— Твоя взяла, красавица.
Ура! — закричал мой разум.
Вот оно. Окончательное доказательство.
Люк действительно был самым лучшим парнем на свете.
— Спасибо, — сказала я тихо.
Затем снова сосредоточилась на своей цели, а Люк наблюдал. Мне не было стыдно. Это было сексуально и горячо. Через некоторое время это стало настолько сексуально и горячо, что я выгнулась, готовая перейти грань, но Люк притянул меня обратно.
— Хочу, чтобы ты смотрела на меня, — потребовал он хрипло.
Я пыталась смотреть на него из-под полуопущенных век. Я настолько глубоко погрузилась в горячий, сексуальный туман, что не могла сосредоточиться.
— Господи, — пробормотал он. — Я кончу просто от одного твоего вида.
Я улыбнулась и наклонилась вперед, думая поцеловать его, но вместо этого, выдохнув его имя, достигла кульминации и прижалась губами к его губам.
Я даже не успела дойти до конца, как Люк опрокинул меня на спину. Я обвила его руками, и он приподнял мои бедра и стал врезаться в меня, снова и снова, продлевая мой оргазм, и как только первый оргазм стих, сразу за ним нахлынул следующий. К счастью, второй совпал с оргазмом Люка.
Это был рай.
В конце концов, мой план манипулирования мачо сработал лишь наполовину.
Я отстояла семейный совет, проиграла «Рэйндж Ровер» и получила ничью по месту проживания.
С этим я могла бы жить.
Глава 28
ДВА ТИПА ЖЕНЩИН
Посреди ночи я проснулась, переплетясь конечностями с Люком в ночной альфа-позе.
Я прижалась к нему. Он лег на спину, я перекатилась через него, и он двинулся следом.
Устроившись на другом боку, я обхватила бедром его бедро, приняв ночную бета-позу.
Его руки обвили меня.
— Детка, — пробормотал он сексуальным хрипло-сонным голосом.
— Сегодня никаких пыток? — прошептала я.
Его руки сжались.
— Больше нет.
Я прижалась ближе к его теплому, твердому телу и снова погрузилась в сон.
Первое пробуждение.
Люк отбросил одеяло с моей спины и тихо позвал:
— Эйва, детка.
— Сплю, — ответила я, схватив его подушку и прижав ее к себе.
Я услышала смешок. Вместе с подушкой меня подтянули и перевернули, и мы с подушкой ударились обо что-то твердое. Я уткнулась лицом в шею Люка, обняла его (вместе с подушкой) и пробормотала:
— Поцелуй меня быстро, чтобы я могла снова заснуть.
На самом деле быстрого поцелуя мне не хотелось, но мне хотелось снова заснуть.
Подушку потянули. Она выскользнула между нами, и моя грудь коснулась обнаженной груди Люка, и я открыла глаза.
— Красавица, я не хочу просто тебя поцеловать. Я хочу тебя трахнуть.
Подняв голову, я увидела Люка, который только что вышел из душа, с обернутым вокруг бедер полотенцем, чисто выбритыми щеками и каплями воды на плечах. Словно одержимая Плохой Эйвой (вероятно, так и было), я наклонилась вперед и слизнула каплю с его ключицы.
Затем Люк продемонстрировал тот неоспоримый факт, что дни охоты, перемежающиеся с нашими спорами, обильным сексом, кулачными боями на парковке и недостатком сна совершенно не оказали на него никакого влияния. Он был настолько энергичен, что мы оказались на полу, перекатившись туда после короткого поединка в борьбе за то, кто где кого сможет коснуться губами (я) или пальцами и губами (Люк), (я проиграла).
После этого он поднял нас на кровать, меня уложил сверху, и обнял одной рукой, а другой выводил узоры на моей пояснице. Его колено было поднято, а я частично лежала на нем, частично обвивала ногой его бедро, уткнувшись носом в место между его ухом и челюстью.
Потом мне в голову пришла вчерашняя идея Сисси.
— Люк?
— Ага.
— Ты постоянно носишь при себе наручники?
— Нет.
— Большую часть времени?
— Зависит от обстоятельств. А что?
— Просто интересно.
Его рука сжалась сильнее, он перестал выводить узоры по моей пояснице и обхватила мою задницу.
— Почему? — настаивал он.
Приподнявшись на локте и посмотрев на него, я почувствовала странную застенчивость, хотя лежала на нем голая после энергичного секса с долей борьбы.
— Как бы ты отнесся к тому, если бы я, эм… приковала тебя наручниками к кровати и, эм… делала с тобой то, что захочу?
Он полуухмыльнулся, и мне показалось, что идея ему понравилась, что вызвало покалывание в моих очень чувствительных женских прелестях, пребывающих в посторгазмическом состоянии.
— Детка, мне нравится держать ситуацию под контролем.
Мои глаза сузились. Я опустилась вниз и начала откатываться, но он сорвал мой план побега и двинулся за мной. Обе его руки обвились вокруг меня, притягивая к себе, а его бедро плотно втиснулось между моих бедер.
Он намотал на кулак мои волосы и аккуратно потянул за них назад, заставляя меня посмотреть на него.
Лицо его не выражало веселья, только нежность.
— Эйва, возможно, мне не нравится эта идея, но мне нравится твоя готовность к приключениям.
— Я только что решила, что до конца времен буду придерживаться миссионерской позы, — парировала я.
Вот тогда на его лице отразилось веселье.
— Чушь, — пробормотал он.
Он не ошибся, это была чушь.
И все же.
— Мы будем спорить из-за того, как нам заниматься сексом? — спросил он.
— Возможно, — ответила я стервозно.
— Значит, теперь, когда нам не из-за чего спорить, ты будешь выдумывать повод?
— Я ничего не выдумываю! Так не честно. Почему ты приковываешь меня к кровати, а я не могу поступить так же с тобой?
— Потому что я сильнее тебя.
Это было правдой. Что тоже меня не обрадовало, поэтому я нахмурилась.
Он придвинулся ближе, или, я бы сказала: вплотную.
— Заключим сделку. Сегодня вечером я принесу наручники. Тот, кому удастся приковать другого к кровати, будет играть.
Для меня это вряд ли было хорошей сделкой.
— Ты сам только что указал на очевидное. Ты сильнее меня.
— Детка, ты не используешь свое воображение.
У меня великолепное воображение, — напомнила мне Плохая Эйва полным предвкушения голосом.
У меня тоже, — удивила Хорошая Эйва, но ее голос звучал мечтательно.
Я медленно улыбнулась.
Затем сказала:
— По ркуам.
Он коснулся моих губ поцелуем, открыл глаза и пробормотал:
— Никогда не думал, что жизнь может быть такой сладкой.
По моему животу разлилось тепло.
— Правда? — прошептала я.
Он прижался лбом к моему лбу.
— Есть два типа женщин. Те, с кем ложишься спать, и те, с кем хочешь просыпаться. Первых — много, вторых — мало. Если мужчине повезет, он найдет второй тип.
Он снова коснулся моих губ, и я восприняла это как явный признак того, что относилась ко второму типу женщин.
О, боже.
Я окончательно разомлела.
— Хочешь что-то сказать? — тихо спросил он.
Он знал. Он знал, что я люблю его. И хотел, чтобы я ему об этом сказала.
Ой!
Я покачала головой.
— Я подожду, — добавил он.
Затем чмокнул меня в нос и скатился с кровати. Он одевался под моим пристальным взглядом, затем вернулся ко мне, сел на кровать, обнял меня и поцеловал долго и глубоко.
Потом ушел.
Я зарылась в подушки, улыбнулась и снова заснула.
Второе пробуждение.
Мой телефон в сумочке, валявшийся в противоположном конце номера, начал звонить.
Я слезла с кровати, пробежала через комнату, схватила сумочку, достала телефон, раскрыла его и поднесла к уху.
— Йоу, — поприветствовала я.
— Привет, милая. Мы с твоими сестрами собираемся на завтрак. Хочешь, мы за тобой заедем?
Звонила мама.
Я определенно получила «новую маму». Однако я лучше удалю зуб без наркоза, чем пойду завтракать с сестрами.
Тем не менее, они были семьей.
— Хорошо, — согласилась я. — Но мне нужна сменная одежда, можешь ее привезти?
— Конечно. Попрошу Софию…
— Нет! — резко оборвала я ее.
Одному Богу известно, какие кошмарные вещи София достанет из моего шкафа в качестве расплаты за вчерашний день.
— Выбери сама, — попросила я. — Джинсы, футболку, ремень, шлепанцы и захвати какие-нибудь серебряные украшения.
— Какие именно?
— Любые.
— Хорошо. Мы будем у тебя примерно через двадцать минут.
Я назвала ей номер своей комнаты, и мы завершили разговор. Затем я прокрутила контакты вниз до Люка и нажала зеленую кнопку.
— Ага?
— Это я.
— Детка, твое имя высвечивается на экране, — сообщил он мне с улыбкой в голосе.
— Тогда почему ты отвечаешь «ага», если знаешь, что звоню я?
— Так я отвечаю на телефонные звонки.
— Ну, можешь ответить как-нибудь еще, например, «привет», «Эйва» или даже «детка».