Я посмотрела на миссис Старк. Она улыбалась мне, и я могла поклясться, что она пыталась дать понять, что все будет хорошо.
Она очень ошибалась.
Я побежала наверх, в свою спальню. Закрыв за собой дверь, схватила телефон и набрала Люка.
— Да?
— Люк… — начала я.
— Думал, ты со мной не разговариваешь, — голос звучал так, будто он улыбался.
— Моя мама и сестры здесь.
На мгновение воцарилась тишина, улыбка исчезла из его голоса, когда он спросил:
— Повтори?
— Твоя мама сказала моей маме, что мы вместе, и у нас все серьезно. Моя мама собрала адских стерв Барлоу, и все они заявились ко мне, чтобы, по их словам, «увидеть все своими глазами».
— Нахрена им это?
— Не знаю! — воскликнула я, но тихо, чтобы не услышала моя семья. — Это Адские Стервы Барлоу. Почему они, вообще, что-то делают?
— Ты звучишь взволнованно, — отметил Люк очевидное.
— Ты меня слышал? — взвизгнула я, затем глубоко вздохнула и продолжила тише: — Моя мама и сестры здесь, чтобы убедиться, что у нас с тобой все серьезно.
— Детка, успокойся.
— Спокойствие — не вариант. Мне нужно печенье. Мне нужна текила. Мне нужно печенье, пропитанное текилой. Я едва справлюсь со своей семьей, когда моя жизнь не сложна до безумия. Но, напомню, в данный момент моя жизнь сложна до безумия!
Мой голос снова повысился.
Некоторое время Люк молчал, а затем сказал своим Голосом:
— Эйва, ты справишься.
Я глубоко вдохнула и, ненавидя это признавать, но в конечном итоге мне пришлось это сделать, ответила:
— Хотела бы я сказать, что справлюсь, Люк, но я не справлюсь. Они разжуют меня и выплюнут. Как всегда и делали.
— Ма у тебя?
— Да.
— Она позаботится о тебе.
— Люк, даже Супермама Старк не справится с Суперстервами Барлоу. Ты это знаешь.
Еще минута молчания, затем:
— Буду через пятнадцать минут.
Замерев, я уставилась на стену.
— Что ты только что сказал?
— Держись, я приеду через пятнадцать минут.
Я продолжала смотреть на стену, совершенно не в силах осознать тот факт, что Люк собирался прервать охоту на Ноя и прийти мне на помощь.
— Правда? — спросила я.
— Пару часов назад я сказал тебе, что никто тебя не обидит. А это значит: никто тебя не обидит.
О, боже.
— Люк…
— Увидимся через пятнадцать минут.
Конец связи.
Я люблю его, — сказала Хорошая Эйва.
Мы ОЧЕНЬ усердно будем прикасаться к себе сегодня ночью, пока он будет внутри нас, — пообещала Плохая Эйва.
Некогда было обдумывать расплату за последнюю демонстрацию Люком того, почему он был лучшим парнем на свете. Я побежала в ванную, почистила зубы, умылась, вставила контактные линзы, быстро приняла душ, провела расческой по мокрым волосам и нанесла на тело лосьон с ароматом пиона.
Спешно выходя из ванной, я услышала, как открылась входная дверь, и София, Мэрилин и мама одновременно, одинаковыми приторно-сладкими девчачьими голосами заверещали: «Люк!».
Фу!
Я натянула джинсы, облегающую черную футболку с коричневой надписью на груди «Harley-Davidson Motorcycles», подковой цвета шалфея вокруг слов и блестящими зелеными блестками на буквах. Дополнила все потрясающим черным ремнем и черными шлепанцами. Поскольку я никак не могла изменить себе, я добавила огромное количество серебряных украшений в уши, на шею и пальцы.
Потом сбежала вниз.
Женщины сидели, пили кофе и смотрели на стоящего Люка, будто он был спустившимся на землю богом (все, кроме миссис Старк). Во взглядах Мэрилин и Софии читался дополнительный нюанс: они открыто демонстрировали, что хотят сорвать с него одежду.
Повторю, моя жизнь — отстой!
Я вошла в комнату, и взгляд Люка остановился на мне.
— Привет, — поздоровалась я.
Когда я приблизилась к нему, его взгляд опустился на мою грудь. Оказавшись на расстоянии досягаемости, Люк обнял меня за талию и прижал к себе.
— Детка, «Харлеи» хороши, но мы — семья «Триумф».
Охренеть.
Неужели он только что сказал это?
Я посмотрела на него. В его глазах была теплота и нежность.
Да, он только что это сказал.
Он поцеловал меня в шею, поднял голову, посмотрел мне в глаза и пробормотал:
— Ты пахнешь цветами.
— Пионами, — пояснила я.
Он одарил меня полуулыбкой.
— Приятно, — пробормотал он бархатным Голосом.
Мои колени задрожали.
— О, боже, — выдохнула Мэрилин, что было непростой задачей, учитывая ее отвисшую челюсть.
— Как чудесно, — вмешалась миссис Старк, вскакивая с дивана и почти теряя голову от счастья. — Теперь мы все можем пойти на завтрак.
— Почему у Люка порез на лице? — спросила София. — По той же самой причине, по которой у Эйвы синяк под глазом?
— Мы поговорим об этом за завтраком, — твердо заявила миссис Старк, счастливое головокружение быстро пропало.
— Ма, я не могу пойти с вами на завтрак, — возразил Люк, и мое сердце сжалось.
Дерьмо.
Вот Люк и пришел мне на помощь.
— Ох, нет! Почему же? — спросила мама.
— Я думала, ты пойдешь… — начала София, но Люк прервал ее, пригвоздив взглядом, который заставил бы самого Сатану дрожать в огненных глубинах Ада.
— Я пришел из-за Эйвы, потому что она слишком добрая, чтобы сказать вам то, что я сейчас скажу вам.
Ой-ой.
У меня создалось ощущение, что Люк настроен на предельную честность.
— Люк… — начала я, но он не дал мне продолжить.
— Вы позавтракаете, а потом Эйву ждут кое-какие дела. Поэтому я прямо сейчас отвечу на ваши вопросы. Да, мы с Эйвой вместе, это серьёзно и ведёт к чему-то важному, а всё остальное не ваше дело. Если вам это не нравится, очень жаль. Вы позавтракаете с ней, а потом она уйдет. Во время завтрака вы будете с ней вежливы. Услышу что-то другое, вы мне ответите. Ясно?
Да, Люк был настроен на предельную честность.
— Как это произошло? Когда? Как это могло произойти? — спросила Мэрилин.
Перед лицом невозможного факта единения Люка и Эйвы (и, очевидно, мотоцикла «Триумф») она была неспособна осознать угрозу, исходящую от Люка.
— Это произошло потому, что это Эйва, — ответил Люк так, словно это была единственная причина, и мои колени снова задрожали, и одновременно перехватило горло.
— Вот почему я считаю, что этого не могло произойти, — буркнула София себе под нос, но достаточно громко, чтобы все услышали.
Я замерла, а Люк напрягся, готовясь впасть в ярость. Именно тогда я поняла, что мои «гребаные сестры» не просто стервы. Они еще и не очень умные.
— София, — пробормотала мама, прежде чем Люк успел что-то сказать.
— София, — вмешалась миссис Старк одновременно с моей мамой, и ее голос звучал раздраженно, чего я никогда раньше от нее не слышала. — Что с тобой такое?
Я посмотрела на миссис Старк и моргнула. Она выглядела недовольной. Не просто недовольной, а почти в стиле Впавшего В Ярость Недовольного Лукаса Старка.
Вау, определенно ультраразозленной.
— Боже правый, мы все знаем, что между ними уже много лет происходит что-то особенное. Ты ведешь себя так, будто так и не повзрослела, и не видишь это глазами всех в квартале. Миссис Вайнберг много лет назад сказала, что из них получится сладкая парочка, а когда я несколько дней назад рассказала об этом Мэгги Риган, она заявила, что с самого начала знала, что так все и будет. Не одна я не удивлена. Мне только хотелось бы, чтобы на это не ушло столько времени.
Миссис Старк глубоко вздохнула, затем ее взгляд обратился к сыну, и она продолжила:
— Что касается тебя, мы — не семья «Триумф» или «Харлей-Дэвидсон». Лукас, я не перестаю тебе повторять: мотоциклы опасны. Ты доведешь меня до сердечного приступа, катаясь на этих штуках. Теперь, когда ты с Эйвой, тебе нужно думать, прежде чем гонять на своем «Порше» и на своих мотоциклах.
— У него есть «Порше»? — охнула Мэрилин.
— У тебя есть мотоциклы? Несколько? — спросила я, глядя на Люка.
— Что это за чемоданы? — спросил Люк, игнорируя наши с Мэрилин вопросы, его глаза были прикованы к багажу, а мысли сосредоточены на теме, которую он, очевидно, считал немного более актуальной, чем разнообразные транспортные средства, которыми он владел.
— Мы остаемся здесь, — сообщила Люку мама.
Люк поджал губы.
— Эйва будет спать на диване, — поделилась Мэрилин.
При этих словах лицо Люка посуровело, и он посмотрел на маму.
— Два варианта: либо я заселяю вас в отель, либо мы с Эйвой едем туда.
Мама уставилась на Люка.
— Но…
— У меня мало времени, — прервал ее Люк. — Единственное, что я знаю, то, что Эйва не будет спать на е*аном диване. Выбирайте. Сейчас.