела на его расплывчатое, затененное лицо.
— Ты займешься со мной любовью? — попросила я тихо.
Не спрашивайте меня, почему я это сделала. Просто где-то в глубине души знала, что мне это нужно.
— Эйва, не думаю, что это хорошая идея, — мягко возразил он. — Сейчас тебе лучше поспать.
Мне его ответ показался одновременно разочаровывающим и (вероятно, я была на грани истерики) очень тревожным.
— Хорошо, — смирилась я еще более тихим голосом.
Наступила пауза, а затем Люк пробормотал: «Дерьмо». Он перекатился ко мне, и его ладонь коснулась здоровой стороны моего лица.
— В будущем это не сулит ничего хорошего, — сказал он.
— О чем ты?
— О моей неспособность сказать тебе «нет».
Он поцеловал меня, его рука медленно скользнула по моей шее, вниз к бедру, а затем по ягодицам.
— Ты все время говоришь мне «нет», — заметила я, теперь испытывая где-то в глубине души счастье.
Я была счастлива, что он прикасался ко мне, обнимал, целовал, заботился обо мне, и не считал грязной и отталкивающей.
— Когда это я говорил тебе «нет»? — спросил Люк мне в шею, не переставая целовать.
— Ты не говоришь «нет» напрямую. Просто таскаешь меня, пока я не окажусь там, где ты хочешь, и делаешь то, что хочешь.
Я почувствовала на шее движение его губ, и поняла, что он улыбается. Обхватив мою задницу, он притянул меня к себе, но не ответил.
Я не возражала. Я обняла его и крепко держала.
Потом он начал заниматься со мной любовью, и это было именно так. Медленно, сладко и абсолютно идеально. Я забыла обо всем. О том, что меня примотали скотчем в моем подвале, оставив в кромешной тьме, и Ной прикасался ко мне, пока Люк находился в доме.
Все было прекрасно, пока рука Люка не скользнула вниз по моему животу и между ног. Его пальцы достигли цели, но вместо обычного толчка чистого удовольствия мое тело замерло. Я обхватила рукой его запястье и отвела в сторону.
— Нет, — прошептала я. Мне стало холодно, и внезапно пробила дрожь, и не в хорошем смысле. — Прости. Я ошибалась. Я не могу.
Чувствуя себя идиоткой, я попыталась отстраниться, но Люк освободил свою руку из моей, скатился с меня и прижал к себе.
— Эйва, останься со мной.
Его голос звучал резко, но он не казался злым из-за того, что я нас остановила, когда все только начало набирать обороты.
— Я не могу, — повторила я. — Мне нужно…
— Тихо, красавица. Просто останься.
Я послушалась. Чувствовала его эрекцию у своего живота и считала себя круглой дурой, потому что именно я все начала.
— Прости меня, — прошептала я, неимоверно жалея, что мой голос сорвался на середине фразы.